Начало - Ана Эм

– Моя. – рычит он мне в шею, покусывая, оставляя влажные следы.

– Нет.

– А я твой.

Мой.

Из меня вырывается стон, когда он обхватывает зубами сосок и задирает платья до самой талии. Тепло вспыхивает в ответ. Тянет меня к нему.

Почувствовать.

– Я всегда был и буду только твоим. – его язык вторгается в мой рот, и он закидывает одну мою ногу себе на талию.

Я цепляюсь за его плечи, сгорая изнутри. Каждый кусочек моей кожи желает слиться с ним. Обладать им. Каждой его клеточкой. Сердцем. Душой. И телом.

И теперь я знаю почему.

– Мы пара. – он резко входит в меня, вырывая стон из моего горла.

– Я не буду твоей.

Толчки становятся сильнее. И я выгибаюсь ему навстречу.

– Ты уже моя. – толчок.

– Нет.

– Да. – толчок.

Наши тела бьются друг о друга. Я задыхаюсь. Жар растекается по всему телу, лишая рассудка. Мир перестает существовать на это короткое мгновение.

Только он имеет значение.

Только Эдриан.

– Признай, что это навсегда. – рычит он, теряя контроль вместе со мной.

Навсегда.

– Никогда.

Давление внизу живота нарастает. Ноги дрожат. Я уже не понимаю, где заканчивается мое тело, и начинается его. Он вжимается в меня, проникая так глубоко, что перед глазами вспыхивают искры.

Пламя взрывается где-то внизу, и я издаю последний стон, окончательно разлетаясь вдребезги.

Эдриан резко выходит из меня. Голова кружится, и я отталкиваю его, пытаясь снова собрать себя по частям.

Вот почему он всегда отстранялся. Он думал, я забеременею.

– Зря ты это делаешь. – отхожу в сторону, чувствуя дрожь во всем теле. – Все равно ничего не получится.

Ком застревает в горле.

– Что? – слышу его хриплый шепот за спиной и оборачиваюсь.

Слезы собираются на глазах.

– Я не могу иметь детей. – из меня вырывается смех, и я запрокидываю голову к небу, прижимая руку к животу. – Врожденное уродство. Я урод.

Слезы текут по щекам. Качаю головой.

– Все это. – указываю на нас двоих. – Противоестественно.

Ведьма и волк.

Он замирает всем телом. На лице целая палитра эмоций, которую мне не удается прочитать.

– Забавно, да? – резко вытираю слезы со своих щек. – Ты образовал пару с той, у кого даже органов нет, чтобы зачать. Полюбил ту, что не способна подарить тебе то единственное, о чем ты так мечтаешь. Семью.

И это хуже всего.

– Но ты прав. Мое тело и правда принадлежит тебе. Но только тело, Эдриан. Только оно.

Потому что остальное ложь. Навязанные узами чувства.

Развернувшись, я ухожу от него. Иду обратно. И впервые за долгое время совсем ничего не чувствую. У меня была надежда. Надежда на то, что не смотря на все, хотя бы у одного из нас возможен счастливый конец. Но и ее у меня отняли. За что мне теперь хвататься? Какой смысл во всем этом, если дальше меня ждет только смерть?

Почему это все происходит именно со мной?

Я окончательно теряю рассудок.

Я больше не знаю, кто я. Ведьма? Пара?

Вернувшись к пруду, вижу, что веселье в самом разгаре. И меня тошнит от этого. Музыка врезается в кости, причиняя боль. Улыбки на лицах тех, кого я называла друзьями, разъедают кровь. Мои сестры стоят в стороне вместе с Фином, Калебом, Шоном, Вионой и Диланом.

Первой меня замечает Валери. А следом и все остальные.

Сожаление. Бессмысленное сожаление светится на их лицах.

Вал шагает ко мне, но я качаю головой. Не хочу выслушивать оправдания. Пустой звук.

Мои сестры знали, что я не могу иметь детей. Знали, что в какой-то момент это почти сломало меня. Но все равно толкали к Эдриану. Чтобы я жила. Чтобы чувствовала. У них получилось. Я почувствовала. Слишком многое. Настолько, что теперь в груди лишь тупое онемение.

Совсем недавно я пообещала себе стать хорошей сестрой, оставаться с ними, не смотря ни на что. Но теперь даже видеть их не могу.

Отвернувшись, начинаю искать Рену. Она стоит рядом с Эдиной там же, где я заметила их в последний раз.

Нужно покончить со всем прямо сейчас.

Стиснув кулаки, направляюсь к ним с высоко поднятой головой.

– Девочка, – тут же приветствует Эдина. – Крепкие узы. Духи довольны. Но особые узы требуют особой церемонии.

– Какой еще церемонии? – безразлично спрашиваю я.

– Слияние душ, разумеется. Благословение получено. Теперь очередь церемонии.

– Никакого слияния не будет. – резко отвечаю я и поворачиваюсь к Рене. – Я пришла поговорить с вами.

– Я знаю, о чем ты хочешь поговорить. – тут же бросает она, вздохнув так, будто я лишь надоедливая муха. – Но не могу дать тебе то, что ты хочешь.

– Но он принадлежит мне.

– Ошибаешься. Пусть вы и связаны. Но ты такой же хранитель, как и я. – качает головой, внимательно изучая меня. – И ты не готова принять его. Ты даже не знаешь, где лежит твое сердце. Он поглотит тебя.

– Я справлюсь.

Она усмехается, сверкнув черными глазами. Ее голос холодный, как осколки льда.

– Ты даже с собой не можешь справиться.

Эдина поджимает губы и недовольно качает головой.

– Это долгий путь, девочка. Ты уже ступила на него. Но пытаешься вернуться обратно. Страх. Страх. Страх. Снова страх. Но назад дороги нет.

Бред. Один сплошной бессвязный бред.

Мои челюсти сжимаются, хаос вспыхивает под ребрами.

Отлично, он вернулся. Может, за него и стоит ухватиться.

Поднимаю глаза на Рену.

– Я заберу его так или иначе.

Лицо этой женщины остается непроницаемым, как камень.

– Моя дочь уже помогла тебе, взамен на то, что ты сделала для нее. Второй раз воды не выпустят тебя. – складывает руки за спиной. – Ты не умрешь. Клинок не позволит. Но останешься на дне. А это хуже любой смерти.

Я вспоминаю, как не могла плыть, только тонуть. Внутренности скручивает в тугой узел, а к горлу подступает тошнота.

– Найди место своему сердцу, девочка, – добавляет Эдина скрипучим голосом. – И познаешь истину.

Бесполезно, все это бесполезно.

Отхожу от них и иду дальше вдоль берега.

Его не достать. Артефакт не достать. Все было зря. И я застряла здесь. Не могу вернуться домой, не могу остаться. Мне больше нигде нет места.

А музыка все играет и играет. Люди смеются и танцуют. Вдалеке горят фонарики. Я продолжаю идти, не зная куда. Сил нет, меня будто избили и оставили лежать в грязи. Внутри все горит. Я устала, я так устала от всего.

Ноги подкашиваются, и я налетаю на кого-то, тут же принимаясь извиняться.

Но когда мужчина оборачивается, мое тело парализует. Знакомые ощущения. То же самое я испытывала в детстве, когда сталкивалась с тетей Кассандрой. Интуитивное