Непокорная. Месть Горца - Ольга Дашкова

— Нет! Мне! И я выберу, с кем ее провести!

— Выберешь, когда повзрослеешь.

— Я уже взрослая!

— Взрослые люди не влюбляются в похитителей.

— А что они делают? Выходят замуж по расчету? Рожают детей без любви? Живут как роботы?

— Живут разумно.

— Тогда я не хочу быть разумной! — побежала к двери. — Не хочу быть правильной! Хочу быть счастливой!

— Амина, постой! — крикнула Полина.

Но я уже выбежала из гостиной, поднялась в свою комнату, захлопнула дверь. И вот сижу здесь уже несколько часов. Снизу доносятся приглушенные голоса, видимо, они обсуждают, что со мной делать.

А я думаю об Эльдаре. Где он сейчас? Что чувствует? Приедет ли снова или решит, что бороться бесполезно? Хочу позвонить ему, но телефона у меня нет, а даже если бы он у меня был, я номера его не знаю.

Чувствую себя как в тюрьме. Только неделю назад была свободной, и теперь — как в клетке. В дверь стучат.

— Амина, — голос мамы, — ужинать иди.

— Не хочу.

— Доченька, ну что ты... Поешь, поговорим спокойно.

— Не о чем говорить.

— Есть о чем. Мы же родные люди...

— Родные люди не распоряжаются чужой жизнью!

— Мы не распоряжаемся! Мы защищаем тебя!

— От счастья защищаете!

Слышу, как мама вздыхает за дверью, потом уходит. Через полчаса снова стук. Теперь Мирлан.

— Открой, — говорит жестко. — Поговорим без криков.

— Нечего говорить.

— Есть. Я хочу объяснить тебе кое-что.

— Что?

— Почему не могу разрешить этот брак.

— Потому что упрямый.

— Нет. Потому что люблю тебя.

Несмотря на злость, эти слова трогают. Подхожу к двери, но не открываю.

— Если любишь, дай мне выбор.

— Не могу, — в его голосе усталость. — Амина, ты не понимаешь... После того, что случилось, твоя репутация испорчена. Если ты выйдешь за него, все будут знать правду. Будут шептаться за спиной, показывать пальцем.

— Мне все равно. Тебе было все равно, когда мы отговаривали тебя взять Полину в жены! А теперь ты мешаешь любить мне!

— Я мужчина, это другое!

— Выходит, что мужчинам можно все, а женщинам — нет?

— Не переворачивай все с ног на голову.

Глава 20

Эльдар

Три дня в Махачкале. Три дня, проведенных в съемной квартире на окраине города, где меня никто не знает. Три дня планирования и ожидания.

Три дня без Амины. Это хуже любой пытки.

Никогда не думал, что мужчина может так страдать от разлуки с женщиной. До встречи с Аминой считал подобные чувства выдумками поэтов. У меня были разные женщины: красивые, умные, опытные. Брал то, что нужно, и забывал на следующий день.

А сейчас... Сейчас не могу думать ни о чем другом, кроме нее.

Помню каждую деталь нашего последнего поцелуя. Как она поднялась на цыпочки, коснулась губами моих губ. Как я притянул ее к себе, зарылся пальцами в волосы. Как мир исчез, остались только мы двое.

Боже, какая она мягкая была в моих руках. Какая теплая. Пахла чем-то цветочным, домашним. Хочу снова вдохнуть этот аромат, снова почувствовать ее тело рядом с собой.

Тридцать пять лет я был пустым. Думал, что живу полной жизнью, строю бизнес, зарабатываю миллионы, мщу врагам. А на самом деле просто существовал. Как робот, выполняющий программу.

А она... она все изменила одним прикосновением. Показала мне, что значит быть мужчиной. Не просто самцом, берущим женщин, а мужчиной, которому есть кого защищать, любить, за кого бороться.

Впервые понимаю отца. Понимаю, почему он так любил маму. Понимаю, что значит готовность умереть за другого человека. Мой зам каждый день названивает из Москвы, требует возвращения.

— Эльдар Магомедович, — сказал он сегодня утром, — японцы отзывают предложение. Мы теряем контракт на пятьдесят миллионов.

— Пусть отзывают.

— Но это же безумие! Вы губите все, что строили!

— Строил не для того, чтобы быть рабом денег.

— А для чего?

— Чтобы иметь возможность выбирать. Сейчас я выбираю ее.

И это правда. Все эти годы я строил империю, чтобы быть свободным. А оказывается, свобода — это не миллионы в банке. Свобода — это право быть с той, кого любишь.

Мои люди работают. Рустам, мой старый знакомый, который знает в Махачкале всех и вся, уже третий день изучает дом Богаевых.

А я хожу по квартире, как зверь в клетке. Курю пачку за пачкой. Не сплю ночами, представляя ее рядом. Как она спит, свернувшись калачиком, как дышит во сне, как просыпается утром, растрепанная, с заспанными глазами.

В Москве у меня огромная квартира, но я никогда не чувствовал себя в ней как дома. А в том горном доме, где мы провели неделю, впервые понял, что такое — вернуться домой. Когда Амина пробовала готовить, как впервые пошла за водой и натерла ладони до мозолей, как познакомилась с уличным туалетом.

Кавказские мужчины не говорят о чувствах. Нас учат быть сильными, жесткими, не показывать слабости. Но сейчас я готов признаться перед всем миром: я слаб без нее. Беспомощен. Как ребенок, потерявший мать. Вчера вечером Рустам принес результат.

— Есть вариант, — сказал, садясь в кресло. — Горничная, Зарема. Молодая, нужны деньги на свадьбу младшей сестры. За хорошую плату согласится помочь.

— Проверенная?

— Работает у Богаевых полтора года. Амина к ней хорошо относится, они часто разговаривают. Девчонка не дура, понимает, что к чему.

— Сможет передать телефон?

— Сможет. И не только. Если нужно будет что-то еще — тоже поможет.

В половине десятого вечера мой телефон наконец звонит. Номер именно тот, что у нового смартфона, который должны были передать Амине. Сердце подскакивает к горлу, такое со мной впервые в жизни.

— Алло?

— Эльдар? — голос Амины, тихий, осторожный.

Ее голос. Боже, как же я соскучился по этому голосу. Хочу слушать его часами. Хочу, чтобы она шептала мое имя, как тогда, когда мы целовались.

— Амина! — чуть не кричу от радости. — Боже, как же я ждал твоего звонка!

— И я ждала... — в голосе слезы. — Думала, ты уехал и больше не вернешься.

— Никуда я не уехал. И не уеду без тебя.

Хочу сказать ей, что с ума схожу без нее. Что просыпаюсь ночью от кошмаров, где она выходит замуж за другого. Что готов на все, лишь бы снова держать ее в объятиях. Но по телефону не скажешь таких вещей. Не хватает слов.

— Правда?

— Правда. Я в Махачкале. Жду.

— Мирлан сказал, что больше тебя здесь не будет...

— Мирлан ошибся, — сжимаю кулаки при упоминании ее брата. В горах, когда мы были одни, последние дни я забывал, что она его сестра.