Ангел за маской греха - Алиса Бренди

глубоко плевать, что они делают и что с ними делают клиенты. Это их выбор, их жизнь, их право продавать себя за те деньги, которые считают достаточными. Я не их отец и не их совесть. Мне просто не нужны были скандалы.

А скандалы были. Ещё при отце. Регулярные, грязные, отвратительные. Пьяный клиент насилует стриптизёршу бутылкой прямо в VIP-зале. Скандал, полиция, угрозы суда. Шлюха крадёт деньги у богатого бизнесмена. Скандал, разборки, угрозы закрыть клуб. Девочка избивает клиента каблуком. Скандал, больница, адвокаты. И все они бегут ко мне. Плачут, орут, требуют, чтобы я разобрался, защитил, заплатил, замял. Мне это не нужно.

Для этого и нужен запрет. Формальный, задокументированный, прописанный в контрактах. Теперь, если со шлюхой что-то случится у клиента дома — ее проблемы. Если клиент окажется маньяком — её проблемы. Если она украдёт деньги или покалечит клиента — его проблемы. Ездить к клиентам официально запрещено. А значит, клуб не несёт никакой ответственности. Я умываю руки. Чисто, юридически безупречно.

И что самое забавное, после введения этого запрета клуб стал ещё популярнее. Цены выросли в полтора раза. Клиенты валом повалили: им нравилось чувствовать себя джентльменами, соблюдающими правила приличного заведения. Им нравилось играть в эту игру: смотреть, но не трогать, желать, но сдерживаться. А потом, конечно, они находили способ договориться с девочками напрямую, за пределами клуба, и это делало всё ещё острее, ещё желаннее. Запретный плод. Я заработал на этом больше, чем отец за последние три года своей жизни.

Пользуюсь ли я услугами своих девочек? Последние три года.

До этого у меня была Аня. И другие женщины мне были просто не нужны. Она была всем. Единственной. Той самой, о которой пишут в дурацких романах. Я любил её так сильно, что это было почти неприлично для человека моей закалки.

Но Ани не стало четыре года назад. Я держал её за руку до последнего вздоха, а потом год не мог прийти в себя. Мне казалось, что если я прикоснусь к другой женщине, я предам нашу любовь. Что это будет как плюнуть на её могилу. Что я не имею права.

Но я мужчина. И физиология рано или поздно берёт своё.

Оказалось, платить и пользоваться услугами — очень удобно.

Желающих стать моей женой или постоянной любовницей хватало. Красивые, умные, успешные женщины, которые видели во мне стабильность, деньги, статус. Которые готовы были строить отношения, рожать детей, создавать семью. Но все они по сравнению с Аней были пустышками. Бутафорией. Красивыми куклами, которые умели говорить правильные слова и изображать чувства, но внутри которых не было ничего настоящего.

Ни одну из них я не хотел так, как хотел Аню. Ни одна из них не вызывала у меня ничего, кроме лёгкого интереса, который быстро гас.

Да и мне не нужны отношения. Обязательства, ответственность, необходимость кого-то учитывать, подстраиваться, оправдываться. Зачем? У меня есть бизнес, мне есть чем заняться. Любовь в моей жизни была. Настоящая, единственная. И никто и никогда не сможет заменить Аню.

Остальное просто физиология. Тело требует разрядки, и я ему это даю. Плачу деньги, получаю услугу, не обременяю себя иллюзиями. Девочки из моего клуба для этого идеально подходят: красивые, доступные, понимающие правила игры. Большинство из них понимают, что я не влюблюсь, не уведу их из этой жизни, не стану их спасителем. Я просто клиент. Щедрый, но всё же клиент. И это устраивает всех. Отец был бы мной горд.

Глава 10

Дмитрий Молотов

Сегодняшний поход в клуб не был запланирован.

Я должен был закрыть важную сделку. Контракт с Семёновым — крупный, жирный, выстраданный тремя месяцами нудных переговоров. Всё было готово: документы согласованы, цифры утверждены, встреча назначена на пять часов вечера. Час в офисе, пара подписей, рукопожатие, и дело в шляпе. А вечером я уже собирался отмечать в своём любимом баре за бокалом хорошего виски.

Но старый хрыч решил иначе.

Позвонил рано утром, когда я ещё кофе не допил, и с этой своей приторной интонацией, от которой хочется сплюнуть, сообщил, что переносит встречу на завтра. На свой званый деловой ужин. В ресторане, разумеется.

Семёнов обожал устраивать такие светские мероприятия. Для него бизнес — это не просто цифры и договоры, это целое представление. Дорогой ресторан с люстрами и мраморными колоннами, винная карта толщиной с библию, изысканная кухня, где каждое блюдо выглядит как произведение искусства и стоит как зарплата. Официанты в смокингах, которые ходят бесшумно и говорят вполголоса, будто в церкви. И, конечно же, женское сопровождение — обязательный атрибут солидного вечера. Без красивой девушки на таких мероприятиях появляться просто неприлично.

Вот и сейчас он решил совместить приятное с полезным: красиво поужинать, выпить бутылку-другую дорогого вина, насладиться обществом и лишь между делом, почти случайно, словно это вообще не главное — подписать контракт. Деловая встреча как повод для праздника.

А это значит, что мне теперь придётся угробить на это весь завтрашний вечер. Искать эскортницу на сопровождение, потому что на такие мероприятия нельзя являться в одиночку — это дурной тон, сразу выглядишь жалким и одиноким. Придётся торчать там часа три, не меньше. Шведский стол с икрой и устрицами, кучки деловых людей, которые изображают непринуждённость, негромкая фоновая музыка — джаз или что-то классическое. Ходить от группы к группе, жать руки, обмениваться любезностями, слушать байки Семёнова про его молодость и про то, как раньше бизнес делали по-другому — по-честному, по-мужски. Пить его вино, есть его еду, изображать интерес к его рассуждениям о жизни, политике и женщинах.

То, что можно было решить за час в офисе, растянется на полвечера, а скорее всего на весь вечер.

Зато сегодня у меня неожиданно освободилось время. И я решил заехать в клуб, проверить, как идут дела. Давно там не был, пора посмотреть, всё ли в порядке.

Я расположился в VIP-зоне напротив сцены, откинулся на мягкий кожаный диван. Мельком глянул на сцену — на шесте крутилась девица с длинным рыжим хвостом, который развевался при каждом движении. В этот момент она повисла вниз головой в идеально ровном шпагате. Гимнастка, что ли, в прошлом? Или акробатка? Движения точные, выверенные, профессиональные. Вокруг сцены уже собралась кучка мужиков.

Передо мной тут же нарисовалась Инга. Принесла папку с бумагами и бокал бренди. Как всегда — сама, лично, хотя могла бы отправить кого угодно из персонала.

Инга — управляющая клубом — справлялась со своими обязанностями на отлично. Она вела