Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Вот такой я человек – несдержанный. — Терренс отпивает немного напитка из своего стакана и на секунду бросает взгляд на мимо прошедшую девушку. — Но поверь, раньше было намного хуже. Я мог взорваться по любому поводу. Это сейчас я более-менее контролирую себя. Хотя во время ссор я могу натворить много всего, о чем могу в дальнейшем пожалеть.

— Ну если я все еще живой после того, как столько раз ржал над тобой, то у меня есть причины верить, что ты реально можешь держать себя в руках, — тихо хихикает Даниэль.

— Когда проблемы будут разрешены, я буду еще спокойнее, — уверенно обещает Терренс. — Ведь сейчас я нервный из-за ссор с Ракель и всего, что свалилось на мою голову.

— Если ты имеешь в виду группу, то это не только твоя проблема, но и моя тоже. И я тоже искренне беспокоюсь за судьбу нашего проекта. Мы делаем все возможное, чтобы спасти группу, хотя сейчас нам ничто не помогает.

— И вряд ли поможет… — Терренс призадумывается на пару секунд. — Кстати, во время вчерашнего разговора Ракель предложила не ждать двадцать второго сентября – дня, когда кончатся данные нам две недели.

— То есть, ты хочешь в самый ближайший день поехать в пиар-агентство к Джорджу раньше времени и заявить о том, что наша группа распадается раз и навсегда? Ты как бы сдаешься, правильно я понимаю?

— Наша ситуация безвыходная , Даниэль. Сейчас ее судьба зависит от того, поможем ли мы Питеру преодолеть кризис и вернуть его в группу. Но он даже и слушать нас не хочет и продолжать убиваться по неизвестной нам причине. Мы ведь с тобой пытались дозвониться ему несколько раз, но его телефон был вне зоны доступа.

— Значит, нам остается лишь набраться смелости, забыть обо всех страхах и сомнениях и поехать к Питеру домой. Только так мы сможем застать его врасплох и спокойно обо всем поговорить. Он уже никуда не сможет уйти от нас, и ему придется выслушать нас.

— Думаешь, он станет? Сомневаюсь, что что-то изменилось с того раза, как мы разговаривали с ним в агентстве! Роуз уже давно покинул группу, а мы просто не можем с этим смириться. Да, это больно говорить, но мы должны признать, что нам уже не вернуть барабанщика.

— Терренс, что с тобой, мать твою, происходит? — удивленно уставившись на хмурого Терренса, сильно нахмурившись и поставив на стол свой стакан, недоумевает Даниэль. — Как ты можешь говорить такие вещи? Стоило тебе опять поругаться с Ракель, как ты тут же впал в депрессию, прямо как Роуз! Слушайте, ребята, прекращайте это! Я один не спасу группу и не смогу вытащить вас двоих из той дыры, куда вы хотите себя загнать!

— Спокойно, братан. Может, я и чувствую себя паршиво из-за ссор с Ракель, но это не заставит меня потерять интерес к жизни. Ибо я знаю, что это нормально для любых отношений. Никто не может любить и дружить всю жизнь и ни разу не поссориться или просто о чем-то поспорить.

— Поверь, порой мне тоже бывает тяжело, и я вообще хочу послать все это к чертовой матери. Но у меня хотя бы есть надежда, что какой-то выход найдется. Если не спасем группу, так хотя бы Питу поможем. Если уж мы потеряем шанс стать музыкантами, то ничего страшного. Но вот друга мы обязаны спасти.

— Знаю, Даниэль, но я мыслю трезво и не хочу обнадеживать людей и самого себя. Я размышляю над ситуацией без розовых очков и вижу, что сейчас у нас безвыходная ситуация. И нам уж точно никогда не найти ту подругу Питера, с которой говорил Смит.

— Согласен, его подругу мы вряд ли найдем. Но есть еще один выход – поехать домой к блондину и убедить его рассказать нам, что произошло. Если мы не будем давить на него и дадим понять, что готовы выслушать его и не станем издеваться, то он успокоится и расскажет правду.

— Мы и так знаем причину – у него просто не складываются отношения с девушками. И он отвергает их по своей воле, сколько бы красоток ему ни предлагали.

— Господи, Терренс, да что с тобой происходит? — закатывает глаза Даниэль. — Еще недавно ты был так решительно настроен на то, чтобы помочь Роузу, а теперь будто бы готов наплевать на него! Может, сейчас мы – единственные, кто может помочь ему выбраться из депрессии и решить проблему, по которой он не хочет быть счастливым с девчонкой. Ты не можешь сдаться! У тебя нет на это права!

— Я не сдаюсь, приятель, просто лелею все меньше надежды на удачный исход, — Терренс медленно проводит руками по своему лицу и уставляет безразличный взгляд на свой стакан с напитком. — К тому же, у меня полно и своих проблем, которые меня беспокоят… И вчера произошло кое-что намного хуже, чем сегодняшняя ссора с Ракель.

— Правда? А, по-моему, для тебя самое худшее – это поругаться с Ракель. Ну а если она тебя бросит, то ты точно повесишься от горя.

— Ну… Может, не повесился бы… — Терренс переводит взгляд на Даниэля и складывает руки на столе перед собой. — Но смысл жизни точно потерял бы…

— Так, приятель, давай колись уже, что у тебя произошло. — Даниэль делает маленький глоток напитка. — Если ты и будешь говорить загадками и изворачиваться, как некоторые девчонки, то я не смогу понять тебя.

— Ладно, сейчас все расскажу. — Терренс делает большой глоток из своего стакана и снова ставит его на стол. — Короче, мы с Ракель решили немного прогуляться. Поначалу все было нормально, и мы вполне неплохо проводили время, но вот когда нам захотелось вернуться домой, тут-то и начались неприятности.

Терренс на секунду замолкает и бросает взгляд на маленькую компанию людей, стоящие рядом со стеклянной витриной, на которой можно увидеть свежевыпеченные изделия с добавлением какао, шоколада, ванили, творога, орехов и многого другого.

— Мы увидели компанию подозрительных людей, среди которых Ракель узнала того, кто подбросил ей письмо, а я увидел того, кто на меня напал, —