Покипси - Анастасия Дебра

— Упс. Теперь он пожалеет, что сказал такое. — Зеленые глаза Блейка сузились.

— Пожалуйста, позволь мне, — настаивала Ливия.

Блейк жестом показал ей идти первой, но остался позади. Ливия наблюдала, как болтун выставил телефон у лица, как щит. Она вырвала его из его рук, как полевой цветок на лугу, и уронила на бетон.

— Похоже, ты уронил свой телефон, — бросила вызов Ливия. Как только он остановил своё вращение, Ливия с приятным хрустом опустила на него один из своих крепких ботинок. — Ой, посмотри. Он сломался. Если ты когда-нибудь ещё раз заговоришь о наших будущих детях, я скормлю тебе твои яйца, если они у тебя всё же есть.

Любитель Бомжей выглядел изумлённым и огорченным. Он начал лепетать перед другими пассажирами поезда:

— Ух. Ты что наделала? Кто-нибудь позвоните в полицию. Это преступление!

Именно тогда бесчисленные утренние улыбки Ливии принесли свои плоды. Все бесхребетные тупицы один за другим начали аплодировать. Аплодисменты сменились свистом и радостными криками.

— Так его, девочка!

Ливия засмеялась, когда Блейк быстро закружил её и опустил, поцеловав, что заставило толпу зааплодировать ещё громче. Блейк и Ливия ухмыльнулись, когда он поклонился, а она сделала реверанс перед толпой.

Блейк схватил её за руку, и они спрыгнули с платформы в его мир, когда поезд подъехал к станции, заглушив последние аплодисменты. Блейк и Ливия пробежали сотню ярдов в соседний парк, прежде чем замедлили ход, чтобы обняться и засмеяться.

— Думаю, мне нужно познакомить тебя с моим братом Беккетом. Ему могли бы пригодиться некоторые твои реплики. — Это первый раз, когда Блейк упомянул о своей семье.

— Он старше или младше? — Почему он тебе не помогает?

— Ну, на самом деле он приёмный брат. Коул, Беккет и я были вместе в последней семье. Мы действительно нуждались друг в друге, чтобы выжить за те полтора года. — Челюсть Блейка сжалась, а глаза затуманились.

Ливия коснулась его челюсти.

— Сколько у тебя было приёмных семей?

— Десять.

Боже мой.

— За шесть лет?

Блейк смущённо посмотрел вдаль.

— Ты же знаешь, что это не твоя вина, да?

Её вопрос был встречен молчанием.

Он винит себя.

Он вздохнул и сообщил плохие новости.

— Ливия, у меня есть проблемы — вещи, которые делают меня нежеланным, нежизнеспособным, опасным, непривлекательным для приемных семей.

— Кто сказал тебе такие отвратительные слова? Я не могу… ты не можешь в это верить. — Она потянулась к его руке. Кто мог сказать такое ребёнку?

— Если ты слышишь такое множество раз и действия людей подтверждают слова… — Блейк пожал плечами.

Ливия потащила Блейка к ближайшей скамейке в парке.

— Мне хотелось бы узнать тебя. Я бы тайно протащила тебя в свою комнату. Ты мог бы жить со мной. У меня даже были бы для тебя клавишные.

Она прижимала к себе его лицо, которое вдруг стало ей так дорого.

— Я тоже хотел бы узнать тебя, — сказал он. — Ты напоминаешь мне сказочную принцессу. Ты так добра.

— Разве ты не видел, как я разбила телефон того мужика? Я никогда не видела, чтобы Золушка нападала на шепелявого чувака. — Ливия закрыла один глаз, вновь оценивая свои действия.

— Нет, я думаю, нет. Тогда ты принцесса для меня. — Блейк провёл рукой по её волосам.

— Эй, может быть, я смогу дать тому парню кусок картона, пусть считает его своим телефоном. — Ливия затаила дыхание. Это было слишком?

— Ты насмехаешься над моим роялем? — сказал Блейк с притворным ужасом.

— Да, — усмехнулась она.

Блейк безжалостно защекотал её.

— Ты будешь уважать мой рояль. — Вскоре Блейк заставил Ливию так сильно смеяться, что ему пришлось остановиться, чтобы она смогла дышать. — Нам лучше съездить к Беккету, если ты хочешь посмотреть, как проходит мой день, пока его народ не стал слишком непристойным. — Блейк встал и протянул ей руку.

— Сейчас восемь тридцать утра. Насколько непристойными они могут стать?

Ливия задавалась вопросом, чем именно Беккет зарабатывал на жизнь. Вскоре на её вопрос был получен ответ. Всё было очень плохо.

* * *

Ливия даже не знала о существовании этой части города. По мере их продвижения магазины и дома становились все пустыннее и ветхими, пока не превратились в не более чем доски, прибитые к разрушающемуся фундаменту. Ветхое место работы Беккета располагалось среди витрин, которые, вероятно, не находились в хорошем рабочем состоянии даже до рождения Ливии.

Парковка выглядела как сцена из фильма ужасов. Двигатели машин, у которых были шины, урчали на максимальной громкости. Внутри тех, у кого не было шин, валялись разные тёмные персонажи. Блуждали пьяные мужчины, люди теряли сознание, а в дальнем углу парковки кого-то вырвало в сгоревшую мусорную корзину.

— Отличное первое свидание. — Ливия прижалась ближе к Блейку.

— Это не наше первое свидание. Я считаю все завтраки. Не волнуйся, Ливия, никто из этих людей не причинит нам вреда. — Он казался уверенным в себе.

— Ты такой страшный? — прошептала Ливия.

— Нет, но Беккет — да, — сказал Блейк.

Блейк и Ливия вошли за витрину магазина и оказались в заброшенном торговом центре. Блейк направился к двери, которая, по-видимому, вела в какой-то офис. Он кивнул огромному, внушительному мужчине. Телохранитель встал и постучал в дверь.

— Уходите. Отвалите. Выметайтесь, — проревел громкий голос.

Крупный телохранитель говорил пугающе высоким, скрипучим голосом.

— Блейк здесь. С ним девушка.

Дверь распахнулась, и перед нами появился огромный, красивый, мускулистый мужчина в обтягивающей черной майке и джинсах.

— Блейк! Какого черта? — Мужчина затащил их в кабинет и захлопнул дверь.

Блейк отстранился и настоял на официальном представлении.

— Беккет Тейлор, это Ливия МакХью. — Беккет протянул ей огромную руку, уважая формальные манеры Блейка.

Ливия попыталась сфокусироваться на его лице, но её взгляд продолжал перемещаться по окружающему офису. Он был просто роскошным. Кожа, вишнёвое дерево и дорогие безделушки были подавлены произведениями искусства Беккета. Почти на каждом квадратном футе стены висело какое-нибудь огнестрельное оружие.

— Твоя дама любит оружие, брат, — голос Беккета был ворчливым и властным.

— Просто удивлена, — ответила Ливия. — Я рада познакомиться с тобой, Беккет.

Убирая руку, Ливия заметила татуировку на предплечье Беккета: переплетённые нож, музыкальный ключ и крест.

Беккет проследил за её взглядом.

— Тебе нравится? Что, твой парень не показал тебе свою?

Несмотря на то, что, вероятно, здесь происходило, личность Беккета была притягательной, и когда он сосредоточился на Ливии, она почувствовала, что краснеет. Беккет повернулся к Блейку, поднял руку и сжал кулак. Словно это была невербальная команда, Блейк тут же обнял Беккета своей рукой. Они постояли в этой позе, словно перед раундом армрестлинга секунду и позволили своим одинаковым татуировкам