Хозяйка уездного города - Дия Семина

— А я-то, как рад. Тогда ещё кое в чём признаюсь, я не сдержался и уже поел разок.

Смеюсь и снова приобнимаю его за тощие, но крепенькие плечики.

— И молодец, набирай силушку, она тебе в жизни понадобится.

После обеда мы с Алёшей начали методично, как два бывалых взломщика, проверять весь дом, от подпола до чердака. В подполе, кстати, обнаружилась небольшая кадка с квашеной капустой, а внутри ещё сюрприз в виде солёных огурцов. Нам завтра щи можно сварить или рассольник, не тот клад, что искали, но всё равно приятно.

Дегустируя капусту, я вдруг осознала, что Шурочка — городская барышня, штопать и шить умела отлично, а вот к огородным делам и засолкам у неё вообще не было ни способностей, ни навыков. А ведь огород небольшой есть, но там бурьян. Этот бочонок сделан кем-то профессионально, скорее всего, куплен на щи, да забыт. Или нет, у мужа от капусты несварение, надо было Шурочке его капустой и пичкать, глядишь, присмирел бы.

Больше в подпол мы не спускались, не нашлось даже признаков, что кто-то мог там что-то закопать. Проверили все комнаты, полы, стены, отодвигали и переворачивали всю мебель, какую только могли перевернуть.

Стоя в небольшом квадратном коридоре, и прикидывая, где ещё поискать, смотрю на внушительный старинный шкаф, какой сами не сдвинем с места, даже если очень постараемся.

— Думаю, что он бы тоже не стал двигать огромный шкаф, чтобы что-то спрятать. Главное правило клада, знаешь какое?

— Не-е-е-ет…

Алёша проникся процессом и как я загадочным шёпотом его спросила, так он очень тихо ответил, боясь, что нас кто-то может подслушать.

Наклоняюсь и шепчу ему ещё тише:

— Клад должен быть незаметным, на то он и клад. Но в случае опасности его должно быть легко забрать. За какие-то секунды. В случае пожара или наводнения.

— А-а-а-а-а! Я об этом не подумал. Но тогда баня не в счёт. Бани всегда горят, и там сыро. На чердаке тоже вряд ли, ты же видела, какая старая лестница ведёт на чердак, даже я боюсь на неё взбираться. А раз там все перекладины целые, то и твой муж не поднимался.

Мы перешли в третью комнату и на четвереньках ползаем по полу, проверяя половицы, заодно рассуждая о теории и практике кладоискательства.

— Хм, молодой человек, да вы просто талант, и ведь не поспоришь, логика железная. Надо напоследок ещё раз перевернуть его спальню, и проверить все половицы, и, возможно, книги. Но он Шурочке, ну то есть мне не запрещал книги брать, значит, в книгах точно ничего нет.

Я чуть было не спалилась на элементарном. Назвала себя в третьем лице. Хорошо, что мы в этот момент двигали очередной комод с древним тряпьём в одной из старых комнат, где давно никто и не жил. Да и тряпьё всё только для половых тряпок годное.

— Ничего, Шурочка, а может быть, и не было у него клада?

— Может, и не было. Часы были швейцарские, с маленьким бриллиантом в центре крышки. Возможно, это единственное богатство. Но куда-то же этот прощелыга деньги девал.

— Родственникам? Ой, а может, полюбовницам?

— Эй! Молодой человек, откуда вы такие слова знаете? Да и откуда у такого противного мужика полюбовница? Ты же его видел…

Алёша смутился, вздохнул и выдал очередной аргумент, с которым я и поспорить не смогла бы:

— За деньги и с уродом стерпится, ты же жила с ним…

— Фу, гадость! Не продолжай. Ты ещё слишком маленький, но, к сожалению, и такой вариант вполне мог быть. Вот сволочь, даже клада нормального сделать не удосужился, у всех нормальных казнокрадов десятки золотых часов, золотые унитазы, денег по всем подушкам… Ой, точно! Подушки. В его спальне на диване есть подушка, пошли выпотрошим её.

Это была последняя идея, где мог бы притаиться клад.

Старая небольшая подушечка с вышитой крестиком наволочкой, затёртая до невозможности, тоже оказалась пустой.

— Пусто! Надо отдать этому прохиндею должное. Он спрятал деньги где-то в другом месте.

Стою в центре комнаты, руки в боки, взмыленная от непосильного труда, мы не просто так всё двигали, но и подмели полы, да паутины смахнули. Навели относительную чистоту в довольно пустом доме, но и только.

Никаких идей не осталось.

Он, наверное, реально не такой и дурак, прекрасно понимал, что в любой момент к нему могли бы прийти с обыском после ревизии и изъять всё. Как и сказал городничий, пока единственная ценность, это дом.

Глава 16

Гости пожаловали

Поиски не увенчались успехом, почему-то у меня было предчувствие, что этот прощелыга деньги куда-то переправляет и Алёша в чём-то прав. Придётся просить городничего искать и дело открывать, а пока у нас своих дел хватает:

— Пора баньку подтопить. Завтра утром вместе пойдём в контору. Немного позанимаемся делами, а потом на рынок, надо купить хоть одно приличное платье. А то, как цыганка в этой чёрной шали. И тебе одежду.

— А я думал, ты траурное надела.

— Ну и пусть так все думают. Что-то я уже проголодалась, пока кладоискательством занимались.

Мы снова занялись бытовыми делами, натаскали из нашего колодца воды в баню, затопили там печь, и на ней же вскипятили чайник, очень практично, что и в бане есть прогар.

А сами никак остановиться не можем, всё ещё оглядываемся по сторонам, да присматриваемся ко всему подозрительному в бане, на дворе, на улице.

И вдруг, увидев старую телегу без колеса во дворе, я вдруг припомнила, или скорее увидела в памяти Шурочки одно недавнее событие из прошлого. Как Гончаров куда-то собирался, нудно отдавал жене наставления и что-то такое сказал, что его матушка приболела, и надо бы её проведать, да помочь, да новый выезд ей справить.

Весьма странно для мизантропа, вообще кому-то в чём-то помогать. Свекровь ни разу не приезжала в гости, Шурочка её и не видела, и не знает, только наслышана. А вот муж чуть не каждый месяц уезжал в губернскую столицу на несколько дней проведать матушку, и возвращался оттуда упитанный, с какими-то обновками, и злющий, словно не домой приехал, а на каторгу вернулся.

Здесь клада нет. Он всё увозил и отдавал матери или там прятал деньги, или на её счёт. Тоже типично для казнокрада.

Здесь была его вахта!

Весь вечер потратили на поиски того, чего нет. Всё зря, никаких надежд на быстрое