Научу быть папой - Мира Спарк

Девочка, видевшая смерть матери, смотрит на меня пустыми глазами и не произносит ни слова.

А у меня всего 24 часа. Сутки, чтобы превратить свою холостяцкую берлогу в приличный дом и доказать опеке, что смогу позаботиться о дочери.

ЧИТАТЬ ИСТОРИЮ МОЖНО ЗДЕСЬ — https:// /shrt/JS40

Глава 22

Олег

— Нет? — переспрашиваю глуповато. — Но почему?

Я, конечно, не ждал огромного восторга, но хотя бы поддержки.

Это ж крутая идея!

Я настоящий чемпион — не какой-то там игрушечный, а многократный!

Что еще нужно чтобы детям спорт прививать? Только мне их в руки отдать, да и все.

Директриса барабанит пальцами по столу. Усмехается.

— Как вы себе это представляете, Олег Игоревич?

— Обычно представляю. Седьмой урок — самое то. Спаренные уроки — самое то. Раз в неделю, может быть, два.

— Ага-ага, — скептически качает головой. — Думаете так просто все?

И повторяет мне примерно Настины слова, только более жестко: расписание, согласования и прочая бюрократия.

— Даже если бы мы на это все пошли… — замолкает и закатывает задумчиво глаза. — Из уважения к Артему Викторовичу, который вас и привел сюда, то у нас все равно нет на это денег. Понимаете? Средств не предусмотрено.

Об этом я как-то сразу не подумал.

Тут на одном энтузиазме не выедешь — сам прекрасно понимаю, как важно правильно оборудовать зал для тренировок.

Избежать травм, сделать занятия комфортными и безопасными… Тем более дети.

— Ваше желание похвально, Олег Игоревич, но утопично. Поэтому я вам и отказываю.

Самое правильное — встать и попрощаться.

Ну нет, так нет.

Я что тренером кучки мелкотни хотел быть?

Но внутри что-то как щелкнуло, там не восстановилось обратно.

— А если я найду деньги? — хмуро спрашиваю я.

И что-то в моем голосе заставляет обеих женщин вздрогнуть.

Директориса бледнеет, а Настя краснеет.

— Я нахожу деньги, и вы даете добро, так?

Качает головой.

— Нет, не так. С какой стати мне это нужно вообще?

Ее голос теряет вежливый лоск.

— Зачем, объясните мне на милость, мне связываться с департаментом? Подставляться? Объяснять родителям ваши инициативы? И это, кстати, самое трудное!

Она нажимает кнопку на телефоне:

— Артема Викторовича пригласите ко мне срочно.

Ну, все, думаю, сейчас меня попрут с работы.

Но останавливаться не собираюсь.

— Я семикратный чемпион мира и множества турниров. Занятия с тренером такого уровня как я стоят гораздо больше, чем могут себе позволить многие из ребятишек. Я же предлагаю это в рамках должностных обязанностей и уверяю, что такие занятия будут гораздо полезнее, чем когда школьники курят на физ-ре в соседних дворах…

Темыч входит в кабинет и садится за стол рядом.

— Вот, Артем Викторович, ваш протеже приходит уже с проектами, так сказать…

— А я поддерживаю идею Олега Игоревича, — неожиданно встает на мою сторону Настя и тут же получает за это раскаленный взгляд директрисы. — Я наблюдала сегодня за тем, как проходит урок со старшеклассниками. Олег Игоревич нашел и установил контакт с ребятами и это они просили его о подобных занятиях…

Воодушевившись поддержкой Насти, я наседаю на директрису с новой силой и убеждаю ее еще минут тридцать.

— А вы что скажете, Артем Викторович? Вся ответственность будет на вас?

Чувствую, сдается женщина.

Ну, Темыч, не подведи.

— Я считаю, что можно внедрить экспериментальную программу такого рода и готов взяться за ее оформление.

Директриса разводит руками.

— Делайте, но денег на это я не дам ни копейки…

Выходим из кабинета директора.

Все трое — взмыленные какие-то. Я, вообще, на диком адреналине — будто спарринг отпахал.

Темыч смотрит на меня поверх очков:

— Ну, что делать будешь?

В глазах Насти тот же вопрос.

— Готовь свои бумажки, — говорю я деланно бодро, — с бабками я разберусь.

— Да? Как же? Телефон ты уже заложил…

— Не переживай, — усмехаюсь я. — Это моя забота.

Темыч уходит, покачивая головой.

А Настя остается.

— Ну, что, красавица, — говорю, — проспорила?

Но под ее взглядом с меня слетает вся эта бравада, вся эта шелуха…

— Серьезно, Олег.

— Заработаю. Грузчиком. Мне все равно сейчас силовые тренировки нужны, — усмехаюсь я. — Только вот надо подумать, как с Анюткой быть — не оставишь же ребенка одного дома…

Настя вздыхает и качает головой.

— Ладно, с Анюткой я тебе помогу — посижу с ней…

А мне хочется подхватить эту строгую хрупкую девушку и закружить.

Или поцеловать хотя бы…

Мое желание легко читается в глазах и отражается на лице, и Настя краснеет.

— Ладно, мне работать надо, — говорит. — Скажешь, когда у тебя будут вечерние смены, и я помогу…

Уходит, и я очарованно смотрю ей в след.

В этой хрупкой девушке столько внутренней силы и… чего-то такого, отчего сердце трепещет и бьется быстрее.

— Настя!

Оборачивается через плечо, и взгляд ее — пронзает меня: светящийся, с лукавой хитринкой и таинственным блеском.

— Ты мне должна ужин! Помни!

Качает головой и улыбается.

Провожаю ее взглядом, а потом спускаюсь в спортзал.

Впереди — инвентаризация!

* * *

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в другую книгу нашего литмоба "Папа может все"

от Ирмы Шер

https:// /shrt/wXhP

Я думал, что моя жизнь безвозвратно изменилась, когда я пустил на порог свою бывшую, которая сбежала от меня пять лет назад к моему другу. Только она пришла не одна, а с дочерью. И утверждает, что отец — я. И это — полбеды. К этому можно привыкнуть. Но бывшая снова сбежала, оставив мне ребенка. А вот к этому привыкнуть уже сложней. И чтоб совсем разрушить мою прежнюю размеренную жизнь холостяка и трудоголика, в дополнение ко всему, появилась еще одна проблема: Влада, специлист опеки.

Глава 23

Олег

Открываю дверь спортзала.

Тишина. Пустота.

И запах — старых матов и пыли.

Ну что ж, приступим к инвентаризации, как я и собирался.

Первым делом иду к шкафу со снаряжением.

Открываю. Смотрю.

Медленно закрываю. Открываю снова — на всякий случай.

Не помогает — хороший спортивный инвентарь не появляется сам по себе.

— Блин, — выдавливаю я из себя.

Это не шкаф. Это археологический музей. Тут экспонаты должны лежать под стеклом, а не в руках у детей.

Мячи, десять штук. И все разной степени «убитости».

Один вообще напоминает не мяч, а сморщенное яблоко.

Другой — подозрительно липкий.

Откладываю его в сторону с мыслью «сжечь после уроков».

Перехожу к матам.

Они когда-то были синими.

Сейчас — грязно-серые, в каких-то непонятных пятнах. Ладно, грязь еще можно отмыть, но вот набивка…

Края рваные, набивка