Хозяйка класса Люкс - Ямиля Нарт

class="p1">В центре комнаты стояла круглая белая ванна, чистая и совершенная в своих формах. Её края были украшены изящным узором из тёмных листьев, а снизу её мягко освещала подсветка, отчего ванна казалась подсвеченной внутренним сиянием. Пол был выложен тёмно-синей плиткой с золотистыми прожилками, и при движении создавалось полное ощущение, что ты идешь по поверхности ночного озера.

Но самым завораживающим был вид из большого окна в углу — тот же пейзаж с озером и горами, но отсюда, из полумрака грота, он казался еще более величественным и далеким. А в глубине комнаты, за резной раковиной, из расщелины в камне с тихим, умиротворяющим шепотом струился небольшой водопад, его воды бесшумно исчезали где-то в недрах пола.

Лириан замер на пороге ванной, и на этот раз его лицо выражало не шок, а глубочайшее, почти медитативное сосредоточение. Он медленно вошел внутрь, его доспехи тихо звенели в такт его шагам, нарушая звенящую тишину.

Он подошел к ванне и провел рукой по ее гладкому, прохладному краю, следя за узором из листьев.

— Совершенный контраст, — заметил он. — Цивилизация, что вписана в первозданную природу, не нарушая, а дополняя её.

Затем он опустился на одно колено и коснулся пальцами пола, словно проверяя иллюзию водной глади.

— Ходьба по озеру… Идея, достойная поэта.

Наконец, его взгляд упал на маленький водопад. Он подошел ближе и замер, слушая его тихое журчание. Он простоял так с минуту, закрыв глаза, и я увидела, как напряжение последних дней, месяцев, а может, и лет, начало понемногу покидать его плечи.

— Это… — он обернулся ко мне, и в его взгляде читалась чистая признательность. — Это место силы. Пусть пока лишь в зачатке, но она призывает ту самую живую энергию, о которой я говорил. С этим водопадом, с этим мхом… здесь уже есть настоящая магия природы.

Он выпрямился.

— Вы знаете, Хранительница, — начал он, и его голос звучал задумчиво, — самое поразительное во всем этом то, насколько точно вы, не будучи эльфом и, как я понимаю, не имея доступа к нашим архивам, попали в самую суть. Не в грубую пародию, коими часто грешат другие миры, изображая нашу культуру, а в суть.

Он указал рукой на плавные линии комнаты, на диван, вырастающий из пола.

— Эти округлые формы, отсутствие резких углов — базовый постулат нашей архитектуры. Мы считаем, что прямая линия является насилием над природой, которой неведомы углы в девяносто градусов. Видеть это здесь, в мире людей несколько сюрреалистично.

Его взгляд скользнул по гирляндам живых цветов на потолке.

— А это уже уровень глубокого понимания. Использовать живые растения не просто как украшение, а как часть энергетической системы помещения, как источник света и аромата, очищающего пространство. Этому учат только в закрытых академиях Высших Эльфов.

Потом он повернулся к окну и снова покачал головой, глядя на озеро.

— И этот пейзаж… Вы воссоздали конкретное, сакральное для нас место — Озеро Зеркальных Снов. Место паломничества, место силы, источник вдохновения для поэтов и художников. То, что Дом сумел его воспроизвести, говорит о том, что он черпал информацию из самого эфира, из мировой памяти. А то, что вы интуитивно выбрали именно его… это уже не случайность.

Он обернулся ко мне, и в его глазах светилось неподдельное изумление, смешанное с уважением.

— Вы, Хранительница, обладаете потрясающим чутьем. Вы создали квинтэссенцию эльфийского духа в обычном номере.

Он сделал паузу, и его взгляд стал серьезнее.

— Это заставляет меня полностью пересмотреть свои первоначальные слова. Я прошу прощения за ту высокомерную тираду у Арки. Я судил по прошлому опыту, по тому, во что превратилось это место при Аграфене.

При этом имени его лицо на мгновение омрачилось.

— Я застал ее в последние десятилетия. Она была тенью. Выполняла обязанности механически, словно отбывала наказание. От нее веяло такой тоской, что она пропитывала стены. Дом отвечал ей тем же и медленно угасал. Приходить сюда было больно. Это было похоже на посещение усыпальницы великого воина, где остался лишь прах и память о былом величии. Мы все думали, что «Междумирье» обречено, что вслед за Хранителем, павшим духом, падет и сам Дом.

Лириан снова посмотрел на меня.

— Но теперь я вижу, что ошибался. Глубоко ошибался. То, что вы сделали здесь, в этих апартаментах… Если за столь короткое время вы смогли вдохнуть такую красоту и гармонию в один уголок этого места, то… — он обвел рукой пространство вокруг, — то вам по силам вернуть ему былое величие. Более того, я начинаю верить, что вы можете сделать его даже лучше, чем оно было когда-либо. И с вашего позволения, я хотел бы стать вашим союзником в этом деле.

Глава 9. О истинных желаниях

Впереди стоял самый рослый, с умными, уставшими глазами. Рядом с ним — угрюмый гном со скрещенными руками. Чуть поодаль — тот, что пытался сохранять подобие улыбки, хотя получалось это плохо. Самый маленький едва держался на ногах от усталости, другой все время краснел и отводил взгляд. Шестой постоянно шмыгал носом и потирал переносицу.

— Это постоялый двор? — прохрипел самый высокий. — Кров и харчи предлагаете?

— Предлагаем, — кивнула я. — Я Ольга, Хранительница. Добро пожаловать в «Междумирье».

— Нам нужно отдохнуть пару дней. И еда. Много еды.

— Проходите, — жестом пригласила я их внутрь. — Сначала оформление.

Пока они переступали порог, озирая преображающийся холл с плохо скрываемым удивлением, Лириан тихо пояснил мне:

— Я слышал об их мире. После того, как сюжет их изначальной сказки завершился, их мир начал разрушаться. Исчезла магия «хэппи-энда». Пришел Хаос в виде сущностей из соседних, диких миров. Им пришлось выживать и сражаться. Судя по их виду, последняя вылазка была крайне неудачной.

Шесть пар настороженных глаз изучали холл с профессиональной, почти военной оценкой. Казалось, они мысленно отмечали укрытия, пути отхода и слабые места в обороне. Преображение зала, похоже, произвело на них определенное впечатление, но не вызвало доверия.

Седой гном, представившийся Ворчуном, вел переговоры. Его манера говорить была рубленой и прямой, без светских условностей.

— Нам нужно по койке на каждого, — выдохнул он, положив на стойку ладонь, испачканную сажей и чем-то темным, похожим на засохшую кровь. — Еда: мясо, хлеб, пиво. Оплата — золотом.

Его взгляд скользнул по Лириану, застывшему в безупречной позе у моего плеча.

— Золото принимается, — кивнула я, сохраняя деловой тон. — Ставка за ночь — столько монет, сколько вы заплатите за пять обедов в своем мире. Оплата включает ужин и завтрак, по желанию и обед.

Ворчун хмыкнул, доставая из-за пазухи тяжелый