Наваждение. Жена отца для меня - Лисавета Челищева

— А если я откажусь выйти за тебя?

— Даже тогда ты будешь моей, — уверенно произнёс Марат, вставая и делая шаг ко мне.

Я попыталась собрать остатки смелости.

— Я расскажу всем, что это ты виноват в его смерти, — пригрозила я, надеясь его напугать.

— О, правда? Давай, расскажи. Но помни: что бы ни случилось потом, ответственность будет на тебе, — сказал он, сокращая расстояние между нами.

— Что произойдёт? — спросила я, отступая, пока спина не упёрлась в стену.

— Кто бы ни встал между нами… умрёт.

Между нами больше не осталось пространства. Его грудь прижалась к моей, и он мягко приподнял моё лицо одним пальцем.

— Выйди за меня. Я сделаю тебя очень счастливой, — тихо прошептал он, голос его звучал уговаривающе, мягко.

— Я даже толком тебя не знаю, — выпалила я, инстинктивно положив руки ему на грудь. Я чувствовала, как быстро бьётся его сердце под моими пальцами.

Он улыбнулся, его тёплые руки обхватили мою талию.

— У нас будет много времени узнать друг друга поближе. Начнем? Мне тридцать один, я холост и никогда не был в отношениях. У меня свой бизнес и я живу в столице. Деревню не люблю.

— Зачем ты мне всё это рассказываешь? Все и так должны это знать, — нервно прошипела я, пытаясь его оттолкнуть.

— Тогда что ещё ты хочешь узнать обо мне? — Марат перехватил мои запястья, слегка сузив глаза.

— Ничего… Я просто не хочу замуж.

— Если ты не согласишься добровольно, мне придётся применить силу, — процедил он, сжимая хватку и убирая мои руки со своей груди.

— И чем ты будешь лучше своего отца??

— …А кто сказал, что я лучше?

Глава 39

На мои глаза навернулись слёзы. Я чувствовала себя загнанной в ловушку, отчаянно хотела вырваться, но была совершенно беспомощна.

— Готовься, дорогая, — произнёс он странно ласковым голосом и поцеловал меня в лоб.

Не говоря больше ни слова, Марат вышел из комнаты. Я услышала, как он отдаёт распоряжения всем начинать приготовления — свадьба всё-таки состоится. Мы поженимся.

Но, как ни странно, я не чувствовала себя так плохо, как должна была. По крайней мере, теперь я выхожу замуж за кого-то, кто кажется лучше того старика. Моложе… И гораздо симпатичнее.

* * *

МАРАТ

* * *

Был вечер. Одетый как жених, я сидел на месте проведения свадьбы, снова и снова поглядывая на часы. Сердце билось всё сильнее с каждым мгновением — я ждал, когда увижу её.

И вот я её увидел. Фотографы щёлкали камерами, все собрались вокруг, когда она шла ко мне в потрясающем красном татарском платье.

Её глаза были опущены, и она выглядела не иначе как ангел. Сердце забилось сильнее, чем когда-либо, пока она медленно приближалась. Я встал и спустился со сцены навстречу ей.

— Самая прекрасная девушка на свете, — мой шепот услышала только она. Я подошёл ближе к моей невесте, пытаясь заглянуть ей в глаза.

Но её глаза оставались опущенными, и в этот момент я наклонился и поднял её на руки.

— Что ты делаешь? Все смотрят! — запротестовала она, краснея.

— Пусть смотрят, — с улыбкой ответил я, осторожно неся её обратно на сцену и бережно опуская на ноги.

Церемония прошла гладко, и родители её выглядели искренне счастливыми. До этого момента я до конца не осознавал, как сильно в неё влюбился.

После застолья настало время главных обрядов.

Она сменила тяжёлое платье на простое, элегантное оранжевое платье. Традиционные церемонии прошли без сучка без задоринки.

Наконец настало время прощания с родителями. Эту часть я ненавидел.

Она плакала, и это разбивало мне сердце. Я очень хотел забрать с собой всю её семью, но так не делалось. Мы сели в машину, и я не мог оторвать от неё взгляда.

— Ты в порядке? — мягко спросил я.

— Да, — ответила она тихим, отстранённым голосом.

Я не сводил с неё глаз всю дорогу.

— Это не дорога к моему дому… — сказала она, выглянув в окно.

— Да, потому что мы не едем в тот дом.

Глава 40

ВЕРОНИКА

* * *

Я очнулась в машине.

Мягкое кожаное сиденье, полумрак салона, за окном мелькают фонари. И тяжёлая рука на моём бедре — горячая, собственническая.

Я повернула голову. Марат сидел рядом, смотрел вперёд, но его пальцы медленно поглаживали мою ногу через ткань платья. Как будто сам не замечал, что делает. Или замечал — и ему было всё равно.

— Куда мы едем? — спросила я. Голос сел от неверия происходящего.

— Ко мне, — ответил он коротко.

Я замолчала. Дом Радика остался позади — его дом, его территория, его власть. А теперь другая машина, другой мужчина.

— Ты думала, я отвезу тебя обратно? — он повернулся ко мне, и в полутьме его глаза блеснули. — В тот дом? Это его дом. А ты теперь... ты со мной.

Он не договорил. «Моя жена» — повисло в воздухе, не произнесённое.

Я смотрела в окно, на проплывающие мимо улицы. Мы выехали из посёлка, свернули на трассу. Через полчаса машина остановилась у двухэтажного дома — не особняка, не дворца. Обычного, крепкого, с ухоженным двором.

— Приехали.

Марат вышел первым, обошёл машину, открыл мою дверь. Я всё ещё сидела, не двигаясь. Тогда он просто взял меня за руку — не дёрнул, нет, просто сжал запястье и потянул вверх. Я поднялась.

— Моя жена приехала, — бросил он кому-то в темноту. — Приготовьте, что надо.

Слуги засуетились, но я почти не видела их. Внутри дома было тихо и чисто. Просто. По-домашнему.

Марат провёл меня по первому этажу, показал кухню, гостиную, свой кабинет. Говорил мало, только называл комнаты. Я молчала.

В его кабинете я остановилась.

На стене висела фотография — мужчина в военной форме, лет тридцать, с улыбкой. Совсем не похож на того монстра, которого рисовало моё воображение.

— Это... — начала я.

— Мой отец. Молодой, — Марат подошёл ко мне сзади, почти вплотную. — Других фото нет. Я их сжёг.

Я почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Ты сжёг фотографии собственного отца?

— А он заслужил, чтобы его помнили? — голос стал жёстче. — Думаешь, все эти люди на его похоронах скорбели по нему? Нет. Они боялись его. Уважения к нему не было. Всё держалось на страхе.

Я повернулась к нему. Теперь мы стояли лицом к лицу. Я видела его выражение — твёрдое, напряжённое, но в глазах... не жестокость. Что-то другое.

— Марат, — тихо сказала я. — Каким бы он ни был... плохим, жестоким... он был