Бессмертная и Беспокойная - Мэри Дженис Дэвидсон

Я откашлялась, что, поскольку у меня не было слюны, больше походило на резкий лай, чем на что-либо другое. Двое из них подпрыгнули, и рука Джинни снова потянулась к пистолету.

— И так. Антония. Она выросла с вами, бомжами, верно? Она здесь всего несколько месяцев, но выросла с вами, бомжами, верно?

— Я чувствую столкновение культур, — подал голос Дерик. Он действительно выглядел так, словно наслаждался происходящим, и было трудно не улыбнуться ему в ответ. Он излучал дружелюбие, как девочка-подросток — пары лака для волос. Он был похож на большого… ну что ж, щеночка. — Оборотни сначала бьют, а потом задают вопросы.

— Это совершенно очаровательно и в то же время мне совсем не интересно.

— В отличие от вампиров, которые никогда не делают ничего плохого, — продолжил он, всё ещё безумно весёлый.

Я промолчала.

— Но ты противостояла нашей Стае и сражалась. Так что сейчас мы более склонны прислушаться к тебе.

— Зевайте, — сказала я, потому что настоящая зевота, вероятно, не заставила бы их замолчать. — Итак, как я уже сказала, Антония приходит, уходит, побеждает, ноет, стонет, съедает все сырые гамбургеры из холодильника. Это то, чем она занимается, это всё, что она делает, и мы, конечно, не вступаем в дискуссии о вас, ребята — она ясно дала понять, что дела Стаи нас не касаются, — я подумала, но не сказала, что это сводит моего жениха с ума. — Она как корабль, проплывающий мимо в ночи. Они с Гарретом всё время куда-то уезжают. Я не её чёртов сторож. Я её... - друг? Союзница? Колючка? Сучка-поклонница? Да, это прозвучало правильно…

— В точку, — повторил Дерик, всё ещё улыбаясь мне. — Чувиха, ты симпатичная. Если бы я не был женат...

— На колдунье, которая вывернула бы своего мужа наизнанку, если бы увидела его прямо сейчас, — пропищала Джинни. — Я знала, что мы должны были взять её с собой.

— Ради бога, она на восьмом месяце беременности!

— И всё же, мы могли бы использовать её для борьбы с вампиром-одиночкой. Этот вампир силён. Мы могли кого-то потерять.

Я едва удержалась, чтобы не сказать что-нибудь глупое вроде: «Вампир-одиночка? Королеву вампиров не хотите, вы, мохнатые кретины!» Но я была близка к этому. Как же так получилось, что я постоянно либо отрицала статус королевы, либо принимала его?

— Мы можем сосредоточиться, пожалуйста? — потребовала я как от себя, так и от них. — Насколько я понимаю, Антония пропустила встречу с вами, ребята. И что?

— Итак, нам лучше присесть, не так ли? Похоже, нам нужно кое-что наверстать.

Я чуть не заплакала.

— Вы же не собираетесь уходить, правда?

— Только с Антонией, — встрял ребёнок. Выражение её лица было абсолютно таким же, как у блондинки с пистолетом в руках. Если бы это не было так странно, это было бы забавно. — Я думаю, ты не забрала её. Верно?

— Забрала её? Чёрт, я даже не просила её переехать ко мне. Она просто переехала. История моей жизни, — пробормотала я.

— Тогда нам лучше поговорить, — сказал Майкл. — Кажется, у нас общая проблема.

— Разве мы не можем поговорить с вами, ребята, по ту сторону двери? Или штата?

Никто из них мне не ответил. Ад. Попробовать стоило.

— Почему ты всё-таки выстрелила в меня? — спросила я блондинку.

— Потому что ты выигрывала, — весело ответила она.

— Отлично. Последний шанс уйти.

Они не сдвинулись с места.

Я думала об этом, а они наблюдали, как я об этом думаю. За исключением Дерика и Джинни, все они выглядели слишком встревоженными, переминались с ноги на ногу и ёрзали, как дети. От рукоприкладства до паники за... сколько? Десять минут? Что случилось с этими чудаками?

— Я думала, вы, ребята, не верите в вампиров, — сказала я в неудачной попытке потянуть время. По крайней мере, Антония так говорила, когда только переехала сюда.

— Недавние события изменили наше мнение, — сухо сказала брюнетка — Кейн.

И что это за имя такое — Кейн для брюнетки ростом пять футов с короткой стрижкой, с острым лисьим личиком и мускулистыми руками?

Затем крутая короткая стрижка опустила глаза и заёрзала, как маленький ребёнок, которому захотелось в туалет. Какого чёрта? Их было больше, чем меня, даже если бы я (вроде как) выигрывала бой. Или всё-таки выигрывала? В любом случае, я была в меньшинстве и у меня было меньше оружия (все мои дробовики были в оружейном сейфе в подвале). Так в чём же была их проблема?

Я вспомнила, что Антония как-то сказала, что у вампиров нет запаха. Ей потребовалось много времени, чтобы привыкнуть к тому, что Синклер, Тина и я можем подкрадываться к ней незаметно. Очевидно, отсутствие у меня запаха приводило оборотней в бешенство. Ха-ха-ха!

Я очень хотела подбодрить эту банду ребят, но не могла.

Во-первых, мне было любопытно узнать, что они расскажут.

Во-вторых, я была слишком одинока, чтобы отослать их восвояси.

Во-вторых, Антония и Гарретт пропали без вести. Возможно, эти ребята смогут пролить какой-то свет.

— Кухня в той стороне, — указала я. — Кто-нибудь хочет смузи?

Глава 16

Я взбежала по лестнице, молясь, чтобы оборотни без присмотра не попали в беду, проверила, как там Малыш Джон (всё ещё храпящий), затем сбежала вниз и повела оборотней и Джинни на кухню как раз вовремя, чтобы схватить телефон, когда он зазвонил.

— Что такое?

— Бетси? Это Лаура. Послушай, я хотела поговорить с тобой о...

— Не сейчас, — сказала я и повесила трубку. Мне было неловко, но не слишком. В конце концов, она была одной из тех бездельниц, которые бросили меня в трудную минуту. И это было удивительно удобно, не так ли? Что Антония, и Гаррет, и Марк, и Синклер должны были исчезнуть как раз в то время, когда умер мой отец, а моя сводная сестра куда-то исчезла?

Нет. Безумно. Но... странно.

Нет.

Странно.

Нет! Чёрт возьми, нет!

Отлично. Одинокая, а теперь ещё и параноик. О, и окружённая оборотнями. Давайте не будем забывать об этом!

— Давайте посмотрим, — сказала я, заглядывая в холодильник. — У нас есть клубника, бананы и персики. А ещё лёд для смузи. О, и Антония оставила половинку сырого Т-боуна, — я принюхалась. — Пахнет вкусно. Наверное, ещё день-два будет вкусно.

— Мы обойдёмся без фруктов.

— Я могла бы также, — добавила я с сомнением, — разморозить для вас немного гамбургеров, ребята.

— Всё в порядке. Давай перейдём к делу.

— Я не в порядке. Я ужасно хочу пить, — я одарила их широкой, зубастой улыбкой, наслаждаясь тем, как