Развод. В логове холостяка - Ксения Хиж

- Сейчас сюда влетит кто-нибудь…

- Не влетит. Я взрослая девочка, Рус. Да и потом к тебе никто не осмелится без приглашения прийти. Только я.

- Ты смелая, - он хмыкнул, окидывая ее оценивающим взглядом.

- Я смелая, - прошептала она и, закинув руки за спину, щелкнула застежкой. Круглая упругая грудь выпорхнула из кружевного белья, приковывая взгляд к призывно торчащим соскам.

Черт с ним!

Руслан дернул полотенце, и то спланировало вниз.

… У нее нежные и податливые губы. Он сжимает пальцами ее твердые соски, и с жадностью припадает к этим спелым вишням губами. Пальцы под ее трусики, она такая горячая и влажная. Снова находит ее губы. Поцелуй рваный, жадный. Она обвивает его шею руками и тянет на себя. Он опускает ее на кровать, нависает сверху. Лишь на мгновение отпускает ее губы и раскрывает глаза. Она уже развела ноги в стороны и обхватила его бедра. Тихо рычит, улыбаясь, просит войти в нее. И он готов бы это сделать. Но перед глазами отчего-то все вдруг расплывается и на смену смуглому лицу Евы приходит бледное лицо другой. Той самой женщины, дни которой почти сочтены.

Руслан дернулся. Мотнул головой, сбрасывая наваждение. Выпрямился на прямых руках.

- Эй, ты чего? – нахмурилась девчонка.

Под ним лежит обнаженная Ева, хлопает ресницами, широко распахнутые глаза в недоумении. Его член упирается в ее влажное лоно, надо лишь слегка надавить бедрами и всё будет не зря. Но он не может. Не хочет. В голове теперь та, другая. Незнакомая и чужая.

- Прости, Ев. Не могу. Одевайся!

Голос охрип и словно чужой. Убрал ее руку, пытающуюся его остановить. Поднялся. От возбуждения и следа не осталось. Внутри что-то гнетущее. Он выпил залпом стакан воды, но так и не унял дрожь, что тихо, но настойчиво пробивала все тело.

Что это, черт возьми, сейчас было?!

Обернулся.

Ева натягивает платье и недовольно дует губы. Да, на такое она явно не рассчитывала. Да и он, если честно, тоже.

- Ты был груб, - бросила она одеваясь. – И что это вообще было? Начал дело и слился? Это как вообще называется? И ладно бы у тебя не встал, но он же стоит! Даже сейчас! Ты издеваешься?!

Руслан мотнул головой. Перед глазами всё еще глаза той другой. Её лицо. Ее взгляд, пробирающий до костей…

- Не хочешь меня? – Она истерично хмыкнула. – Врешь. Я что-то сделала не так, скажи? Я не понимаю.

Она сделала шаг в его сторону, но он выкинул руку вперед.

- Спускайся вниз. Я скоро приду. И не бери в голову. Это к тебе никак не относится.

- Тогда что произо…

- Ева! – Пристальный взгляд в глаза. – Иди, пожалуйста.

Она фыркнула, но все-таки послушалась. Хлопнула дверь.

Руслан накинул первую попавшуюся рубашку. Повернулся к зеркалу. Черная ткань подходит к его глазам, что горят сейчас от злости и непонимания. И, кажется, он знает, что с этим делать. Завтра, так и быть, он согласится на предложение матери и посетит ту больницу снова, ведь эта умирающая девчонка мерещится ему уже который день – везде, повсюду он ее видит! Так дело не пойдет…

- Забрать тебя? – прошептал в зеркало, словно обращаясь к ней. И взяв телефон позвонил в санаторий: - Готовьте самый лучший номер, к нам едет новый пациент. Завтра дам данные.

Глава 16

Они нашли мою семью!

Пока я то открывала, то закрывала рот от неожиданной новости, он продолжал:

- Сегодня после обеда твоя мама и брат навестят тебя. С врачом согласовано, так что жди. Может, увидишь их и что-то вспомнишь.

- Они точно мои родственники?

Он недоуменно вскинул голову. Посмотрел на меня как на умалишенную.

- ДНК! – Он потряс конвертом перед моим лицом. – К тому же они сами тебя искали. Они пришли в полицию с твоими детскими фотографиями. Да и запрос давно уже висел. Тебя не было дома двадцать лет!

- Сколько?!

- Многовато, да. – Сощурился. – И где же ты была все это время?

Я в ужасе мотнула головой. Я не помню ничего. Не могу знать.

- На фотографиях ты. Группа крови опять же совпадает. Родинка там… Тест.

Я нахмурилась, открыла рот, чтобы задать вопрос, но на помощь пришел Радислав Георгиевич.

- Да, твои родители нашлись. Я очень рад этому. Хотя признаться меня смущают некоторые моменты, но…

- Слушайте. – Перебил его полицейский. – Проведена колоссальная работа! Это чудо, что неизвестная, которую безуспешно искали столько времени – нашлась. А теперь представьте, что наше ОВД, на территории которого находится эта больница, занимается и розыском преступников, и без вести пропавших, и еще получает из больниц сообщения о людях, которые о себе ничего не помнят. Как думаете, каждому случаю уделяется достаточное время? Далеко нет, а вам, считай, повезло. Я лично этим занимался. Ясно теперь?

- Ясно, - почти хором ответил медперсонал.

- И матушка ваша, какая прекрасная женщина! Она так долго вас, Дашенька, ждала.

Дашенька…

Что?!

- Да, - Главврач положил мне руку на плечо, заглянул в глаза. – Твое имя Дарья. Даша. Помнишь?

Я нахмурилась, безуспешно пытаясь что-то почувствовать. Не откликается. Никак.

- Все наладится, - выдохнул он, наконец, и улыбнулся, когда двери открылись. В палату вплыла довольная Люда и высокая красивая женщина. А за ее спиной…

Я с шумом выдохнула, привлекая всеобщее внимание. Облизнула губы, поправила на голове торчащие – я уверена! – во все стороны волосы – колючки. Просто ёж. За спиной женщины появился Руслан.

Наши взгляды встретились, и я растерянно улыбнулась. Он несколько секунд смотрел на меня, не моргая, а потом отчего-то дернул плечом и отвел взгляд. Совсем не дружелюбный надо сказать, взгляд. Тело прошил озноб.

- Добрый день, уважаемая Любовь Дмитриевна! – раскинул руки главврач. – Знакомьтесь это Дашенька, о которой я вам рассказывал накануне.

Словно о посторонней говорят – не обо мне!

Даша…

Да и не помню я такого имени! Чужое оно, не моё!

- Можно называть меня Полина?! – ощетинилась вдруг я. – И только так и никак иначе!

Тишина сковала палату. Все устремили на меня свой взор. Я же повела плечами, уверенно повторяя:

- Я Полина!

- Хорошо. – Кивнул Радислав Георгиевич. – Как тебе будет удобно.

- Можно и