Бойня - Шанталь Тессье

— Сколько ты собрал? — спрашивает его Хайдин.

— У нас есть восемь загруженных и готовых к отправке, — отвечает Адам.

Адам имеет в виду заключённых, которых мы держали здесь, в «Бойне». После того как Эштин заснула у меня на руках в нашей постели, я вернулся к работе. Я не мог оставить её здесь, пока не был уверен, что это безопасно. Мы перевезли всех в морг, и нам нужно было вернуть некоторых в больницу. Здания необходимо было проверить и очистить.

Больше бомб не было. Только та, что взорвалась. Бенни установил её, когда привёз Эштин и Хайдина сюда и убил Уитни. Взрыв произошёл в камере, где находилась бомба, и, по чистой случайности, убила одного из парней, которые вернули Эштин, когда Бенни отпустил её. Когда Бенни был здесь с Эштин, он пошёл к Люку и наговорил ему кучу ерунды, зная, что я пойду к нему с вопросами. Он хотел, чтобы Люк сбил меня с толку и отправил по ложному следу. Четырёх бомб никогда не было.

Однако мы оставили здесь двух других парней, которые привезли мою жену. Они проведут здесь остаток своей жизни, пока я не устану на них смотреть и не избавлю их от мучений.

— Он тебе что-нибудь сказал? — спрашивает Тайсон Адама, имея в виду Бенни.

Адам не спросил, может ли он забрать его. Думаю, он знает, что я не отпущу его. Бенни заслуживает быть здесь, голым и прикованным к стене, с супружескими свиданиями от других. Этот мужчина любит трахаться, поэтому я дам ему то, чего он хочет.

— Нет, — качает Адам головой. — Я бы дал ему ещё несколько дней, прежде чем он решит, что хочет поговорить.

ЭШТИН

Я стою на балконе Сента, выходящем во внутренний двор. Час назад я проснулась одна в комнате, в которой никогда раньше не бывала. Сразу поняла, что это комната Сента, но я была одна. Я осталась здесь, зная, что Сент вернётся и нам будет о чём поговорить. Не уверена, что готова пережить последние четыре года нашей жизни, но пришло время всё выложить начистоту.

Обручальное кольцо на моём пальце постоянно напоминает мне о том, что я всё испортила. Я поклялась быть его, но не доверяла ему защитить меня. Я сомневалась в нём. А не должна была.

Звук открывающейся двери в спальню заставляет меня обернуться, и моё сердце учащённо бьётся при виде брата. Четыре года кажутся не таким уж долгим сроком, но в то же время кажутся вечностью.

— Привет, — говорит Адам, входя в комнату и закрывая за собой дверь.

Я спускаюсь с балкона в комнату.

— Привет, — тихо говорю я.

Оглядывая комнату, он нервно проводит рукой по волосам.

— Эштин, прости...

— Всё в порядке, — перебиваю я его. Мы все облажались.

— Нет, не в порядке. — Адам подходит ко мне, и я смотрю на него. — Я собирался вернуться за тобой. Пожалуйста, поверь мне.

Я киваю, прикусывая нижнюю губу.

— Я... я опоздал. — Адам смотрит поверх моей головы и вздыхает. — Потом Хайдин...

Он не заканчивает фразу.

— Я узнал, что ты сбежала отсюда.

Адам протягивает ладони, берёт меня за руки, и это кажется странным. Мы никогда не были близки, и я чувствую, что это не изменится. Это прощальная речь. В этом я уверена.

— Просто знай, я знал, где ты была. И я хотел бы изменить исход.

Я вырываю руки из его, отступая на шаг, и Адам кивает сам себе, понимая, что моё место здесь. Теперь я это знаю. Мне потребовалось четыре года и сделать глупый выбор, который я больше никогда не совершу, чтобы понять это. Мир — безумное место, как и «Бойня». Но я лучше буду здесь, с братьями Пик, чем в мире с незнакомыми людьми.

В комнате воцаряется тишина, и через секунду Адам поворачивается и выходит из спальни, оставив дверь открытой. Я иду, чтобы закрыть её, но останавливаюсь, увидев дверь Хайдина. Подхожу к ней и стучу.

Через несколько секунд дверь открывается, и вот он Хайдин. Взгляд голубых глаз безжалостен, челюсти плотно сжаты. В носу у него кольцо, чёрная кожаная куртка для мотоцикла расстёгнута.

— Чего тебе, Эш? — спрашивает он, поворачиваясь ко мне спиной и подходя к своей кровати.

Я вхожу и подхожу к его кровати, садясь на край.

— Собираешься прокатиться?

— Что-то в этом роде, — застёгивает рюкзак Хайдин.

— Почему ты притворился мёртвым? — спрашиваю я.

— Они хотели моей смерти, поэтому я должен был дать им это, — просто отвечает Хайдин. — Единственный способ был позволить им думать, что они превосходят братьев Пик численностью. Один мёртв, осталось двое — для них это были неплохие шансы.

Я понимающе киваю. Молчание затягивается, и я чувствую комок в горле, эмоции всё ещё переполняют меня. Страх потерять его был ужасающим. Сент ударил его сразу после операции. Они поссорились. Но я знаю, что это временно. Они братья, а это то, что делают братья.

— Хайдин...

— Я не жалею об этом, — говорит он, прерывая меня, и я нервно сглатываю. Подойдя ко мне, он берёт моё лицо в свои тёплые ладони. — Я остаюсь при своём мнении, Эш. Ты заслуживала лучшего, и мне жаль, что я не смог тебе помочь.

— Ты помог, — шепчу я.

Хайдин помог мне больше, чем мог себе представить. Расставаться с «Бойней» было тяжело, но потерять ребёнка было ещё тяжелее. Я хотела получить шанс стать лучше, чем моя мать, чем моя жизнь. Но этому просто не суждено было сбыться.

— Ты уходишь? — спрашиваю я, оглядывая его. — Пожалуйста, Хайдин... не надо. — Мой голос срывается, я умоляю его остаться, но он не отвечает.

Хайдин грустно улыбается мне и наклоняется, нежно целуя меня в лоб. Отстраняясь, он шепчет:

— Веди себя хорошо, малышка. — С этими словами Хайдин хватает свой рюкзак, перекидывает через плечо и выходит из комнаты.

Я сижу на краю его кровати, уставившись в стену, у меня сжимается грудь и тяжело бьётся сердце. Как всё так быстро развалилось? Только-только всё начало казаться нормальным, а теперь всё пошло прахом.

Встав, подхожу к его балкону и открываю двери. Я слышу звук его