Глупышка в Академии - Кейлет Рель

class="p1">На третий заход Викки уже была в настолько благостном настроении, что дала слово Оливии и сочувственно кивала по поводу Корвуса. Из нее медленно уходило напряжение и обида.

К пятому бокалу мы все стали лучшими подружками и наперебой жаловались на глупых мужиков, тяжелую учебу и очень несправедливую жизнь.

— Знаешь, — вздохнула Викки, — я все еще тебе завидую. Но ты не такая уж и выскочка, какой кажешься. Решено! Мы с Лили возьмем тебя под крыло.

— Поняла, Оливка, — захихикала я. — Теперь мы бригада!

— Что? — не поняла Викки.

— Команда, говорю. По уничтожению Корвуса и завоеванию Академии.

Мы дружно сделали по глотку. Вино игриво плескалось на дне бутылки. Завтра у нас было пять пар и практика с боевыми искусствами, но кого это волновало?

Я уснула в кресле, подложив под голову томик черной магии. Викки с Оливией сопели, сидя на стульях и привалившись друг к другу. Наконец-то в наших отношениях наступила идиллия!

Глава 22

Не верьте тому, что говорит мужчина. Просто смотрите, что он делает.

NN

Утром меня ждал сюрприз. Мы с девочками быстро намешали зелье, спасибо магистру Марике за полезный рецепт, привели себя в порядок. Пары начинались через полчаса.

Сонная и недовольная я открыла дверь в свою комнату, чтобы забрать учебник, и на меня высыпался ворох писем. Где-то в глубине комнаты натужно бряцала почтовая шкатулка.

Похоже, бедный артефакт всю ночь выплевывал из себя макулатуру. Я взяла в руки охапку записок.

“Спишь?”

“Соскучилась?”

“Никак не могу забыть твои прекрасные глаза…”

— Слабак, — пробормотала я. — Даже цвет вспомнить не мог.

Во мне поднималась волна праведного возмущения, и я уже готовилась писать ноту протеста Леметре, как вдруг заметила среди писем предложение вернуться в королевство.

Выходит, писал не Аэлар. Автором всего этого безобразия был Ренар. Я окинула макулатуру цепким взглядом, прикидывая, мог ли один дракон настрочить столько записок.

Мог. Они ж выносливые, заразы… Готовы месяцами преследовать жертву.

А Аэлар, получается, уже пожаловался другу, что его отшили. Не зря тот перешел в фазу активного наступления.

Я затолкала бумагу обратно, в комнату, аккуратно вытянув из-под завалов академическую сумку. Викки за моим плечом присвистнула.

— Лили, что это? — спросила она. — Письма от поклонника?

— Письма от поклонника приходят раз в неделю. С букетом цветов и конфетами, — раздраженно ответила я. — А когда их сотни за одну ночь, это уже не поклонник, а преследователь.

Дракону повезло. Мое желание сворачивать шеи малость поутихло, как только я заметила на каждой записке небольшой рельефный узор драконьей империи. Такой нельзя было подделать.

В голове уже формировался план о том, как подзаработать. Я подтянула свой внушительный бюст, поправила пояс ученического платья. Жизнь снова была прекрасной. Даже с учетом того бардака, который устроил в моей спальне второй дракон.

Оливия успела лишь краем глаза увидеть хаос в моей спальне. В отличие от Викки, она свистеть не стала.

— Сумасшедший, — протянула она. — Тот самый?

— Нет, второй. Судьба предпочитает подкидывать мне неприятности не по одной, а сразу комплектом.

— Удавиться можно, — закатила глаза Викки. — Этот ненормальный всю ночь тебе написывал?

— Видимо, да.

— Неужели не догадался, что раз не отвечаешь, можно не стараться?

Я прикусила губу, тщетно пытаясь сдержать смех. Перед тем, как отправиться к Оливии, я открыла почтовую шкатулку в поисках записки от Викки. И ушла, толком ее не закрыв. Все это время дракон пребывал в уверенности, что я читаю его послания, но не отвечаю.

Уверена, где-то в этом ворохе есть записка с коротким и веским словом “стерва”. Пусть Ренар так и думает! Я вредное хладнокровное существо. Почти как эти напыщенные ящерицы, только плююсь не огнем, а подколками.

На лестнице нам встретилась компания второкурсниц. По привычке они попытались поддеть самое слабое звено, то есть Оливию:

— О, нищенка, — фыркнула высокая блондинка. — Куда спешишь, даровитая? Полы в столовой драить?

— Этим занимаются бытовички вроде тебя, — без раздумий парировала я, загораживая нахалке дорогу.

Обычно адептки меня игнорировали. Сказывалась дружба с взрывной Викки. Да и о моей семье в Академии мало кто знал, многие считали, что мне досталось внушительное наследство и связи.

Эти иллюзии помогали не стать изгоем вроде Оливии. Поэтому девушке я всегда сочувствовала. Просто не настолько, чтобы рисковать собой, защищая ее.

Но теперь у меня были деньги, была власть и гарант безопасности. Теперь я могла позволить себе некоторые вольности.

— Ты еще кто такая? — поморщилась блондинка. — Боги, а не ты ли увела драконов на балкон? Теперь ясно, почему сразу после этого один сбежал обратно, на родину…

— Завидовать нехорошо, — с благодушной улыбкой ответила я. — На меня драконы хотя бы обратили внимание. А у тебя… — Красноречивый взгляд на то место, где должна быть грудь. — Даже взгляду упасть некуда.

— Смотри, как бы платье на тебе не треснуло от такого самомнения!

— Что ты, душенька! Тут помимо самомнения есть еще ум, харизма и сила воли.

— Ах ты жирная…

— Триш, — вмешалась в нашу перепалку Викки, — следи за языком.

Блондинка вскинула брови. Она не ожидала, что главная противница Оливии вдруг встанет на ее сторону. Не думаю, что эта Триш даже подозревала, что пышка вроде меня примется оговариваться. Мне полагалось сесть в уголок и зарыдать.

Как и Оливии. Но блондинка медленно раскатывала на ладони темный шарик проклятия. Я видела в ее взгляде мрачную решимость.

— Истерички, — прошипела блондинка.

Она круто развернулась и направилась в противоположную сторону. Можно считать, наша компашка успешно выиграла первый бой. Осталось только доказать остальным адептам, что Оливия теперь наша и шпынять ее нельзя. М-да, мало мне драконов было!

Глава 23

— Маша учится?

— Маша уже все умеет!

NN

На нашу троицу все дружно косились. Особенно это не понравилось профессору Корвусу. Он пялился на Оливию без всякого стеснения, а по скулам ходили желваки.

— В чем дело? — прошипела Викки. — Все выглядят так, будто мы решили умертвие завести вместо болонки!

— Оливия похожа на умертвие, — меланхолично ответила я. — Бледненькая такая…

— Ну спасибо, — насупилась та. — Я вообще-то здесь. И никто не просил вас за мной присматривать!

— А мы и не ради этого здесь сидим, — заметила Викки.

— Именно, — подтвердила я. — Мы просто кругозор расширяем. Лично я провожу исследование, сколько раз у темного эльфа может дернуться глаз за минуту. Пока что абсолютный рекорд — три.

Оливия опустила взгляд на свои сложенные руки. Бедняжка побледнела еще сильнее, а между пальцев начал пробиваться дымок темной магии, выдающий крайнее напряжение хозяйки.

— Не беси его, — тихо попросила она. —