Скандал у алтаря. История униженной невесты - Илана Васина

Среди многих талантов, что дарованы фэргю, особо удивителен был дар Лиэреллы, что приходила во снах к своему избраннику. Не только прорицать грядущее могла она, но и являться в сновидениях к тому, кого её душа признала своим Возлюбленным.

Каждую ночь являлась ему Лиэрелла — то в образе загадочной тени, то в свете луны, что касался его лица, а порой — нежным голосом в ночи, зовущим его по имени. И так случилось, что влюбился он в образ, что видел во сне.

Такова сила избранничества. Чем крепче связь с мужчиной, тем сильнее магия. И в день церемонии брачных уз, когда луна склонилась над ними, звёзды вспыхнули ярче, ибо сам небесный свод признал союз сей.

Была же и другая, имя которой ныне стерлось из людской памяти, но в записях древних зовут её Эйрана Водогласая. Едва достигла она поры, когда сердце ее воззвало к избраннику, как реки стали откликаться на её голос, источники расцветали в пустынях, и даже морские волны, буйные и непреклонные, укрощались, когда она шептала им свои веления.

Но судьба её была тяжела. Избранником её стал морской капитан, человек, чей удел — вечно странствовать по волнам. Она же, связав себя с ним, могла лишь стоять на берегу, вглядываясь в горизонт, и с каждым днём её сила слабела, ибо не было его рядом, чтобы поддержать её дар. И вот в одну из ночей, когда буря грозила потопить его корабль, она вошла в волны, слилась с ними, и море признало её своей. С тех пор мореплаватели рассказывают о женщине, что восстаёт из глубин, ведёт корабли сквозь штормы, и только один человек узнаёт её голос среди рева прибоя.

Ни один король, ни один советник, ни один мудрец не мог сравниться с той, что носила имя Сиэль. Её даром было видеть и переплетать нити судеб. Но что есть дар без Избранника? Лишь бесплодная возможность, что остаётся спящей.

Когда же пришёл её час, связалась она с воином, человеком чести, но судьба его была коротка — предначертано ему было пасть в бою. Однако Сиэль, осознав, что без него её жизнь потеряет смысл, изменила предначертанное. Связав свои силы с его судьбой, она вплела в неё новые нити. И, о чудо! Клинок, что должен был пронзить его сердце, скользнул в сторону, враг, что должен был настичь его, пал от иной руки. И так было всегда. Смерть ходила за ним по пятам, но не могла поймать в свои сети, пока жила его возлюбленная. Ибо такова сила фэргю — они питаются от связи с тем, кого избрали, и сами питают ею Избранника. И чем сильнее эта связь, тем чудеснее их дары.'

От страницы меня отрывает тихий стук в дверь, и голос Труди:

— Госпожа, в столовой все готово. Изволите к столу?

Быстро убираю книгу на полку и только сейчас замечаю, что на улице совершенно стемнело, а читаю я при свете магических светильников. Похоже, я увлеклась чтением и потеряла счет времени.

Стремительно шагаю в столовую, вполуха прислушиваясь к пылким восторгам Труди по поводу ее комнаты и виллы в целом. Она радостно прижимает к груди ладошки и восклицает:

— Госпожа, подумать только! Еще вчера вы были отказной невестой без будущего. А теперь вы герцогиня, и живете в таком красивом месте. Даже братец ваш, граф Рестван, о такой роскоши может только мечтать. Не иначе, это фортуна вас одарила за доброту и терпение!

На ее восторги лишь вздыхаю:

— Ох, Труди… Хотелось бы, чтобы фортуна сначала посоветовалась со мной, прежде чем выбирать мне подарок. Я предпочла бы дом поскромнее, зато сохранила герцогу жизнь.

Когда мы доходим до столовой, на секунду замираю на пороге, под впечатлением от открывшейся красоты. После ночевки в таверне и визитов в тюремную башню мне кажется, я перенеслась в рай.

Высокие стрельчатые окна, украшены витражами. По сводчатому потолку тянутся тонкие узоры из золоченой лепнины. В центре зала парит огромная люстра из хрусталя и серебра, освещая празднично накрытый длинный стол из темного дерева.

Когда я говорила про быстрый ужин, я подразумевала бутерброды и, может быть, овощную нарезку, а не этот роскошный сервиз, серебряные приборы и горячие, мясные блюда, от которых до сих пор идет пар.

Хотя мне ли жаловаться? В желудке призывно бурчит, так что благодарю дворецкого — он здесь единственный из слуг — и поспешно прохожу к столу. Усевшись, накладываю себе в тарелку щедрую порцию овощей с мясом. За столом, помимо меня, собрались Труди, управляющий и командор Кливланд, начальник стражи. Пока ем, объясняю свои планы на завтра, а потом пытаюсь с помощью командора оценить предстоящие риски.

— Скажите, командор, сколько разбойников было в самой большой, известной вам шайке?

— Двадцать пять.

— То есть возможен вариант, что пятнадцать воинов из нашей охраны столкнутся завтра с двадцатью пятью разбойниками?

— Возможен, хотя и крайне маловероятен. Прошу учесть, Ваша Светлость, что подготовка моих воинов не идет ни в какое сравнение с боевыми навыками разбойников.

— А если в дороге нас атакует дракон?

Командор хмурится и решительно мотает головой.

— Драконы — это знать, а знать не разбойничает на дорогах. У них и так полно денег.

— Ясно, — мрачно подытоживаю. — То есть перед нападением дракона мы будем беззащитны.

Глава 18

Командор отводит взгляд. Чувствую, он хочет скрыть раздражение, вызванное моими словами. В его картинке мира драконы — благородные создания, в моей — нет. Вот и как мне переубедить взрослого мужчину, с уже сформированным взглядом на жизнь?

— Я понимаю, что драконам незачем грабить дорожные экипажи, — медленно произношу. — Но так уж получилось, что у меня есть могущественный враг. Дракон. Поэтому спрошу вас опять. Как мы можем защититься в случае нападение дракона?

Откладываю в сторону вилку и нож и переплетаю пальцы в замок. Внимательно смотрю в его глаза. Всем своим видом показываю, что это важный для меня вопрос.

— Есть один арбалет, — неохотно выдавливает из себя воин. — Мощный. К нему прилагаются стрелы с алмазными наконечниками. Они в состоянии пробить чешую дракона.

— Вы сможете их раздобыть к завтрашнему утру?

— Я съезжу к своему другу. Одолжу.

— Как это «одолжу»? — недоверчиво щурюсь. — Он согласится доверить вам такую ценную вещь? Бесплатно?

— Как другу— да, — отрезает командор. — Если позволите, Ваша