После развода. Я тебя не отпускал - Валерия Иванова

безграничной любовью. Она — мой мир. Это не громкие слова, а реальность. Я ее так сильно люблю. Сила материнской любви — огромная. И я не понимаю свою маму. Неужели она не любила меня так же? Разве такое возможно? Как можно было выбрать водку, а не меня. Я никогда этого не пойму. Но осуждать уже перестала.

Беру из шкафа чистое белье и платье. Мне нужно немного освежиться. Я не знаю, как далеко решусь зайти, но уверена, что Артем остановится, если я его попрошу.

Я быстро приняла душ и пошла обратно в зал, Артем смотрел что-то в телефоне. За грудной клеткой такой хаос у меня. Сердце готово просто выпрыгнуть. Я четко понимаю, что хочу его, но одновременно с диким желанием есть и страх. У меня был всего один мужчина… И последние пару лет я была «вне игры». Кажется я так не переживала даже в первый раз.

Когда я вошла, все внимание Артема сосредоточилось на мне. И мне оно было безумно приятно. Когда мужчина откладывает все дела и сосредотачивается на тебе, словно ты вся его вселенная. Чувствую, как меня потряхивает с головы до пальчиков на ногах. Я коротко выдыхаю и шагаю к нему, прикрывая за собой дверь. Сажусь рядом с Грацианским на диване. Чувствую жар его тела. Мои щеки розовеют. Смотрю на него и улыбаюсь.

— Выбрал фильм? — спрашиваю с дрожью в голосе.

Тема, не отводя от меня взгляд, что-то щелкает на телевизоре, и там появляется программа по типу «В мире дикой природы».

— Интересный выбор, — замечаю я.

— Иди сюда, — говорит хрипло и усаживает меня к себе на колени.

Мы оказываемся лицом к лицо. Я держусь за его плечи. Он улыбается уголком рта.

— Весь день об этом мечтал, — трется носом о мою щеку.

Я кладу ладони на его грудь. Про себя отмечаю, что у рубашки очень приятная мягкая ткань, но все мое внимание сосредоточено на том, что под ней. А там твердое и горячее тело.

Его лицо тянется к моему. Он дразнит меня, задевает своими губами мои, но не целует. Ловлю себя на том, что дышу тяжело и часто. Я хочу большего. Мне надоели игры.

Я облизываю губы. Артем считывает мое настроение. Тянет к себе за затылок и целует меня. Внутри меня оживают бабочки. Наш поцелуй начинается осторожно, медленно, без спешки. Просто касания губ и языка. Но все быстро меняется, потому что мы оба знаем, чего хотим.

Глажу широкие плечи, спину, грудь. Руки Артема трогают мое тело тоже. Поцелуй уже властный, наглый, пошлый. Его вкус меня будоражит, возбуждает, из горла вырывается тихий всхлип.

Мне нравится.

Сильно нравится.

Мыслей в голове нет, я сосредоточена на своих ощущениях. Тема начинает действовать активнее, углубляет поцелуй. Он меня ласкает языком, я пытаюсь подстроиться… Притягиваю его к себе за шею, хочу почувствовать его везде. Артем отрывается от меня, воздуха не хватает, а он еще раз быстро целует в губы. А потом начинает задирать на мне платье…

И внезапно останавливается.

Прислоняется лбом к моей ключице. Дышит тяжело и быстро.

А я не понимаю, что случилось.

— Не так, Тая, — хрипло говорит. — Я хочу тебя всю, без мыслей, что надо быстрее и что нам помешают. Я хочу медленно и без спешки.

— Но…

— Завтра приезжает мой друг, встретимся с ним, а потом поедешь ко мне, — он не спрашивает, а констатирует факт.

— Хо-хорошо, — отвечаю, заикаясь.

Поеду.

Я тоже хочу.

Медленно и без спешки.

19

Тая

— Ир, точно нормально? Ты сможешь остаться с Юной? Может, мне никуда не ехать? Я, наверное, не поеду, — говорю скороговоркой.

Подруга нетерпеливо вздыхает и смотрит на меня своим фирменным взглядом «не беси».

— Ты не доверяешь мне мою же родную крестницу? — спрашивает строго.

— Нет, ты что! Я же не об этом. Просто… Она же совсем малышка еще, как я ее оставлю вот так?

— Таина! Хватит. Ты слишком переживаешь. Да, оставить ребенка — тяжело. Помнишь, мы в книге читали, что первый раз оставить вот так ребенка будет болезненно, но это нормально! Ничего не случится. Мамочке надо повеселиться, — подмигивает мне.

— Ой, я что-то переживаю, — сажусь на кровать к подруге. — Одно дело — переспать, а другое — остаться на ночь.

— Вы посмотрите, как она заговорила. Одно дело переспать, — смеется в голос. — Это ты когда и с кем вот так переспала? Рассуждаешь, как бывалая блудница, блин. Мы обе знаем, что «переспать» — не для тебя. Тебе нужны чувства и отношения, по другому ты не дашь.

Я задумываюсь.

Наверное, подруга права.

У меня были «отношения» только с бывшим мужем. Мы встречались, а потом был секс. Я, кстати, отдалась ему на втором свидании.

— Слушай, а может, «просто переспать» тебе и надо? Просто со случайным мужиком. Провести горячую развратную ночь вместе!

Видимо, на моем лице отразился такой ужас, что подруга снова смеется.

— Черт, надо было включить камеру! Ты бы себя видела.

— Ну и шуточки у тебя.

— А что? Я вот люблю горячие развратные ночи с мужиками.

— Потому что ты отношения не пробовала, — парирую я.

— В смысле? А помнишь, в Турции с тем… Как его звали?

— Берк. И это нельзя назвать отношениями, Ир. Мы там были неделю, а ты умудрилась и с ним, и с тем женатиком.

— Ублюдок! — тут же восклицает подруга. — Таким соловьем запевал, что на отдыхе один. Его жена мне чуть все волосы не повыдирала.

— У них трое детей…

— Я же говорю, ублюдок! Как так можно? Как вообще умудрился?

— Наверное, профи в этом деле.

— К черту отношения. Я для них не создана.

Мы улыбаемся друг другу.

Но обе понимаем, что Ира лукавит. Она бы хотела здоровых, стабильных отношений, но пока на ее пути попадаются одни уроды. Я уже думала над тем, чтобы Артем познакомил ее с кем-то из друзей, но Ириша меня придушит. А у меня ребенок.

Остаток дня я провожу со своим сокровищем, не могу ею надышаться. Честно? Я уже никуда не хочу! Стоит мне представить, что я на всю ночь уйду… Меня такой паникой кроет. Ирка права, это ненормально, но нормально. Просто надо сделать. Нельзя тоже постоянно находиться с ребенком. Дочке тоже нужно личное пространство. Я просто попробую. Я в любой момент могу вызвать такси и уехать…

Артем позвонил и сказал, что через минут двадцать будет. Я стала готовиться, надела на себя короткое черное платье, туфли на каблуках, распустила