Проданная ковбоям - Стефани Бразер

что сегодня мы идем по магазинам. Я хочу, чтобы ты выбрала все, что тебе нужно. На самом деле, берт все, что тебе нравится. Все новое, хорошо? Я не говорю, что наш город — это Родео Драйв или что-то в этом роде, но тебе нужна новая одежда и обувь, поэтому мы их покупаем. Я не хочу слышать никаких возражений, когда мы будем в магазинах.

— Я не хочу навязываться. — Она покусывает кончик ногтя.

— Разве это навязывание со стороны мужчины — хорошо относиться к своей женщине, а со стороны мужа — к своей жене?

Она смотрит в окно. Вид потрясающий, но дело не в этом.

— Мы сделаем твою жизнь лучше, Тейлор.

— Ты не знаешь, какой была моя жизнь раньше.

Она права. Я не знаю. Я строил предположения о многом. Как и все мы. Мы предположили, что она от чего-то бежит, и именно поэтому она приняла участие в аукционе. Мы предполагаем, что ее жизнь была не из лучших. Возможно, мы ошибаемся, но я так не думаю.

— Ты права. Я не знаю. Но, несмотря на это, мы хотим, чтобы ты была счастлива.

— Ты счастлив? — спрашивает она, по-прежнему не отрывая взгляда от горизонта. Вопрос задан тихо, как будто она знает, что задавать его самонадеянно, но не настолько заботится о том, чтобы слова не сорвались с ее губ.

— Всегда. Разве нет?

Я поворачиваюсь к ней и расплываюсь в своей самой широкой улыбке. Джесси называет это «моей улыбкой-капельницей», потому что обычно она производит именно такой эффект. Тейлор кивает, но ее улыбка не касается глаз, как будто она не совсем верит в искренность моих слов. Она молода, но кажется намного мудрее своих лет.

— Итак, вы с Джесси хорошо провели время вчера?

Она смотрит на меня и пожимает плечами.

— Черт возьми. Бедный Джесси. Бьюсь об заклад, он отдал тебе все, что у него есть, а в ответ только пожатие плечами!

— Ты добываешь информацию, не задавая прямых вопросов.

В ее словах есть резон.

— Ты переспала с Джесси после того, как испекла райские маффины?

Тейлор фыркает и ерзает на своем сиденье. Думаю, она не ожидала от меня такой прямоты, но она научится. Я не из тех, кто любит ходить вокруг да около.

— Да, хотя я не уверена, что это тебя касается.

— Конечно, это мое дело. На этом ранчо все касается.

Она молчит, но когда я бросаю на нее взгляд краем глаза, уголки ее красивых губ расплываются в улыбке.

— Тебе понравилось?

Она снова фыркает.

— Ух ты. Любопытный и наглый.

Я смеюсь, потому что она более дерзкая, чем я себе представлял, и ничто так не заводит меня, как девушка, которая может противостоять моим остротам.

— Нет ничего плохого в том, чтобы посмотреть на конкурентов.

— Я думала, вы все как братья.

— Тогда соперничество между братьями и сестрами.

— Я не думаю, что в соперничестве есть необходимость.

Тейлор права, и это в некотором роде волнительно слышать, как она это говорит.

— Достаточно ли тебя, чтобы обслуживать всех?

Это дерзко, но это правда.

— Я не уверена насчет этой части, — отвечает Тейлор. — Я все еще пытаюсь осмыслить все, что произошло… вернее, происходит. Чего вы хотите... — её слова обрываются сами собой.

— Некуда спешить, детка. Не торопись, не торопись.

Я делаю большой глоток кофе, радуясь его горечи и теплу. Мои мышцы ноют от того, что я выкапываю ямы для замены столбов для забора. Голова болит от того, что я слишком много думаю. Все, чего я хочу, — это немного времени, когда мне не придется воспринимать жизнь всерьез. Я думаю, что этот поход по магазинам для меня интереснее, чем для Тейлор.

— Ты поговорила со своей семьей? — спрашиваю я. На аукционе с ней никого не было, но это не значит, что их не существует. Тот факт, что она не побежала домой, когда узнала о том, что у нее один муж и двое претендентов, говорит о многом.

Тейлор качает головой, но не вдается в подробности, и я не собираюсь давить на нее. Я уверен, что со временем она освоится настолько, что сможет рассказать всю правду. А пока она заслуживает нашего терпения.

Остаток пути я уговариваю ее побольше говорить о выпечке, потому что, похоже, она это действительно любит, и мой желудок более чем счастлив узнать, какие угощения его ожидают в будущем. Я немного рассказываю о семье Джесси и о том, какие они хорошие люди и какими были раньше. Она не спрашивает о моей семье, и я не планирую особо распространяться на эту тему. Когда дело касается Клинта, прошлое лучше оставить мертвым и похороненным.

На главной улице оживленно, но я нахожу место для парковки в конце, а затем обхожу машину, чтобы помочь Тейлор выбраться через пассажирскую дверь. Она не ждет меня — признак того, что ее отец был далеко не джентльменом, — и я мягко отчитываю ее.

— Ты выставишь меня в дурном свете, маленький маффин. Тебе придется подождать, пока ковбой поможет тебе выбраться из любого автомобиля или с любой лошади, поняла?

Тейлор кивает и краснеет, когда мы идем бок о бок по улице.

По правде говоря, мне следовало бы держать ее за руку, пока мы идем, и показать всему миру, что она моя, но она засовывает руки в карманы своих черных джоггеров.

В городе не так много магазинов одежды, поэтому я сначала веду ее в самый большой. Там представлен приличный ассортимент практичной одежды. Здесь нет маленьких черных платьев или босоножек с ремешками на высоком каблуке.

— В общем, это не совсем Кэлвин Кляйн, но осмотрись и возьми все, что захочешь.

Тейлор по-прежнему неподвижно стоит рядом со мной, полочки с женской одеждой достаточно близко, чтобы она могла дотронуться до них. Похоже, она не знает, что делать. Я делаю шаг вперед и беру две майки, одну зеленого оттенка, который подходит к цвету лица Тейлор и делает ее глаза более выразительными, а другую черного цвета.

— Как насчет этих? — я протягиваю их ей.

Она дотрагивается до ценника, и я качаю головой.

— Сегодня мы на цены не смотрим, маффин. Просто выбери то, что тебе нравится. Как насчет этих? — Я держу пару светлых джинсов, которые будут хорошо обтягивать ее округлую задницу. Я не жду ответа, просто беру с вешалки целую кучу одежды и вешаю ее на руку.

Я наклоняюсь, чтобы поднять с пола новую пару простых белых кроссовок, когда знакомый голос, растягивая слова, произносит мое имя.

— Маверик