(не) измена, (не) развод - Евгения Серпента

Короче, мы мирно общались за ужином и за кофе, а в голове у меня был такой раздрай, что Страшила со своими булавками-иголками, лезущими из соломы, обзавидовался бы.

На ход коня Алексей записал все данные Макса, которые я могла вспомнить. Сказал, что попробует пробить по своим каналам, чем чел дышит. И надавал инструкций, в общем-то, банальных: гулять с Марусей только в людных местах, оглядываться по сторонам на входе в парадную, никому незнакомому двери не открывать.

Да-да, послушно кивала я, думая при этом: что, и все? Это все, что ты мне можешь сказать?!

Напросилась, дурища!

Уже на пороге он легко провел пальцами по моей щеке, так же легко коснулся губами моих губ и пошел к лифту. А лифт на этот раз стоял на этаже и тут же открыл двери. И достался мне напоследок быстрый и острый взгляд – как удар ножом в печень.

Вот спасибо, Леша. Теперь мне точно понадобится сеанс автосекса с твоим виртуальным участием. Иначе фиг заснешь.

На следующий день Маруся совсем пришла в норму, и я выбралась с ней на улицу. Наматывала круги по двору и без конца оглядывалась. А у парадной подождала соседей с третьего этажа и вошла вместе с ними. Но при этом градус паники немного снизился. Человек не может долго жить в сильном напряжении: либо сдвинется, либо адаптируется.

После обеда позвонил Алексей. Я ждала звонка или сообщения, но не так чтобы гипнотизировать телефон. Сказала себе: пусть все будет… как будет. Если ничего не будет – ну и ладно.

- Как ты, Лера? – начало было стандартное.

- Жива пока.

- Лонг лив! Живи вечно. Пробил я твоего маньяка. Ну чего? Добропорядочный гражданин, ни в чем не замечен, ни за что не привлекался. Штрафы за парковку и превышение скорости платит исправно, налоги тоже. Не женат, детей нет. Бизнес на нем подвязан, маленькая компания, сдает в аренду мелкую технику вроде бобкатов.

- Вроде чего? – не поняла я.

- Мини-погрузчики, мини-тракторы и прочая мини-сволочь. Дорожно-строительная. Не суть. Засада в том, Лера, что здесь – это вам не там. Во всяких гнилых буржуиниях есть запрет на приближение. И можно сесть за его нарушение. А у нас подобное только рассматривается, и гарантирую, что работать не будет, даже если примут. Вот если он с тобой что-то плохое сотворит, тогда уже выйдет административка или уголовка, по тяжести содеянного. Короче, когда вас убьют, тогда и приходите.

- Оптимистичненько, - хмыкнула я.

- Да уж что есть. В общем, будь осторожен…

- Следи за собой.

Это было похоже на обмен паролями. Как будто мы и правда… банда.

Я невольно улыбнулась.

- Как Маруся? – спросил Алексей после паузы.

- Почти нормально. Сегодня уже гуляли. Да, смотрела по сторонам.

- А не хочешь няньку пригласить и сходить куда-нибудь вечером?

Ого… Я аж зажмурилась, до писка в ушах.

Ну чего, логично. Дома каждую секунду можно ждать ора, сбивающего с курса.

- Ну если мама согласится посидеть. Только если недолго. Я же кормлю.

- Лер, расслабься, - он рассмеялся. – Я в курсе. Тебе не повредит вспомнить, что мир шире детской. И отвлечься от проблем. В общем, позвони или напиши, как будешь знать.

- Хорошо.

Я тут же перезвонила маме.

- Ты серьезно? – удивилась она, когда я сказала, что меня пригласили в ресторан.

На самом деле я не знала куда, но надо же было что-то сказать.

- Вполне.

- Ну… хорошо. Подъеду часам к семи – нормально? Молока надои побольше.

- Спасибо!

Я тут же написала Алексею, что мама согласилась.

«Я тоже к семи подъеду», - ответил он.

«Хочешь с ней познакомиться?»

«В машине буду ждать».

Блин, ну что я за дура такая, а? Ладно, продолжим списывать все на пролактин.

Оставшееся до вечера время я металась по квартире, как бешеная белка. Приводила себя в порядок, страдала перед шкафом, потом сцеживала молоко.

Скрежет ключа в замке раздался одновременно с писком телефона.

«Жду внизу».

- Чтобы до полуночи была дома, Золушка, - мама критически осмотрела меня с ног до головы и показала большой палец. – Это кто тебя ангажировал, если не секрет?

- Юрист, - созналась я.

- Юрист – дело хорошее, - одобрила она. – Юрист в хозяйстве пригодится. Только поаккуратнее.

Я оделась, чмокнула ее и Марусю, вызвала лифт.

Да, кажется, мир действительно шире детской. А я об этом уже успела забыть.

Глава 19

- Наверно, надо было спросить, куда ты хочешь, - сказал Алексей, выруливая со двора.

- Леш, я одичала так, что мне и чебуречная сойдет за светскую жизнь, - хмыкнула я.

- Я так и подумал, - серьезно кивнул он. – Туда и поедем.

- В чебуречную? – испугалась я.

- В светскую жизнь. У одного моего старого знакомого вернисаж с фуршетом. Покрутимся полчасика, съедим по бутеру с минералкой и свалим куда-нибудь. Поесть. Хоть бы и в чебуречную. Как скажешь.

- Ну ладно, - я пожала плечами. – А что за старый знакомый?

- Во всех смыслах старый. Ему восемьдесят. Еще дед мой с ним дружил. Потрясный мужик. Дипломат. Лекции читает в академии госслужбы, книги пишет по дипломатическому этикету. Лет двадцать назад начал картины писать, самоучкой. Пейзажи. Продирают до мурашек, увидишь.

У него была интересная манера говорить – короткими предложениями, с четкими точками в конце и небольшими паузами между ними. У Егора фразы, наоборот, были длинными, извилистыми, перетекающими одна в другую так, что не поймешь, где начало, а где конец. Когда он говорил долго, я теряла нить и переставала понимать, о чем вообще речь. И тогда жалела его студентов.

Я поймала себя на том, что постоянно сравниваю Алексея с Егором. Как раньше сравнивала Егора с Максом. Невольно – само сравнивалось. Может, это и было нормально, но мне не нравилось. Не результаты сравнений, а сам процесс.

- Мама-фея сказала, что до полуночи Золушка должна быть дома.

- Значит, будет. Золушка. Лера, - он посмотрел на меня искоса и рассмеялся, - расслабься. Ты как будто арматуры наелась. Чего ты боишься?

И правда, чего я боюсь?

Макса? Да, но не сейчас. Что Егор вернется? Ну так и хорошо, смогу с ним