Землянки для вымирающей расы - Катарина Гросс

Потом нам пришлось собираться. Мы позавтракали остатками ужина, сменили большие полотенца на свои одежды и полетели обратно на станцию 1284.

— Геля, вчерашний день, вечер и особенно ночь были для меня самым счастливым, — сказал Гард, прежде чем уйти и оставить меня в моем отсеке.

— Для меня тоже. Я буду ждать новой встречи, Гард, — я поцеловала его на прощание. Мы вновь целовались и не могли оторваться друг от друга, пока он не отступил на шаг и не сказал:

— Если я сейчас не уйду, то останусь надолго, а мне как бы хорошо с тобой не было, нужно идти, — с сожалением произнес он, опустив руки. Потом быстро развернулся и вышел из моей палаты.

9. Аделина

Вся эта ситуация с нашим похищением с Земли и возложением на наши хрупкие девичьи плечи миссии по осчастливливанию пары синекожих представителей вымирающей расы дико злила меня, но и по-настоящему выбешевала. У меня и так личная жизнь не строилась, столько раз переживала эти качели от любви до ненависти, что собрать себя и вновь решиться на какие-то отношения не могла бы еще долго, но складывающиеся обстоятельства не учитывали моих желаний и никто не интересовался моим мнением.

Док все время указывал на отсталость нашей планеты и неразвитость нашей цивилизации, но столкнувшись с представителями настоящих «цивилизованных» жителей разумного космоса, я была мягко сказать в шоке. Самым адекватным из всех, и то со своими тараканами в голове, оказался старый доктор. Первый кандидат оказался совершенным дикарем с отмороженной башкой и напомнил мне бандита из лихих девяностых. Он не понимал слова «нет» и лез напролом, как маньяк, завидевший свою добычу. Пришлось показать ему, что на любое действие есть противодействие и что я точно не та, за кого он меня принял. А принял он меня, судя по всему, за послушную овцу, что отдастся ему за то, что он титулованная особа с кучей привилегий. За свою не дальновидность он и поплатился. Внешность, конечно, у него была космически — бомбическая: высокий рост, идеальное телосложение любителя потягать штангу, и лицо, хоть и синюшное, но было привлекательное. Только кто же знал, что к внешности Тарзана прилагается самовлюбленная кабелиность. Вот за это и пострадали его причиндалы, которые он захотел засунуть туда, куда не спросил разрешения. Теперь долго он еще будет помнить преподнесенный урок от малоразвитой землянки. Я еще в школе научилась давать отпор и могла постоять за себя.

Второй тоже сначала не особо отличался от предыдущего. Хоть руки и не распускал и вроде вел себя сдержанно, но унизил до глубины души, когда подумал, что за его украшения я продамся и ему отдамся.

Правда, потом я свое мнение о нем поменяла, подкупило знание, что он хоть и имел опыт, но все равно оставался девственником. «Ну, может он не знал, что делать такие непристойные предложения девушке нельзя?» И сразу как-то обуяли меня плотские желания, ведь внешне он тоже был красив, даже через чур. «Вот интересно все альдарцы такие красавчики и так идеально сложены? У них вообще бываю лысые или мужики с пузцом?» Когда представила, как я буду обучать его искусству любви, совсем потеряла голову. В моих фантазиях глаза его сияли благоговейной благодарностью за то блаженство, что я ему подарю. Хотелось в реальности увидеть этот восторг во взгляде от того наслаждения, что он испытает.

Дарг меня приятно удивил, когда принес в подарок панель на стену, которая как телевизор показывала выбранный вид как из окна. В моей пустой палате с ним стало гораздо уютнее и интереснее, ведь утром можно было настроить рассвет в горах, в обед — вид на космический город, а вечером — закат на тропическом острове или выбрать кучу других пейзажей. Естественно, за проявленную заботу, я просто обязана была ему подарить поцелуй. Он был настолько горяч, что моментально вскружил голову, точнее — моментально отключил мою голову. Дарг схватывал на лету и сначала робкий, почти целомудренный поцелуй быстро перерос в более настойчивый и страстный. Для меня же искушенной, чувствовать упругость его губ, стальную крепость его плеч и жесткость роскошных густых волос и вовсе заставляло желать его всего целиком. И даже его гибкий хвост, что обвил мою ногу не пугал, а придавал нашим объятиях новизну и пикантность. Я будто стала одной из самок в период гона, поэтому мне пришлось приложить много усилий, чтобы остановиться и не отдастся ему тут же. Все же секс на первом свидании признак дурного тона.

Прошедшие несколько дней без Дарга тянулись мучительно долго и в какой-то пустоте и тоске. Чувствовала себя курицей, которая давно маринуется и чем дольше без него, тем сильнее ощущала безумную жажду обладать им, вдохнуть его запах, почувствовать его рядом.

Когда следующий раз, он притащил трансформер, то тут сам Бог велел проверить его в действии, чем мы с ним и занялись. Проверяли его, переделанного в еще одну кровать, на прочность долго и упорно. Тогда я поняла, что это был лучший секс в моей жизни. С ним все было идеально, он и сам казался идеалом: широкие плечи, крепкая спина, узкие бедра, длинные сильные ноги, идеально очерченные без единой жиринки кубики пресса и красивые руки. От одного только вида обнаженного мужчины можно было пускать слюни и получать эстетический оргазм.

Особенно меня заводила его реакция на мои прикосновения. Он будто запоминал новые для себя ощущения, его взгляд становился глубоким, почти хищным, но полным нежности и говорил без слов, что я для него одна-единственная во всей Вселенной. И это была не фигура речи, я чувствовала, что для него это подлинная истина.

Сначала его касания были бережными, едва ощутимыми, будто он боялся даже дыханием нанести мне малейший вред, а потом волной нарастающего желания они становились страстными, жадными, требовательными. Его руки сжимали так, будто он хотел запомнить каждую линию, каждое движение моего тела. Его дыхание становилось тяжелее и сбивчивее от наслаждения, а в моменты кульминаций из его груди вырывались низкие хриплые звуки, что ласкали мой слух. А потом только тишина, в которой я чувствовала его мягкие благодарные поглаживания, от чего замирало сердце.

Дарг оказался не только чутким любовником, но и удивительно интересным собеседником. После бурного секса он увлекательно рассказывал о работе, об интересных случаях из своей жизни. Мы много смеялись (он вообще был