Мой бывший адвокат - Влада Одинцова

— Марта! — выкрикивает моя сестра, вихрем влетая в нашу с Димой спальню. В ее цепких пальцах вешалка, на которой висит платье в чехле.

— Где оно было? — спрашиваю взволнованно, бросаясь к Вере.

— Лина Сергеевна забрала его в гостевую комнату, чтобы проверить и при необходимости пропарить складки и заломы.

Я шумно выдыхаю и на мгновение прикрываю глаза. Мама Димы решила позаботиться о моем платье, а я чуть не впала в истерику. Она сама заходит следом за Верой.

— Деточка, прости, — произносит покаяно. — Не хотела отвлекать тебя от сборов, поэтому просто тихо забрала твой наряд. Думала, закончу как раз к моменту, когда визажист от тебя уйдет. Но заломов оказалось много. Я пока по всем прошлась, уже и Вера подоспела.

Пока Лина Сергеевна тараторила, моя сестра уже успела снять чехол. Платье серебристо-белым облаком ложится на нашу с Димой кровать.

— Ничего страшного, — заверяю Лину Сергеевну. — Я как раз поэтому и кинулась к платью, хотела проверить, все ли в порядке. Но вы меня опередили. Спасибо, — душевно благодарю женщину и сжимаю ее чуть пухлые руки.

— Надо было тебе сказать, — сокрушается она. — В такой день у невесты и так достаточно поводов для волнений.

— Я правда благодарна за то, что вы позаботились о моем наряде.

В дверь раздается стук, и мы трое переводим туда взгляд. Она приоткрывается, и в проеме показывается рука, которую я узнаю из тысяч.

— Дима, тебе сюда нельзя! — восклицает Вера.

— Я только на секунду, — заверяет мой жених из-за двери. — Заглядывать не буду. Марта, подойди, пожалуйста.

Бросив обеспокоенный взгляд на сестру, иду к двери и берусь за Димину руку. Он сжимает мою кисть своей широкой ладонью.

— Я только хотел сказать, как сильно люблю тебя, — тихо говорит он. — И обещаю, что ты не пожалеешь о том, что вернулась ко мне.

— Разве я могла иначе? — отвечаю хрипло, борясь с подступившими слезами. — Я ведь тоже люблю тебя.

— Встретимся у алтаря? — спрашивает он.

— Я буду в белом, — отзываюсь с улыбкой.

Он еще на секунду сжимает мою руку и, отпустив, закрывает за собой дверь. Оборачиваюсь, заставая растроганных Веру и Лину Сергеевну. У обеих уже бумажные платочки в руках, и они промакивают ими уголки глаз.

— Так, все! — восклицает моя сестра. — Развели тут сырость! Давайте собирать невесту, во дворе уже собираются гости.

А дальше все, как в тумане. Мне помогают надеть платье, фату, украшения, туфли. Я смотрю на свое отражение в зеркале и не могу поверить, что это — я. Что я наконец могу быть счастлива с мужчиной, который наверняка сделает все ради благополучия нашей семьи.

Потом я спускаюсь вниз. А когда начинает играть марш Мендельсона, Димин папа кладет мою руку на свой локоть и выводит из дома. У меня нет отца, так что Александр Владимирович любезно предложил провести меня до алтаря. Я бесконечно благодарна ему за этот жест. Потому что дойти самостоятельно я бы не смогла. У меня так сильно трясутся коленки, что ноги еле держат в вертикальном положении.

Минуя гостей, мы приближаемся к алтарю. Дима стоит ко мне спиной. Когда мы с Александром Владимировичем останавливаемся в паре метров от моего жениха, его друг, улыбнувшись, хлопает Диму по плечу. Вижу, как мой будущий муж делает глубокий вдох и медленно оборачивается.

На глазах моего жениха выступают слезы. На лице расплывается широкая улыбка, а взгляд, полный восторга и обожания, скользит по мне от макушки и до пят. Несколько долгих секунд Дима рассматривает меня, а потом протягивает руку, и Александр Владимирович подводит меня к жениху.

Моя ладонь утопает в руке Димы, когда он подводит меня ближе к регистратору и ставит напротив себя.

— Ты потрясающая, — шепчет. — А я — счастливчик.

От этих слов по моей коже проходит дрожь, и церемония начинается.

Глава 19

Дмитрий

Я думал, что сильнее любить невозможно. Что мое сердце не может стать еще больше при взгляде на любимую женщину. Но в тот момент, когда Артем хлопает меня по плечу, и я оборачиваюсь, главный орган в груди замирает. Подскакивает к горлу и начинает колотиться так, что кажется, будто я сейчас умру от тахикардии.

До чего же она красива! Изящная, стройная, в этом переливающемся жемчужном платье. Оно добавляет ее образу еще больше элегантности и грациозности. А осознание того, что под этим платьем скрывается совершенное тело и маленький животик, в котором зародилась жизнь…. Это просто сводит с ума.

Там, внутри этой потрясающей женщины растет продолжение нас двоих. Плод нашей любви. Маленький человечек, который еще больше скрепит нашу пару.

Держу свою малышку за руки и смотрю в ее наполненные слезами глаза. Я уже и не помню, когда сам в последний раз плакал. Наверное, в глубоком детстве. Но сейчас смотрю на Марту и не могу сдержать слезы. Они то и дело наполняют глаза, размывая прекрасный образ моей невесты.

Когда настает время произнести клятвы, я понимаю, что из головы выветрились все заготовленные ранее слова.

Я — юрист. Более того, адвокат. Человек, который в любой стрессовой ситуации максимально собран и готов к любым неожиданностям. Но сейчас я на мгновение теряюсь, осознавая, что не помню свою речь. Я не учил ее наизусть, нет. Это было бы наиграно и неискренне. Но я помнил основные моменты, а сейчас забыл.

Делаю глубокий вдох, открываю рот и просто позволяю словам литься из меня, даже не пропуская их через мозговой фильтр.

— Ты — самое ценное, что есть в моей жизни. Я был таким дураком, что позволил тебе выскользнуть из моих рук. Но благодарен тебе, что ты в них вернулась. Я не представляю себе жизни без тебя. Я не хочу жить без тебя, и не буду. Ты принесла с собой свет, тепло, нежность, ласку. Ты наполнила меня и мою жизнь смыслом. Я клянусь, что буду оберегать тебя всю свою жизнь до последнего вдоха. Буду относиться к тебе как к самой большой ценности. Буду носить на руках и ограждать от всех проблем. Потому что ты заслуживаешь только самого лучшего. В ответ я прошу только одного: верь в меня и всегда улыбайся мне, и я сверну ради тебя горы. Я люблю тебя, — добавляю тише, потому что голос совсем садится.

Марта громко всхлипывает, а потом улыбается сквозь слезы.

— Ты забыл подготовленную