Лунное солнце - Ева Верми

Посмеиваясь, я направился к выходу. Ува вцепилась в мою руку, умоляя поверить ей.

– Отпусти! – рявкнул я с такой силой, что впору было упасть, но Ува продолжала держаться за меня. Тогда я прямо-таки оторвал ее пальцы от себя и отшвырнул.

Я не разговаривали с ней с тех пор. Порой мне казалось, что именно в тот день я начал гнить изнутри.

Глава 14. Советник

Глава 14. Советник

Пэриш, 1050 год

Признаться, когда я узнал, что Нивис пытается покорить силу огня, я был потрясен. Зачем ей это? Что она пытается сделать? Огонь ей не подчинится. Да и с чего ей это взбрело в голову? Мне казалось, она решила вернуть себе свое имя. Я не верил, что в предсказании говорилось о ней. Оно хоть и не слишком иносказательное, и все же кое-какие вопросы имелись. Пока что самой загадочной частью было про золото, холод и ледяную грудь. Если Ирбэ за решеткой, тогда что может угрожать отныне Неоре?

О Богини… Что я должен сделать? Я хотел уехать. Даже говорил об этом с Вреникой, просил собрать детей, но оставался на месте. Мне нужен был развод. Я перевез бы детей куда-нибудь, где климат теплее, освободившись от монарших обязанностей. Но просить об этом в письме казалось мне кощунством, и при этом я знал, что не могу даже в глаза Нивис смотреть.

После отъезда братьев я временно перебрался в академию, чтобы приглядывать за ней вне занятий. Я не хотел лишний раз встречаться, доставляя боль и ей, и себе, поэтому оставался в стороне.

Я забрел в холл. Он был полон студентов, сновавших туда-сюда между занятиями. Невольно вспомнилось, как мы с братьями вместе жили и учились когда-то. Славное было время.

– Полярис!

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто стоял у меня за спиной. Нивис сделала еще пару шагов, стуча каблучками по полу, и снова позвала, но уже менее уверенно:

– Полярис?

Я молчаливо обернулся, кивком дав ей понять, что слушаю.

– Хорошо, что я тебя встретила, мне нужна твоя помощь.

– В чем?

– Помоги мне со знатью, пожалуйста.

По сомкнутым губам и напряженному выражению лица я мог с точностью сказать, какое усилие она сделала над собой. Она нуждалась в моей помощи и готова была наступить себе на горло. И я поступлю так же.

– Уточни, что ты имеешь в виду.

– Мне нужно разобраться, кто из знати поддержит мою кандидатуру, а кого можно склонить к этому решению. Совет можно будет собрать, когда братья вернутся, и я хочу быть готова.

– Идем, я помогу.

Она развернулась и повела меня по коридорам академии. Я тенью следовал за ней на некотором расстоянии. Ни разу после возвращения не видел ее в платье. Сложно было представить, что раньше все было иначе. Наконец мы зашли в ее комнату. Даже меньше, чем моя. Односпальная кровать, шкаф, рабочий стол и туалетная комната. Однако комната была рассчитана на одного студента, а многие жили с соседями. Видимо, братья рассудили, что это наилучший вариант, и это в самом деле было так.

– Я изучила летописи прошедших лет, – начала она, сев на кровать и указав мне рукой на стул напротив, – смогла оценить положение многих знатных родов, но боюсь ошибиться. Поэтому мне нужен тот, кто в этом разбирается, понимаешь? Я бы не стала просить тебя, будь Никос или Ичес в академии, но не хочу терять время. Уверяю, я быстро.

Она перебирала свои записи, нахмурившись, а затем начала называть имена тех, от кого получила письменные ответы. Я внимательно ее слушал, сопоставляя с тем, что знал сам. Эти семьи действительно с готовностью поддержат ее. Дальше она перечислила имена тех, кто высказал ей свое недовольство.

– Семья комитисы Якинской обижена на тебя. Я хотел сказать…

Нивис махнула рукой, поморщившись.

– Это неважно, обижены они все равно на меня. Продолжай.

– Ты выгнала сестру Тератуса из столицы с позором, ее семья тебе это не простит. Нужно будет возвращать ее и как-то заглаживать вину.

– А за что ее прогнали?

Я правда не знал, это случилось не так давно, поэтому Ее Хладнодушие уже не посвящала меня в детали своей «политики». Пришлось пожать плечами.

– Снежно, – выдохнула Нивис, делая какую-то пометку в записях. – А Рэнские? Как думаешь, на них можно рассчитывать?

– Да, ведкине Ютте пострадала меньше всех, так что шансы точно есть. Да и Метриопа в браке с Девотом.

Она закивала, будто я подтвердил какие-то ее мысли, и продолжила. Она называла мне фамилию – я обрисовывал ситуацию.

– Коэльюм был ее фаворитом, – выдавил я на очередное имя. Нивис вскинула брови от услышанного. – Его отец, впрочем, хотел только нажиться на войне. Так что род Монтем, скорее, нет, чем да. У них довольно шаткое положение в обществе, так что отложи их на самый крайний случай.

– Хорошо, а что насчет ведкинса Гнистеса?

– У него разногласия с Ютте по поводу соседних земель, поэтому… если он согласиться, то ты потеряешь Ютте. Он тебе ответил?

– Нет, – покачала она головой.

– Я попробую с ним связаться. Дальше?

– Комитиса Эхно и комитис Тутмис.

– Хладнодушие отобрала немногочисленные земли первой и не представила к награде второго за участие в захвате юга Вернума. – Когда я договорил, Нивис приуныла. – Но мы все им возместили после твоего свержения. Они будут сомневаться в тебе.

– Не густо, конечно, – подвела итоги Нивис, пересчитав что-то в своих заметках. – Большая часть недовольных. Еще часть, как ты говоришь, были лишены титулов или земель, это настоящая катастрофа.

Она прижала колени к груди и положила на них голову. Никогда прежде за ней такого не замечал.

– Ты можешь на меня рассчитывать, – твердо сказал я, поднимаясь на ноги. Если я останусь, то сделаю то, о чем потом буду жалеть.

– Ты поможешь мне вернуть престол? – удивилась она, вскидывая голову.

– Да.

– Но зачем тебе это?

– Я хочу снять с себя это бремя. Ты вернешь себе страну, я обрету долгожданную свободу.

Ликование на ее лице сменилось разочарованием. Нивис медленно поднялась с постели: сначала спустила одну ногу на пол, затем вторую. Она держалась невероятно стойко.

– Спасибо за честность. Я ценю твою помощь. – Нивис буквально выдавливала