Фейридейл - Вероника Ланцет

Когда я была младше, произошел инцидент с одной из моих служанок. Она увидела, как я исцелилась, порезавшись осколком стекла. На следующий день она исчезла.

Я до сих пор не знаю, что с ней случилось, но надеюсь, мама не причинила ей вреда.

Я накладываю себе тарелку тушеного мяса, пока оно еще свежее.

Но стоит мне попробовать еду, как я невольно морщусь, понимая, что не хватает специй.

Не отчаиваясь, решительно беру ножницы и отправляюсь в сад, где у меня есть целый уголок, отведенный для пряных трав и других съедобных растений.

Когда я ступаю в полосу лунного света, мое внимание привлекает что-то в конце сада. На скамейке, которую раньше занимал грубиян, виднеется какой-то силуэт.

Я хмурюсь и медленно продвигаюсь вперед, опасаясь, что это может быть опасно.

Царящий здесь полумрак поначалу мешает мне видеть, и я различаю лишь очертания. Но не понимаю, на что именно смотрю, пока не останавливаюсь прямо перед скамейкой.

Моя рука сама собой подлетает ко рту, а сердце начинает громко колотиться в груди.

Там, небрежно посаженное в самодельный горшок, стоит растение, которое я мечтала получить в подарок на день рождения, – такие пурпурные бутоны я видела только на страницах книг.

Я тяжело сглатываю и беру горшок в руки, оценивая состояние растения.

Сразу могу сказать: его посадил кто-то далекий от садоводства – все выглядит очень небрежно. Но корни остались целы и невредимы, так что я смогу подарить растению вторую жизнь в своем саду.

И я также понимаю, что это сделала не моя мама. Она даже не вспомнила о том, что я хотела на день рождения. И уж точно не стала бы отправляться на другой конец империи, только чтобы достать его для меня.

Лишь тот, кто способен преодолевать огромные расстояния за считаные мгновения, мог его раздобыть для меня.

Кто-то вроде…

– Тебе нравится мой подарок, Села? – Его вкрадчивый голос отдается в глубине моей души, заставляя сердце замереть на секунду, прежде чем снова забиться.

Тук. Тук. Тук.

Словно после остановки оно обретает совершенно другой ритм, который, как ни странно, совпадает с тактом его дыхания.

– Ты! – с укором восклицаю я и поворачиваюсь, оказываясь лицом к лицу с ним.

С тем же мужчиной, что и прежде, – с тем, кто неустанно занимал мои мысли с тех пор, как исчез.

– Что ты здесь делаешь? – Я прищуриваюсь, пытаясь понять его намерения.

– Я же говорил тебе, что вернусь.

Сегодня на нем другая одежда: бежевые льняные брюки и свободная белая рубашка. Но даже такой простой наряд ничуть не умаляет его привлекательности. И уж точно не скрывает массивную грудь или мускулистые бедра.

Даже несмотря на свободный крой одежды, мышцы натягивают ткань. Если бы он хотел сойти за обычного крестьянина, ему бы это точно не удалось.

Ни один крестьянин не выглядит настолько… пугающе притягательно.

Но одна его черта особенно привлекает меня.

Его белоснежные волосы, прежде туго стянутые на затылке, теперь рассыпались по плечам, почти ослепляя великолепным блеском.

– С чего бы тебе возвращаться? – запинаясь, спрашиваю я.

Может, он и знаком с моей матерью, но определенно не лучшего о ней мнения.

Так зачем же он здесь? Неужели хочет использовать меня, чтобы добраться до нее? Чтобы как-то отомстить? Но почему? Конечно, если он мятежник, то должен понимать, что они на одной стороне в войне против империи.

– Забудь эту мысль, милая Села. Я здесь только ради тебя, – говорит он, подходя ближе.

Я инстинктивно отступаю назад, пока не упираюсь ногами в скамейку. Покачнувшись, мгновение пытаюсь удержать равновесие, но потом все равно падаю.

И все же это выходит не так нелепо, как я себе представляла. Не тогда, когда я приземляюсь на что-то мягкое и в то же время твердое, а сильные руки обхватывают меня и забирают из рук маленький цветок в горшке.

– Осторожнее, а то ударишься, – шепчет он мне на ухо.

Как и прежде, я теряю дар речи не только перед лицом его впечатляющих способностей, но и от его не менее разрушительного присутствия.

Я прерывисто дышу, чувствуя, как жар его тела проникает сквозь одежду и охватывает меня.

– Я не разрешала тебе прикасаться ко мне, – слабо протестую я.

– Ты не озвучила своего желания вслух. Но твои глаза не лгут, – отвечает он, по-прежнему прижимаясь к моему уху. – Я не единственный чувствую это безумное притяжение, не так ли, милая Села? – тихо бормочет он.

Черт возьми, ну почему он такой привлекательный? Даже зная, что он хулиган и мятежник, которого разыскивает вся империя, я все равно не могу противостоять ему.

Интересно, нормальная ли это реакция?

Неужели я настолько изголодалась по общению, что потеряла голову от первого встречного мужчины? Вызвал бы кто-то другой подобные чувства?

У него вырывается рычание – звук настолько мощный, что по моему телу проходит дрожь. Но я не боюсь. По крайней мере, не за свою жизнь. Здесь нечто совершенно иное…

– Это ненормально. В этом могу тебя заверить, – хрипит он, снова читая мои мысли.

– Хватит читать мои мысли, – шиплю я на него.

– Не моя вина, что ты так громко думаешь, девочка, – усмехается он. – Но, возможно, это ответит на твой вопрос. – Он снова приникает к моей шее, касаясь губами кожи, глубоко вдыхает мой запах.

Все мои чувства тут же обостряются, а те части тела, о которых я раньше даже не задумывалась, внезапно оживают и начинают сладко пульсировать. И все это потому, что незнакомец… облизывает меня.

– Выброси из головы все мысли о других мужчинах, – свирепо приказывает он. – Ты не почувствуешь такого ни с кем другим, Села. Клянусь тебе.

Мои губы дрожат, пока я пытаюсь подобрать ответ. Жар его тела окутывает меня, вселяя чувство безопасности, какого я никогда прежде не испытывала.

Я изголодалась не только по общению. Но и по прикосновениям тоже.

Именно поэтому, когда он зарывается лицом в мою шею, я могу только выгнуться ему навстречу, довольно мурлыча от его касаний.

Когда меня в последний раз кто-то обнимал?

Даже не вспомню.

Быть может, это и впрямь безумие – уступать чужаку вот так, без малейшего протеста, но меня гложет невыносимый голод. Я накрываю его ладони своими и запрокидываю голову, словно давая ему больше свободы действия.

Я ерзаю у него на коленях, чувствуя, как рукоять меча упирается мне в спину, но стараюсь не обращать внимания.

Он покрывает мою шею короткими нежными поцелуями.

– Ты так сладко пахнешь. Такая