Токсы академии Акалим. Книга 2 - Мария Александровна Ермакова

Меня никогда не назовут «леди».

Меня называют токсом академии Акалим.

Все это время я как-то держалась, запрещая себе мечтать о таком парне, как Лиам Тэйч. А сейчас вот…

Я замедлила шаг, позволяя ему уходить все дальше. Он шел быстро и зло, подняв воротник пальто от задувшего с моря ветра. Одинокая черная фигурка на полотне дороги, убегающем к горизонту.

Сердце содрогнулось от горечи. Похожую я испытала лишь однажды — на похоронах мамы. Привиделось нечто страшное, отчаянное, больное, и Тэйч… шел ему навстречу.

— Лиам! — закричала я.

В то же мгновенье он обернулся и бросился обратно.

Мы встретились и так вцепились друг в друга, словно нас пытались разлучить. Обезумевший ветер бил то справа, то слева, тучи над нашими головами бежали все быстрее, обещая скорый ливень, а мы просто стояли, прижавшись. Приникнув к его груди, я слушала, как бешено бьется его сердце, а он тихо касался губами моих волос и… молчал.

— Скажи что-нибудь, — попросила я, запрокинув к нему лицо.

— Беги от меня, токс, — прошептал он, горько улыбнувшись. — Беги, потому что…

Что там было дальше я не дослушала — поднялась на цыпочки и накрыла его губы своими. Мы промокли и замерзли, но огонь пылал в прикосновениях, в чувственных касаниях, в том, какой болью прошивало наши ладони, стоило оторвать их от кожи друг друга. Когда терпеть это адово пламя больше не осталось сил, Тэйч оттолкнул меня, тяжело дыша.

— Остановись, Вин! — прохрипел он. — Ты права, это должно быть не так, не здесь… Давай-ка успокоимся и вернемся в Акалим.

Его слова доносились до меня будто сквозь пелену, дымку, в которой я видела совсем другое — наши сплетенные тела, острую боль узнавания друг друга, сладкую негу неспешных движений любви…

Усилием воли взяла себя в руки. С силой потерла щеки, закрыла и открыла глаза. Наверное, следовало бы еще упасть и отжаться раз этак пятьдесят, но не хотелось делать это в грязи. Зато отчаянно хотелось плакать, однако я справилась и с этим. Вздернула подбородок, расправила плечи.

— Да, Лиам.

Больше мы не проронили ни слова, ни разу ни коснулись друг друга. Сразу за воротами академии разошлись, даже не обменявшись взглядами.

Слава богу, пока я шла до нашего корпуса, народу встретилось немного — накрапывающий все это время дождь перешел в ливень, черные тучи, сопровождающие нас по дороге из Фрида, добрались до Акалим. Если девчонки в жилом блоке, наверняка, будут расспрашивать, что случилось. А мне не хотелось ни с кем говорить. Чувства переполняли душу, как вода — русло реки в половодье, еще немного и выйдут за берега, выльются слезами.

Войдя в коридор, замедлила шаг, чтобы успокоиться, а затем и вовсе остановилась перед одной из висящих на стене картин. Нарисованная лупоглазая рыба застыла в толще воды, таращась на меня. В ее глазах читалось холодное любопытство твари, никогда не видевшей солнца, а еще она показалась странно знакомой, будто где-то я уже видела нечто подобное. Говорят же, что влюбленные — больные на всю голову. Уже мерещится невесть что!

Решительно направившись к своему жилому блоку, я толкнула дверь и… выдохнула с облегчением. Соседок не было. Должно быть, отправились в столовую.

Бросившись в ванную, прямо в одежде встала под горячий душ, все равно все стирать! И только сейчас поняла, как замерзла.

Горячие струи текли по волосам, лицу, напоминая жаркие поцелуи Тэйча. Силли не отвечает ему взаимностью, но, я уверена, он не отступит, даже несмотря на то, что произошло сегодня между нами.

Потому что надо «держать лицо».

Потому что Альбионы гораздо древнее Эррочей.

Что же я буду делать, если однажды сердце Сильваны Оливии Рэчерч дрогнет, и она ответит ему «да»?

Глава 7

На ужин не пошла: и во Фриде наелась конфет, и вообще аппетита не было. Пока не вернулись девчонки, сидела на подоконнике, наблюдая, как сумерки опускаются на двор, сменяясь чернильной темнотой ночи.

— Вин, ты тут? — послышался голос Дарлы.

Слезла и пошла в гостиную, надеясь, что невеселые мысли на лице не отразятся.

— Это правда, что Джеф подрался с Тэйчем? — выдохнула Силли, едва я вышла.

— Он на ужин не пришел, что ли? — буркнула я.

Совершенно не хотелось думать об этой историю!

— Дин пришел, — пояснила рыжая. — Говорит, у Джефа оба глаза заплыли.

— Надеюсь, он не налетел ни на кого из администрации? — заволновалась я. — Если узнают, что он был выпивши, да еще и подрался — точно, отчислят!

— Ой! — Сильвана Оливия схватилась за щеки точно так же, как это делали испуганные детишки в Замошье.

— Дин — молодец, провел его так, что никто не увидел, — кивнула Дарла.

— Завтра воскресенье, он отлежится, но в понедельник все его увидят, включая преподов, — заметила я.

Рыжая поморщилась:

— Ему придется придумать что-нибудь, если не соображал, что делает, связываясь с таким типом, как этот Тэйч. А ты где была? Почему задержалась?

— Пыталась убедить Лиама не доставать Джефа, — стараясь казаться равнодушной, ответила я, и ведь не кривила душой. — Но ему словно вожжа под хвост попала. Да еще Новач его убийцей обозвал, даже не знаю, с чего бы?

— Хм… — прищурилась Дарла. — А ведь сыну поверенного подобными словами разбрасываться не положено! Что-то тут нечисто.

— Давайте завтра спросим? — предложила я. — Как раз он проспится. Да и хватит с меня на сегодня.

Мы разошлись по комнатам, а спустя некоторое время я оделась потеплее и отправилась на пляж.

Валли уже валялся на мокрой гальке, перемешанной с песком, с таким видом, будто это была пуховая перина. Зверь-океан беспокоился — шумел, бросал волны на прибрежную полосу, баламутя дно и пену. Опускаться на мокрую землю не хотелось, поэтому я вытащила хвост сладко спящего дракуся и села на него. Мышастый приоткрыл один глаз, с удивлением покосился на меня, а затем счастливо вздохнул, что-то мурлыкнул и засопел дальше. Ну дите, ей-богу! Я так умилилась, что даже на душе стало легче. Судя по всему, то, что я сижу на его хвосте, дракона никак не беспокоило, поэтому я достала из сумки практическое пособие по магиеведению, фонарик и принялась тренировать чертовы пассы. То, что мои успехи в этом направлении были