Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина

Дархан нахмурился, и лицо его приняло очень серьёзное выражение. Наверное, тяжело было осознавать то, что в какой-то мере ты себе не принадлежишь, что кто-то покопался в твоей голове липкими, загребущими пальцами.

— Допустим, — скептически хмыкнул он и вновь взял в руки книгу, раскрывая её на странице 394. — Кому это нужно? Здесь нужна человеческая жертва. — он потряс в воздухе страницами. — Кто-то убил невинного ради того, чтобы я стал теневиком? Бред какой-то! — его руки затряслись, и он отбросил книгу, словно ошпарившись. Та с глухим стуком упала обратно на стол. — Я не какая-то важная шишка. Если дело действительно произошло в Академии — разумнее было сделать теневиком моего отца. Нет, забудьте, в целом — кому это нужно? Кому нужно делать другого человека теневым магом? Для чего?

— Хороший вопрос, — согласилась я. — Теневая магия всегда была бременем, особенно — в наше время, когда теневиков не особо жалуют. Тебя вообще должны были…

— Убить. — Хаэль мрачно завершил за меня предложение, посмотрев мне в глаза. Я вздрогнула и в ужасе приложила вмиг похолодевшую ладонь ко рту, смотря на Солейла. Боги. Осознание пришло не сразу.

Парень тотчас побелел, смотря то на меня, то на Магистра округлившимися от страха глазами.

— Тебя хотели убить. — прошептала я так, словно, если сказать эти слова громче, то они претворятся в жизнь, обретут вес и станут правдой. — О, Этерна… Тебя действительно хотели убить! — повторила я, сжав пальцы на руке Дархана. Он меня, конечно, бесил, но смерти я ему не желала.

— Меня хотели убить. — повторил он эхом, нервно зачёсывая назад непослушные пряди светлых волос. — Меня хотели убить… ради того, чтобы сделать меня теневиком, кого-то уже убили… Хах, вот это приключение! — с ноткой истерики в голосе рассмеялся он, запуская пальцы в волосы.

— Да уж, — тихо хмыкнул Хаэль. — Как ты уже подметил — не важная шишка, но — хороший рычаг давления на отца, сенешаля элериарха Шардена. Твой отец не переходил дорогу никакому теневику?

— Да откуда же мне знать⁈ — истерично вскрикнул он. Напоследок похлопав его по плечу, я убрала руку. — Как ты себе это представляешь? Доброго дня, отец, подскажи, а ты, случаем, не ссорился ни с каким теневиком?

— А ты у него интересовался о произошедшем? О том, что в Академии никто не помнит случившегося? — было странным то, что Дархан-старший никак это не объяснял.

— Конечно, пробовал. Помимо того, что это «позор рода» и всё такое — больше ничего. Первые пару недель меня это очень волновало, а после смерти Лианы — как-то стало не до этого, и больше я не спрашивал.

Не помнит случившегося… Нет.

— Сфера Отклика. У него Сфера Отклика. Вараст Дархан украл её из лавки Черниля и Мотыля! — мысли побежали вперёд языка, и, не сдержавшись, я озвучила их.

Эврен, что запечатывал последний пергамент сургучом — замер, смотря на меня. Солейл, вмиг покраснев, округлил глаза и сморщил нос, словно я несла несусветную чушь.

— Как ты смеешь обвинять моего отца? — зашипев, мгновенно вспылил он, позабыв о том, что ещё минуту назад он узнал, что его хотели убить. — Осторожнее со словами! Я не посмотрю, что ты… — он резко приблизился, и я вскинула руку. Серебро под кожей вспыхнуло, и Солейл отшатнулся, гневно раздувая ноздри.

— Успокоились! — рявкнул Эврен, и мы обернулись на него. — Мирст права.

— Да как ты…

— Дослушай, щенок! — гаркнул Хаэль, и Дархан тихо зарычал, но всё-таки замолчал.

— Всё складывается. В Академии Шардена никто не помнит о том, что тебе откликнулась Этерна — как ты заставишь молчать целую Академию юных умов? Никак. — с нажимом выделил Эврен. — Сплетни, слухи всё равно бы ходили. Даже если бы каким-то образом удалось заставить студентов хранить молчание — тебя бы, как минимум, сторонились. Скорее всего, их воспоминание о том, что ты — теневой маг — украли. После твоей церемонии распределения откликов происходило что-то странное? Какие-то внеплановые официальные мероприятия, на которых нужно было быть всем студентам без исключения?

Солейл вытер пот со лба тыльной стороной ладони и нахмурился. Его гнев немного утих, и он внимательно посмотрел на Магистра, а затем — на меня. Я сложила руки на груди, буравя его взглядом.

— На следующий день абсолютно всех собрали в этом же зале для того, чтобы собрать отклики заново. Насколько я помню, посчитали, что из-за того, что мне откликнулась Этерна — произошла какая-то ошибка, что Сфера неисправна. Это объявили практически сразу после моей церемонии определения отклика. Первая церемония не была завершена — сразу после меня, когда все увидели в Сфере Отклика серебристые нити — половина студентов разбежалась, а вторая половина подняла такой шум, что я сам быстро ретировался — решил, что буду решать проблемы по мере их поступления. И первой проблемой для меня тогда были злющие студенты. Толку от того, что я теневик, если меня затопчет разъярённая толпа малолеток?

Мы с Эвреном переглянулись. Требовался телесный контакт с теневиком для того, чтобы подменить или украсть воспоминание человека… на церемонии распределения отклика это сделать легче лёгкого.

— А где был ты⁈ Во время второй церемонии? — я нервно постучала ногой по полу, желая скорее услышать ответ.

— В запое. — невозмутимо ответил Солейл.

Это прозвучало столь неуместно и неожиданно, так глупо, что я, не сумев сдержать нервозность, расхохоталась. Солейл непонимающе взглянул на нас. Даже Эврен тихо посмеялся, потирая лицо длинными пальцами.

— Что вы смеетесь? В один миг моя дальнейшая жизнь была перечёркнута! Я — теневик, позор рода, и это — моё клеймо! Конечно, я расстроился и направился кутить. Не помню, где я тогда был. — обиженно буркнул Дархан, отводя взгляд. — В каком-то питейном заведении… или борделе…

— Без подробностей, — сквозь смех проговорила я, утирая уголки глаз от выступивших слёз.

— Дархан-старший не теневик, это точно. Но — у него, как у ректора Академии, есть все полномочия для того, чтобы собрать всех студентов в одном месте и, гипотетически, провести ритуал подмены или кражи воспоминаний. — резюмировал Хаэль. — Пока что мысль о том, что именно он забрал из лавки Сферу Отклика — как по мне, самая весомая. У него есть мотив — защитить сына; на теневом отклике мы видели руку с кольцом Совета. У остальных шести членов Совета, включая меня, никакого мотива для кражи Сферы Отклика — нет.

— Раз он не теневик… ему кто-то… помогает? Он сам, без теневой магии, не смог бы провести ритуал подмены или кражи воспоминаний. Для