Злодейка против попаданки - Екатерина Вострова

class="p1">Я шла по коридору, догоняя Криса, и никак не могла решить, говорить ли ему о том, что услышала. С одной стороны, хотелось сказать «спасибо», все-таки, он заступился. Это было неожиданно и даже приятно.

Но с другой… вдруг он просто хотел проучить Лили? Может, ему плевать на меня, просто слухи про академию задели его мужское эго. Я его поблагодарю, а он скажет: «Я тут учусь, я в первой пятёрке среди парней, не люблю, когда льют грязь на то, к чему имею отношение». Тогда я буду выглядеть глупо и жалко.

Да и зачем ему, Кристоферу Корвину, парню, которого я извожу уже пятый год учебы, защищать меня?

Даже Люциан никогда не вмешивался в таких случаях, предоставляя мне действовать самой. Максимум поддержки от него — это пожать плечами и протянуть: «На сплетни не стоит обращать внимания, Эвелин. Ты должна быть выше этого».

Родители вообще бы заявили, что всё это «ценный урок», «значит, сама дала повод сомневаться в своих успехах», «сама виновата».

За всеми этими размышлениями я не заметила, как дошла до лестницы. Крис стоял на том самом месте, где мы столкнулись в прошлый раз. Увидев меня, он чуть повернул голову и усмехнулся уголком губ. Рад меня видеть? Или мне показалось?

Глава 7 Слишком близко

Первые две недели нового семестра прошли как в тумане. Днем лекции, бесконечные задания, проекты, лабораторные, семинары, практикумы, ну и еще подработка «помощником» Вейл. Сколько же усилий стоило выкраивать между всем этим время для своего настоящего дела: переписки с разработчиками, решение вопросов по контрактам, проверка отчетов.

Впрочем, именно сплетни студентов порой приносили мне больше пользы, чем работа любых аналитиков. Стоило задержаться в столовой или пройтись по коридорам, и всегда находился тот, кто что-то обсуждал вслух. Чей отец получил госконтракт, кто проиграл деньги на бирже, чья семья влилась в новую инвестиционную группу.

По этим разговорам я составлял карту влияния и быстро понимал, на какие компании стоит обратить внимание, с кем выгодно сотрудничать, а кого — обходить стороной.

Но была одна причина, по которой сосредоточиться было особенно сложно. Вернее, одна девушка: Эвелин Вейл.

Казалось бы, за четыре года я уже должен был привыкнуть. Она все время издевалась надо мной, ломала и наслаждалась этим. Вот только если раньше ненависть к ней толкала меня вперёд, то та буря эмоций, что поселилась во мне сейчас, скорее мешала, требуя немедленных действий.

Впрочем, ничего удивительного. Пока был слабым, то все, что я мог, это работать, учиться, копить силы. Но теперь я другой. У меня появились деньги, возможности, перспективы. Мне уже мало просто выживания. Я хочу сам видеть, как она сдаётся, как теряет контроль, хочу её полной и безоговорочной зависимости.

Раньше мне было плевать на ее отношения с Люцианом. Какая разница кто её парень? Теперь же каждая их совместная минута действовала на нервы. Стоило Люциану взять Эвелин за руку, и у меня в груди вскипало почти животное бешенство. Вчера я случайно увидел их поцелуй в библиотеке и едва не бросился на Дарвиля с кулаками.

Меня буквально трясло от злости. Я не хотел, чтобы ее касались другие. Пришлось срочно уйти, чтобы не выдать себя. Это было дико, ведь я всегда умел держать эмоции в узде. Что же теперь со мной происходит? Не иначе, сошёл с ума.

Радовало одно: Люциан, похоже, всерьез увлекся Лили Адамс, новенькой стипендиаткой (ну и как после такой глупости его можно считать номером один в академии?!). Мне же это было только на руку, давало шанс забрать Эвелин себе.

И вот сегодня, когда Вейл попросила меня помочь ей после занятий, я почувствовал азарт. Будет ли у меня шанс начать действовать?

— Ну и зачем ты меня позвала? — лениво спросил я, когда она подошла ко мне в полумраке одного из самых дальних коридоров.

Эвелин ответила не сразу.

— Хочу найти кота, — наконец сказала она.

Я едва не поперхнулся воздухом. Она шутит? Кота? Учитывая место встречи, я ожидал, что она как минимум заставит меня учувствовать в подготовке подлянки для новенькой.

— На территории академии запрещены животные, — напомнил я.

— Сама знаю, но я точно видела тут кота. Хочу его найти.

— Чтобы шантажировать владельца компроматом?

— Плохо же ты обо мне думаешь. — Она дёрнула подбородком, делая вид, что обиделась.

— Просто хорошо изучил тебя за последние четыре года.

Эвелин, Эвелин. Я знаю о тебе все и даже больше. Ты сама навязала мне нашу «сделку», сделала меня своей тенью, так что теперь не думай, что можешь что-то от меня скрыть. Или скрыться сама.

Следующий час мы бродили по коридорам. Я заглядывал в закутки, приоткрывал двери, проверял подсобки.

— Кис-кис-кис… — периодически бормотала под нос она. — Может, стоило мяса с собой взять? Или колбасы…

Чем больше проходило времени, тем более хмурой она становилась, и тем сильнее я ощущал свою жажду. Я ловил себя на мысли, что хочу дотронуться до нее. Пусть случайно, пусть по глупости, но ощутить её тепло, услышать, как у неё сбивается дыхание. Начать приручать ее, приучать к себе. Она должна принадлежать мне точно так же, как заставила меня принадлежать ей.

Я замедлил шаг и скрылся за поворотом, оставив Эвелин одну в длинном пустом коридоре. Не прошло и минуты, как она позвала меня.

— Крис? Ты где? — требовательно окликнула она.

Я немного выждал, наблюдая из-за угла за тем, как она начинает озираться, подходит все ближе к повороту, а потом резко вышел вперёд прямо перед ее лицом.

Эвелин взвизгнула, от неожиданности едва не потеряв равновесие. Я обхватил ее, приобнимая за плечи, талию, будто просто хотел удержать от падения.

На миг её тело оказалось в моих руках, и меня захлестнула горячая волна, почти разряд тока, сердце ухнуло куда-то в пятки. Хотелось вцепиться в неё, оставить след, чтобы она не смогла забыть меня, чтобы каждая минута её жизни была отмечена мной, как когда-то она метила мою жизнь собой:

«Собственность К. Корвина. Не подходить»

— Спятил?! — резко выдохнула Эвилин, тут же оттолкнув меня.

Я хмыкнул, стараясь скрыть разочарование. Её тепло всё ещё оставалось на ладонях.

— Я тебя напугал? Прости, не хотел, случайно вышло, — пожал плечами, делая вид, что мне все равно. — Представь, что мы в прятки играли.

— Я не играю в прятки, — осуждающе ответила она.

— Ну, в детстве наверняка играла.

— Нет.

Я моргнул, чуть прищурился.

— Ты сейчас серьезно? У тебя же два старших брата. Разве они…

— На