Кровавая алхимия: тайна Золотого города - Лисса Мун

мне удалось подняться на колени. Я нашарил на полу перстень и спешно вернул его на палец. Камень нагрелся, и тепло устремилось к ране на шее, возвращая силы и проясняя голову. В тот же момент в лабораторию ворвалась Мецтли, готовая разорвать поганца на мелкие кусочки. Из оскаленной пасти прямо на пол капала вязкая слюна.

— Оставляю его тебе, — заговорщически улыбнулся Тристан и подмигнул охотнице, будто не заметил бухгальера. Театрально развернулся, смахивая с плеча несуществующую пылинку, и скрылся за дверью.

Собака так и не получила от меня команды к нападению и проводила потенциальную добычу недоуменным взглядом. Я лишь пожал плечами и с таким же недовольством посмотрел вампиру вслед.

— Ты серьезно решил помогать? — скептически прищурилась Лилия. — Зачем тебе?

— Одна вампирица… — начал я, но осекся, ведь только что Лилия претендовала на мое внимание. Или мне показалось после удара о плитку?

— Ясно, — закончила она. — Но знаешь, Радомир, в мире есть и живые девушки. А поганцы скоро будут лишь оружием в руках охотников. Руслан думает, что останется у власти, но отец ему не позволит.

— Одного не могу понять. Зачем Максиму Андреевичу брать штурмом Золотой город? Разве он не может и так войти туда в любой момент?

— Может, — осторожно ответила Лилия и наконец отодвинула на лоб крупные пластиковые очки. — Предположительно в городе больше тысячи алхимиков. Не много, но и не мало. Вряд ли они согласятся с новым порядком. К тому же, билет в сердце Золотого города только в один конец. Эдита все еще гость, раз выходит на поверхность. А с тех пор, как она узнала о наших планах, у скрытных стариков есть время подготовиться. — Она приблизилась, сняла перчатки и положила крупные ладони мне на плечи. — Нам действительно нужен заменитель крови. Выкачивать ее из живых людей — негуманно. Ведь приходится держать их рядом с подопытными вампирами. Мой консервант продлевает ее срок годности, но пока недостаточно. Пара часов превратилась в пару дней. Нам же требуется хотя бы пара месяцев хранения, а еще лучше пара лет, чтобы вампиры могли полностью перейти на пакетированное питание.

— Я добуду, — зачем-то пообещал я и стиснул зубы, чтобы не выплеснуть негодование прямо в лаборатории.

Ведь вампир не просто так провернул этот спектакль? Он надеялся, что Лилия покажет мне место, где держат подопытных. И куда Руслан увел Северину.

— Вперед, — скомандовала Лилия, будто собаке, наклонившись почти к самому носу, и мягко развернула меня к выходу. У меня аж челюсть свело оттого, как неестественно выглядели ее жесты, как кололись ядовитыми шипами ее обманчиво ласковые пальцы, что скользнули по моим плечам.

Только на влажной серой улице, глотнув холодного воздуха, я немного пришел в себя.

— Святое железо! Я снова во что-то влип! — пожаловался Мецтли, всегда готовой выслушать. — С тех пор, как пришло письмо от адвокатши матери, это становится привычкой. Мне бы радоваться, да? Жизнь больше не кажется скучной. Знаешь, она ведь действительно прервалась еще в детстве, когда меня растерзала… вампирица. С тех самых пор я существовал вне системы, пока не надел на палец клятый перстень.

* * *

Tesla Тристана выехала на мост через Преголю, и я убедил себя, что мы возвращаемся к его дому. Но вампир свернул на другую улицу, которая вскоре вывела к Южному вокзалу. Здание выделялось алой крышей на фоне угрюмой непогоды. Как ящик с помидорами, который сестра притащила в погреб.

— Здесь они не могут совсем оцепить лазы, — пространно пояснил Тристан, выбираясь из машины. — Железнодорожный узел — место общественное. Что бы охотники о себе ни мнили, у них нет абсолютной власти.

Он скоро зашагал ко входу с огромным стрельчатым окном посередине которого к рейкам крепился стрелочный циферблат. Добравшись до дверей, смерил Мецтли взглядом исподлобья:

— Вели ей сидеть снаружи, — отчеканил Тристан, кивком головы позвал за собой, и проскользнул за дверь, даже не дотронувшись до ручки, будто осенний сквозняк.

— Я скоро, жди здесь, — попросил Мецтли. Четвероногая подруга понимала меня без слов и с удовольствием выполняла просьбы еще до того, как они оформлялись в строгие команды.

Мрачный свет улицы, проникающий через решетки окна спорил с вычурной люстрой, свисающей с потолка фойе. Она разбавляла минималистичный интерьер вокзала хаотичным блеском деталей. Я догнал вампира в зале ожидания, где он покупал билеты в пригородной кассе.

Неужели Тристан собирается сесть в поезд без собаки? Я не брошу ее на улице?

— Куда едем? Догоню тебя на мотоцикле.

— Не торопись, Радомир. Сейчас увидишь.

— Уже насмотрелся, если снова оставишь засос…

— Мне тоже не особо понравилось.

Он еще и издевается?

— Мецтли… — прорычал я сквозь зубы, но Тристан не дал мне закончить.

— Бухгальеры не замерзают за пять минут на свежем воздухе. К сожалению.

Очередная неуместная интрига вызывала противное напряжение во всем теле. На лбу морщилась тугая складка. Пальцы сжимались в кулаки, хотелось заехать вампиру по скуле и по-быстрому покончить с экскурсией. Я сам напросился в его компанию, но даже не предполагал, что бывают настолько нудные товарищи.

Тристан же направился к путям по подземному переходу. А я и не заметил, когда коридор спустился вниз. Вроде мы только что миновали стеклянную стену с такими же дверями, как тут же очутились около лестницы, ведущей наверх к первой платформе. Вампир уверенно шагал дальше мимо металлических стульев и сувенирных лавок, пролетел мимо следующей платформы. И когда впереди замаячила выложенная бежевой плиткой стена, мы остановились около неприметной деревянной дверцы. Обычно за такими прятались служебные помещения, кладовки и туалеты.

— Что видишь, охотник?

Хотелось иронизировать, но я взял себя в руки и присмотрелся к проему. Вряд ли вампир привез меня просто полюбоваться архитектурой или вломиться в подсобку. Шея все еще ныла, и я потер ее рукой, заодно состроив сосредоточенную гримасу.

— А ты? — все-таки вернул вопрос, ведь ничего особенного не замечал.

— Ты точно сын Эдиты? Охотники чувствуют алхимические знаки на предметах, — теперь иронизировал Тристан, я зря упустил свой шанс. — Знаешь, что-то изменилось. И в тебе, и во мне. Раньше я не мог разглядеть этих надписей, символы расплывались перед глазами. Теперь же прямо на глазах обретают четкость, — ошарашенно поделился он и провел пальцами по кирпичному откосу.

Под свежей краской действительно проступали контуры. Я не запомнил значения всех алхимических знаков, но заприметил те, что были начертаны на карточке. Адвокатша Дарья Семеновна отказалась объяснять, мать убежала, будто подробный рассказ без утайки вставал ей поперек горла. И я остался с новыми загадками. Впереди ждал изнурительный квест по городу. Похоже, остальные считали его увлекательным.