Похищенный ведьмой (Ведьма и охотник) - Екатерина Розова

того, что происходит на шабашах? Какие гадости они бы ни говорили, как бы себя ни вели, они не понимали до конца всего того, что собирались делать.

— На шабаше должна быть госпожа мая, — с самодовольством всезнайки сказала Мета, — так заведено. И ей должна быть самая красивая и… невиноватая.

— Самая красивая? — тотчас вскинулась Лита, — это Тина-то?

От природы смугловатая и сухощавая Лита была среди девушек самой невзрачной. Ее ревность позабавила остальных и отвлекла от Тины.

— Лита, хочешь быть самой красивой, попросишь у повелителя особенных трав. А сегодня Тина будет дамой повелителя, потому, что она самая красивая и…невиноватая.

— В чем невиноватая ? — поинтересовалась польщенная Тина.

— Невинная, — поправила Флея.

— А в чем разница? — спросила Мета.

— Разница есть, — сказала Дора, — я спросила как-то у моих ханжей, но они мне сказали «ш-ш-ш, девушке нельзя задавать такие вопросы». Думала, ты сейчас меня просветишь.

— Да никакой разницы, — опять приняла вид всезнайки Мета после мгновенного замешательства, — просто Тина не так предана злу как мы с вами, потому, что она слишком простая! Тина, ты же не обижаешься? Ты же будешь дамой повелителя.

Тина недолго думала, обижаться ли ей, потому как оказалась в окружении тех, кто тотчас одобрил слова Меты. Девушки охотно согласились уступить первенство в красоте самой глупой из них, заулыбались, пришлось и Тине, не понявшей всего, улыбнутся им в ответ и поправить на голове венок и шелковых цветов. Ее так и не накрасили, и она в самом деле смотрелась среди разрисованных начесанных ведьм как невинный ангел.

— Ой, дурочки. — прошептал Ксури.

Глава 7. "Я не ведьма!"

— Пора! — возгласила Мета и прошлась вдоль колонн, туша факелы. Поле того, как тьма заклубилась по углам, у Раэ снова появилось ощущение, что за ними кто-то наблюдает. Заводила-Мета оставила зажженным только один факел, и он освещал только один пятачок. Девушки сбились на этом светлом пятачке вместе, и даже насмешливая Флея не пожелала остаться в стороне. Стало так тихо, что Раэ стал слышать тяжелое дыхание Ксури и резкое потрескивание факела в руках девушки… В глубине капища, за колоннами с шумом упал камушек с груды разбитых идолов. Его слышали все. И хотя Раэ и Ксури знали, что это, скорее всего, оплошность Гайю, у них не получилось не вздрогнуть. Девушки испугались больше их. Тина и Лита кинулись друг другу в объятия. Дора вскрикнула. Мета быстро подскочила к девчонкам в общий кружок. Ее бодрый голос всех призвал к спокойствию:

— Нас мало, но мы справимся! Дора, Ана, помогите мне со свечами! Как мы учились у меня в горнице!

И Мета, опустившись на четвереньки, принялась чертить пентаграмму углем. Дора и Ана принялись ставить в углы красные короткие приземистые свечи и зажигать их. Пентаграмма у Меты получалась неровная. Мета шипела, поплевывала на ладонь и стирала ошибочные линии. Из-за этого Ана и Дора не могли сразу поставить свечки. Они гасли, их приходилось по новой зажигать. Черчение пентаграммы превратилось в возню. В довершении всего единственный факел, который оставила Мета, начал чадить и почти не светил.

Тина стала просить зажечь еще хотя бы один, Мета потребовала ее не отвлекать, над отверстием в крыше пронеслась какая-то тень. Тина начала задыхаться и поправлять ворот нижнего платья.

— Поторопись, Мета! — не своим голосом сказала Флея.

— Да не отвлекайте вы меня! — вырвалось у Меты. Она поднялась над готовой пентаграммой, Ана и Дора поставили в местах пересечения линий последние свечи.

— Вставайте по углам! — приказала Мета, нервозность и суетливость у девушек все нарастала. Они льнули друг к другу, а от них требовали разойтись в разные стороны, — Лита, возьми клетку с курицей.

— Мета, нет, — взмолилась Тина, — не гаси факел, не гаси!

— Надо!

Раздалось кудахтанье и хлопанье крыльев, что стало досадной помехой.

— Лита, уйми курицу!

— А что я сделаю?

— Мета, не гаси факел!

— Гашу!

— Он же последний!

— Надо!

— Я задыхаюсь…

— Не придуривайся!

— Мета, Мета!

— Заткнись!

— И зачем ты привела к нам эту истеричку?

Факел был погашен. Несколько свечей на пентаграмме вовсе не разгоняли мрак. Девушек не стало видно. Зато было слышно надрывное кудахтанье курицы.

— Все! Начинаем! — раздался во тьме властный голос Меты.

— Тс-с!..

Мета оказалась на середине пентаграммы и издала возглас:

— Кто явился на место сие?

— Мы, повелитель, — нестройным голосом проговорили девушки.

— Кто вас призвал?

— Ты, повелитель.

— Я не могу…

— Тс-с…

— Заткните курицу!

— Для чего вы здесь?

— Мне дышать не…

— Почтить повелителя!

— Стой, не дергайся!

— Кто пришел почтить повелителя, назовись!

— Женщина по имени Мета здесь?

— Здесь, и я пришла поприветствовать повелителя! — крикнула заводила, перекрывая кудахтанье.

— Женщина, по имени Ана здесь?

— Здесь, и я пришла поприветствовать повелителя!

— Женщина по имени Тина здесь?

— О!...

— Женщина по имени Тина…

— Я не могу…

Остальные слова девушки потонули в курином кудахтанье.

— Идиотка!

— Да здесь она…

— Тина, ответь.

— Тина!

Резкий порыв ветра внезапно загасил все свечи Одним махом. Пустоту прорезало куриное кудахтанье, ставшее еще более надрывным. Затем раздался девичий визг, ударился о своды капища, разбился на многоголосое эхо. Было слышно в темноте, как все девушки разом кинулись прочь, не переставая визжать. Раэ и Ксури не сговариваясь поспешили вниз, шаря руками вдоль стены. Сейчас девчонки, поддавшись панике, бросятся из капища на аппарель, побегут в темноте, по прямой, не разбирая дороги и…

Раэ и Ксури, конечно, не могли бы успеть. Вся надежда была на то, что девушек успеют перехватить у выхода другие… Раздался четкий звук ремня и визги боли. Затем душераздирающий вопль внутри башни… и резко стих…

— Стоять! — гаркнул тогда голос Арнэ в полной темноте, — всем прыгать! Прыгать всем на месте, я сказал! Раз-два! Раз-два!

Раэ и Ксури чуть сами не подскочили. Они больше почувствовали, чем услышали, как прекратившие бегство девчонки прыгают на одном месте, подчиняясь команде. Арнэ удалось остановить их бегство неожиданным и нелепым приказом. Так их учили гасить панику в Цитадели. Раэ в тот миг успел подумать, что Арнэ назначили страшим не зря.

Надо было раздобыть