Кровавая алхимия: тайна Золотого города - Лисса Мун

Я быстро простил ему укус, спектакль перед охотницей! Тристан, вероятно, полагал, что я прочитал его мысли или сам мыслил в том же направлении. Будучи старым вампиром, он общался с другими на равных и мерил всех по себе.

Но как он посмел нагрубить Алисе?

И я ударил, не сдержался. Сразу стало легче. А поганец не ответил — знал, что заслужил.

Подобным образом с девушками поступали только последние говнюки. Впрочем, так же часто поступали друг с другом люди независимо от пола и возраста. Но мне отчего-то очень хотелось верить, что древние создания мудрее и благороднее простых смертных. Я вообще склонен доверять миру. А вот Алиса, наоборот, до сих пор выглядела чересчур осторожной, но все равно влюбилась не в того парня.

А я сам? Влюбился в девушку, будто бы созданную специально для меня…

— Ладно, идем, — позвал Мецтли, отпирая замок, и кивнул сестре. — Я поменял личинку, пока ты навещала родных. Больше сюда никто не проберется без приглашения. А тебе, вот. — Протянул ей запасной комплект с брелоком в виде лисенка из натурального янтаря.

— Звучит неубедительно. — Она спрятала ключи в карман и поморщилась, вылив в рот последние тягучие капли напитка, смяла стакан и отправила его в урну.

— Вампиры не сунутся в логово охотника. Так что выращивай свои бактерии.

— Зато твои бывшие наставники Белоусовы везде суют нос. И Эдита…

— Больше не придет. Она бросила меня. Снова. И уверена, что теперь я ей чего-то должен. Искать ее, играть в странные игры. Парадокс в том, что дети должны своим родителям лишь благодарность за появление на свет. И я благодарен. Остальное — иллюзия.

— Иллюзия… вот и мне показалось насчет Тристана.

Мы спустились к щитку, где я врубил электричество. Теплые лучи заструились на кирпичную кладку, рыжие отсветы окрасили хмурое лицо Алисы. — Кстати, я бы тоже не прочь познакомиться с новыми родственниками. Ведь всю жизнь думал, что кроме папы и бабушки у меня никого нет.

— Прости, стоило взять тебя с собой. Но я с трудом представляла разговор. Твоя мать и мой отец провернули жуткий ритуал… Знаешь, именно папа взращивал во мне рациональное зерно и тягу к науке. Наверное, он всю жизнь чувствовал себя виноватым, что пошел на поводу у сестры.

— Или наоборот? Радовался, что спас племянника?

— Ой! — Алиса округлила глаза и замерла около тяжелой двери в конце спуска. — Ик!

— Не пугайся ты так, я не обижаюсь. Думаю, они были уверены, что не причинят тебе вреда.

— Да, — обреченно согласилась она, но все равно смотрела мимо меня, продолжала чувствовать вину за собственные слова. — Эффект от ритуала заметен только теперь — мы с тобой неразрывно связаны. Меня использовали в своих целях и древние вампиры, и охотники. А я всего лишь хотела помогать своими открытиями людям.

Вместо того чтобы пройти в отворенную дверь первой, Алиса протиснулась мне за спину.

— И поможешь, — продолжал я на своей волне, подхватив ее за локоть, чтобы перестала сокрушаться без причины. — Тристан обещал заняться внедрением продукта лично. Минуя Руслана и Максима Андреевича. И разыграл спектакль перед Лилией. Я теперь вроде как за них, против тебя.

— Это теперь ваши с Тристаном дела, — отрезала она, оторвавшись от созерцания закопченной стены, и все же посмотрела мне прямо в лицо. — И меня они не касаются. Я даже не уверена, что все еще действительно хочу заниматься заменителем. — Сестра прерывисто вздохнула и поковыряла пальчиком клинкерный кирпич. — А вот чего особенного в нашей с тобой крови, выясню в первую очередь. Может быть, в моей и не было ничего такого до ритуала. И весь секрет у тебя. — Она уткнулась лбом мне в грудь. — Тристан так вообще больше моей крови не хочет. А вот твоей хлебнул, гаденыш.

— Ты делишься со мной жизнью, я поделюсь с тобой секретами, — усмехнулся я и решил не комментировать ее милую ревностную тираду.

— Начнем с этого? — Алиса мягко высвободила локоть и снова поднесла руку к кирпичу у себя над головой, прошлась пальчиками по незамысловатым иероглифам, в которых, тем не менее, чувствовалась некая сила. Будто каждая линия слегка пульсировала, привлекая внимание, и оживала именно рядом с сестрой. Я ведь не замечал надпись прежде, чем ее нашла Алиса.

— Как и в том подземном переходе, который показал твой вамп… Тристан, — исправился я, напоровшись на гневный взгляд сестры. — Даже подвалы старых домов в городе связаны сетью подземных тоннелей.

— Знак омелы, я запомнила его из книги. Очень уж приметное растение в наших краях. И на твоем приглашении тоже алхимические знаки. Все же очевидно — в Золотой город ведет подземная дорога! — воодушевилась Алиса. — Причем сокрытая от глаз. А что, если в доме отдыха для престарелых охотников нет обычного входа? Только тоннель! Спускаешься в подвал старого трехэтажного дома, а оказываешься в дорогой немецкой вилле с вычурными спальнями, общей столовой, полным пансионом и дискотекой по вечерам.

— Звучит пугающе.

— Смирись, в этом смысл жизни охотника.

— Давай скорее посеем твои бактерии, пускай растут. Чует мое сердце, что заменитель крови нам еще пригодится. — И осторожно добавил: — Тристан просил чистый образец. Без примесей и консервантов, которые добавляет Руслан.

— А у меня ведь есть несколько пробирок с консервантом! Тристан заставил Лильку выдать мне для анализа. — Она сглотнула слезы, старательно скрывая эмоции за суетой. — Еще тогда.

— Странные они, эти вампиры, — подбодрил я ее или самого себя. — Будто разучились чувствовать по-человечески. И думают даже не о пропитании, а о чем-то совсем непонятном. Потерянные они, вот.

— Защищаешь его?

— Нет, анализирую их сходство с Севериной. Всякий раз она отталкивает меня. Но следует за мной на расстоянии.

— Она красивая, — задумчиво протянула Алиса, водя пальцами по загогулинам на стене. Говорила она про Северину или затейливую надпись, уточнять не стал. — В кабинете Трис… вампиров я нашла карту. Дома действительно соединены линиями.

И тут Мецтли ткнулась носом в неприметный низкий лаз в кладке и оглушительно взвизгнула, защемив усы. Алиса подпрыгнула, оттоптав мне ноги, отдернула руку от стены и схватилась за кулон на шее. Мой перстень тоже разогрелся и потянул ладонь, словно магнитом, к бороздкам знаков, припудренных солевым конденсатом. А собака вместо того, чтобы вылезти наружу, протиснула уши и шею. Следом проскочило все тело.

— Я ведь не сошел с ума? — пролепетал, хватаясь за хрупкое сестрино плечико.

— Только если мы вместе что-то не то съели, — буркнула Алиса, примеряясь к низкому ходу, которого прежде не было.

— «Не то» слопала Мецтли.

Дыра в стене выглядела, как подвальное окошко или бойница, обрамленная