Забытое желание дракона - Элина Амори

— Хорн, на мне вот… — она чуть повернулась боком.

— Знак!

— Руна! — воскликнули позади.

— Да что ж творится?! — всплеснула руками Илия.

Я подошел к Аяне, взял за руку. Положил ладонь на ее хрупкое плечо и воззвал к магии, надеясь стереть скорее эту гадость.

— Ай! Больно! — Аяна дернулась, сама схватилась за плечо. Руна на ней ярко светилась. Я не успел проникнуть глубже, чтобы убрать ее.

— Потерпи немного, — попросил я. — Это опасная штука. Откуда она у тебя?

Аяна стиснула пухлые губы, жалобно глядя на меня. А у меня в груди аж свело. Как же не хочется делать ей больно. Но руну убрать было надо.

Не успел я снова положить руку, как увидел — сквозь серебристый рисунок просочились алые капли крови, точно ссадина. А ведь я ничего толком не сделал.

— Проклятье! — выругался я. — Аяна, если станет очень больно, не терпи, ладно?

Она кивнула, окончательно побледнев.

Я собрался с силами и снова потянул чужеродную магию. На этот раз ощутил, как она начинает поддаваться. Но Аяна задергалась, застонала, вцепилась в мое плечо второй рукой. Я не смог смотреть на ее мучения и отнял ладонь. Повернул. Она вся была испачкана кровью. Бессмысленно. Руна словно вросла в нее.

— Прости меня, Аяна. — Я прижал ладонь к ее плечу и теперь направил магию на охлаждение, чтобы успокоить странную рану. Обнял.

— Понятия не имею, что это такое. — Я подумал, что одному мне не справиться. — Пойдем скорее в храм.

— Ох, да он уж дома наверное, поздно для храма, — растерянно добавила Илия.

Мы быстро собрались вчетвером и выскочили на улицу. На деревню опустилась густая тьма, небо заволокло тучами. Аяна шла, спотыкаясь, и я подхватил ее на руки. Остальные торопились следом и галдели.

— Хорн, — тихо попросила Аяна, вдруг заерзав у меня на руках. — Отпусти, мне нечем дышать. Мне надо… мне надо идти.

Я испугался. Поставил ее скорее на ноги.

— Так лучше? Куда идти?

Она замотала головой, отошла в сторону. Выглядела она сама не своя — какая-то будто сонная, или отрешенная. И вдруг воздух сгустился от мощной магии, под Аяной пропала земля, она рухнула вниз, не издав ни звука. Я бросился вперед, но твердь сомкнулась, и я упал руками в следы только что стоявшей тут Аяны.

— Только что тут стояла! — воскликнул Куор.

— Так не в небо их уносили, а сквозь землю проваливались… — пробурчал Велс, опускаясь рядом со мной.

А я так и стоял на четвереньках, в груди будто огнем жгло от боли и страха за мою маленькую Аяну.

— Вижу, что не ты, Хорн, делаешь это, — говорил Велс. — Вставай. Не вернуть ее сейчас, раз украли. Но никто, кроме Лестана, магией больше не владеет. Стало быть, он устроил все это? Поди к нему, мы пока народ соберем.

Велс поднялся.

— Идемте, Хорну может понадобиться помощь наша.

— Что же делается, что делается, — причитала Илия. — Как же так все повернулось…

Коур поднял меня под руку, похлопал по плечу.

— Дойдешь или помочь? — спросил с пониманием.

— Я сам. Идите.

Как в тумане добрел я до Лестана. Дверь у него в дом всегда была открыта, и сейчас я вошел беспрепятственно.

— Лестан, — прохрипел я, завидев старика у печи. Гнев кипел в груди. — Зачем ты так с девочками? Зачем с Аяной? Что ты с ними делаешь?

— Что я с ними делаю? — удивился жрец и развернулся ко мне. На его лице отражалось явное недоумение.

— Аяна из-под носа у меня провалилась, как мы с ней тогда в твоем храме! Нарочно ты ложным следом меня повел? Но руна на ее руке такая же светилась. Прошу тебя, пощади ее. Ежели ты смерти моей хотел — быть посему, поеду хоть сам в столицу, в любом зверстве признаюсь, только не тронь ее…

Я хотел крушить все, а сам умолял. Потому что силой у старика ничего не выпытать. И я понимал это. А раз я помешал ему, значит, молчать точно будет, да еще и в нападении обвинит. А Аяну так и не спасу.

— Сын мой, — вдруг с теплой улыбкой подошел ко мне жрец. — Не я это делаю. Не я девушек крал и твое имя очернить хотел. Не трать на меня время, ищи свою подругу.

— Как? — прохрипел я. — Землю руками рыть? Она в колдовской портал провалилась.

— Сердцем, сын мой, — произнес снова ласково жрец. — Она тебе светлой Диверией предназначена.

— Что?

— Видение мне было, что Диверия укрыла тебя светлым покрывалом, благословила. А стало быть, приняла к себе. — Он коснулся моего плеча. — Севрас рассказал, что нашел в твоем старом сундуке о твоем заветном желании. Я попросил у Диверии чудо, чтобы послала она тебе спутницу. И Богиня исполнила желание старика.

Я растерялся. Совсем я этого не ожидал, а в голове всплыла та записка.

— Выходит, Севрас не сразу мне шкатулку принес? — пробормотал я.

— Он не знал сначала, что она твоя. А я тогда в гостях у него был, — отвечал Хорн. — Потом все забывал отнести. Ты же знаешь его, он уже не молод. Как и я. И мне магия больше ни к чему, я отдал ее Диверии в уплату просьбы.

Он достал из-за пазухи свой магический камень — камень жрецов, как их называют. В них запирают магию и дают своим последователям. И только через камни они могут колдовать.

Но камень Лестана был тусклым, желто-серым, потерявшим все свечение. Отдал Богине магию за желание? За желание для меня?

— Не трать время, Хорн, — мягко сказал Лестан. — Ищи ее. Вас связала сама Диверия. И ты спасешь Аяну.

Я вышел из его дома, точно опьяненный. У меня не было ни единого сомнения в словах Лестана. Я верил в них не потому что верил ему — я ощущал каким-то глубинным чутьем, что я и правда найду Аяну. А если найду… то и все остальное — правда. Богиня жрецов благословила мерзкого дракона. Но разве такое возможно?