Анатомия обмана - Татьяна Ларина

причина моего неожиданного визита. – Ты же хочешь снова потребовать, чтобы я оставил тебя в покое, верно? Из-за меня мы чуть не погибли, и я никогда не прощу себе то, что поставил под угрозу твою жизнь. И еще я знаю, что ты все еще с ним. Отец видел его в больнице. Как я понимаю, Илья тебя регулярно навещает…

– Игорь, я пришла за другим, – не выдержав, я остановила этот поток ничего не значащих для меня слов.

– Тогда зачем? Неужели ты хочешь компенсацию? Или речь о починке машины? Если так, не переживай, я все оплачу. Эта авария – моя вина!

– К черту машину! К черту аварию! Я знаю правду о Марине Поляковой! – я шагнула к нему.

– Правду? О Марине? – он чуть приподнялся, попытался сесть, но не вышло.

Мне показалось, или Игорь действительно побледнел? Я подошла еще ближе, чтобы никто не услышал того, что собиралась сказать и произнесла:

– Камилла – твоя сестра.

– Чего?!

– Марина забеременела от Михаила Сергеевича, и, судя по всему, это случилось на твоем дне рождения, том самом, с которого меня прогнала твоя мать.

Глава 43

– Марина родила от отца?! Камилла – моя сестра?! Эвелина, что ты несешь?! – на этот раз у Игоря получилось подняться. Он сел на койке, подложив под спину подушку.

– Это правда. У меня есть доказательство. Анализ ДНК.

– Какой анализ?! Откуда?! Что ты выдумываешь?! Или… вот в чем дело… Ну, конечно! – вдруг засмеялся Игорь. – У тебя ушиб головы, последствия травмы.

– Игорь, я говорю абсолютно серьезно. У меня был образец ДНК Камиллы – несколько ее волосков, а когда ты оказался в больнице и был без сознания… В общем, ее волоски сравнили с твоими.

Не знаю почему, но я решила не упоминать про Илью и взять весь удар на себя. Интуиция подсказывала, что так будет лучше.

– Нелепица какая-то… Образец ДНК… Ты совсем заигралась в детектива? – съязвил Филатов, но я это проигнорировала.

– Анализ выявил совпадение – недостаточное, чтобы подтвердить твое отцовство, зато устанавливающее ваше родство, как если бы Камилла была твоей сестрой…

– Перестань! Немедленно замолчи! – прокричал Игорь и свободной рукой схватился за голову. Мне стало его жаль, хотелось помочь, но я не двинулась с места, словно меня парализовало.

– Ты ведь не знал? – с надеждой спросила я, потому что, несмотря ни на что, так боялась еще больше в нем разочароваться.

Игорь не ответил. Он заплакал как ребенок – искренне и надрывно. Они с отцом всегда были близки. Что бы ни случилось, Михаил Сергеевич был на стороне сына, и Игорь платил ему тем же. Как же больно ему было слышать такую страшную правду? Я поступила слишком жестоко, не пощадив его чувства и в порыве гнева вывалив сходу свои обвинения. Однако, сделанного не воротишь.

Мы не слышали шагов в коридоре и не увидели, как дверь в палату отворилась. Только когда Михаил Сергеевич подошел к сыну, мы заметили его присутствие. Он встревоженно всматривался в лицо Игоря, а потом зло сверкнул глазами в мою сторону.

– Что еще тебе нужно?! Зачем ты пришла?! Зачем мучаешь человека, который тебя любит?! Как тебя вообще пропустили?!

– Папа, это я сказал, что Лина может ко мне пройти, – ответил за меня Игорь.

– А ты знаешь, что ее новый парень устроил?! – с немалой долей ехидства поинтересовался Филатов-старший. – Он явился за ней и чуть не прошел в отделение. Охране пришлось его выводить. Силой!

Илья! И как я не подумала, что он ринется за мной?! А все потому что была так на него сердита. Я представила, как два бугая в черной форме, мимо которых прошла на входе, скручивают моего Илью. Он наверняка сопротивлялся, и им пришлось применить силу. Я на себе почувствовала его боль, хотелось немедленно броситься ему на выручку, вот только сейчас на первом месте должно быть другое. Я была обязана закончить этот разговор с Филатовыми.

– Я пришла, чтобы выяснить правду! – обратилась я к Михаилу Сергеевичу, гордо вздернув подбородок. Может быть, это было опрометчиво с моей стороны, но отступать уже некуда.

– Правду? О чем? – прищурился мужчина.

– О Марине Поляковой. О Камилле. О моем папе – вашем друге, – я специально подчеркнула голосом последнюю фразу, – и о вас, Михаил Сергеевич.

– Обо мне?..

Лишь на сотую доли секунды на его лице промелькнул испуг, но я успела заметить. Неужели этот видный бизнесмен, богач, директор огромного завода меня боялся? Михаил Сергеевич вновь скрыл эмоции под маской высокомерного безразличия, но эта маска очень подходила его истиной сущности. И как мы с папой могли в нем обмануться, приняв за хорошего человека?

– Расскажите, как все было. С самого начала. С того момента, как обратили внимание на Марину, как она вам приглянулась, как вы… – я опустила взгляд, чувствуя, как горят щеки от стыда за его поступок. – Господи, я не могу этого произнести…

– Пап, Лина говорит, что Камилла – твоя дочь. У нее есть доказательства. Она сделала ДНК-тест…

– К-какой тест? – Михаил Сергеевич все еще старался сохранить беспристрастное лицо, но голос выдавал страх.

– Папа, расскажи нам правду. Ведь это так, да? Марина и ты?.. – Игорь запнулся, недоговорив.

– Игорь, давай не будем поднимать эту тему? – Михаил Сергеевич покосился на меня, – Эвелина ничего не сможет доказать. Какой тест? Это все выдумки!

– Нет, папа, ты сейчас же все расскажешь. Вспомни наше условие!

– Какое условие? – я непонимающе посмотрела на Игоря.

– Условие, что я останусь в Романовце и займусь делами завода. Отец знает, о чем речь, ведь для него это так важно. Да, папа?

Михаил Сергеевич кивнул. Он отвел в сторону взгляд, его плечи опустились, а руки задрожали. Мне показалось, что он вот-вот упадет в обморок. Медленно дойдя до кресла, Филатов-старший опустился в него, и его тело обмякло.

– Папа, расскажи нам, как ты увлекся Мариной, как она от тебя забеременела, как родила, но главное, тебе придется признаться в том, что ты с ней сделал! – прорычал Игорь.

– Сын, не надо! Прошу тебя! – взмолился Михаил Сергеевич, на его