Притворись моей невестой, бывшая! - Саяна Горская

Марк видит этот снимок, лицо стремительно темнеет. Лёгкость испаряется.

– Свет…

– Я возьму. Иначе он не отстанет.

Жму на зелёную кнопку.

– Алло.

– Свет, ты где пропадаешь?! – Голос пока ещё мужа раздражённый, чуть обиженный. – Я три дня до тебя дозвониться не могу!

– Я в Красноярске, Влад.

– В каком ещё Красноярске? Что ты там забыла?

– Приехала на симпозиум. Выступила как спикер. Представляешь?

– Ага, молодец, – отмахивается Влад так, будто я похвасталась покупкой новых носков. – Слушай, Свет, я тут чё подумал… Давай как-нибудь замнём, а? Ну зачем нам разводиться? Ты несчастна будешь. Да и я тоже. Ну, чё уж, бывает. Косякнул.

Косякнул.

Это он про то, как трахал другую женщину под нашей ёлкой? Приятно, чёрт побери.

– Влад, у меня…

– Сама понимаешь, потребности, – перебивает с раздражённым вздохом. – Ну мужик я, в конце концов. Но я обещаю, что больше такого не повторится. Честное пионерское! Клянусь!

В трубке раздаются какие-то шорохи, похожие на помехи.

– Алло?

– Светлана, – Влада сменяет свекровь. – Имей совесть!

– Ольга Анатольевна…

– Не порть моему мальчику жизнь! Этот союз одинаково выгоден для вас обоих! Где ты себе ещё мужа найдёшь? А Владик к семейной жизни полностью готов!

Смотрю на Марка. Он сидит, скрестив ноги, и внимательно слушает этот сюр. Лицо каменное, без единой эмоции.

– К тому же Новый год на носу, – продолжает свекровь. – Семейный, между прочим, праздник. Если ты не дура, примешь Владика обратно. Потому что если он тебя не полюбит, то никто уже не полюбит. Ты понимаешь это?

Фраза бьёт по старой трещине очень точно.

Открываю рот, чтобы сказать что-нибудь… сама ещё не знаю что, но Марк просто забирает у меня трубку.

– Марк, не надо!

Он прикладывает палец к моим губам. Взгляд хищный, спокойный, пугающе ледяной.

– Алло, – Голос меняется и становится таким, каким он разговаривал на вечере с банкирами и инвесторами. Ровный, уверенный, не дающий собеседнику права на возражение.

– Это кто? Светлана, что за безобразие?!

– Это Марк Сафин. Мужчина, который без ума от Светы и готов принимать её такой, какая она есть, потому что влюблён в неё по уши.

– Чего вы себе позволяете?! – Взрывается свекровь. – Какое вы имеете право вмешиваться в нашу семью?! Верните трубку Свете!

– Не верну. И да, Новый год Света с вами отмечать не будет. Я её не отпускаю.

Мне хочется смеяться и плакать одновременно.

– И вашего Владика нам не надо, – добавляет Марк. – Своих детей нарожаем.

– Молодой человек!..

– С наступающим, – вежливо завершает он и уверенным движением сбрасывает звонок.

Тут же шустро бегает пальцами по экрану, что-то нажимая.

– Готово. Заблокировал номер твоего бывшего. На всякий случай. – Передаёт телефон мне. – Всё. Теперь это нервное окончание под названием «Владик» сюда не пролезет.

– Марк… – голос садится. – Это правда?

– Да. Это просто. Есть такая функция. Вот здесь нажимаешь и…

– Я не про это. Ты сказал… что без ума от меня. И…

– Светлячок, – качает головой. – Я думал, ты и без слов это понимаешь.

Тёплая ладонь ложится мне на щёку. Прикрыв глаза, кошкой трусь о неё.

– Я без ума от тебя, Светлячок. Я настоящий дурак, когда ты рядом.

Пискнув что-то нечленораздельное, бросаюсь к нему на шею.

Он с готовностью ловит, притягивает, смеётся в изгиб моей шеи, а потом переворачивает нас так, что я оказываюсь под ним, а мир вокруг снова сужается до его глаз, его рук, его дыхания.

– Марк, я должна признаться… – Стыдливо прячу взгляд. – Я, вообще-то, не главный редактор. Я самый обычный редактор, коих у нас десять штук в издательстве. А соврала тебе, потому что хотела повысить свою ценность в твоих глазах. Глупо так получилось…

– Ты бесценна в моих глазах, – Марк кончиком носа касается моего. – А про это я знаю. В первый же вечер загуглил тебя. Всё ждал, пока признаешься.

– Призналась…

– Я благодарен. И забудем об этом. Сейчас есть дела поинтересней.

Телефон молчит наконец-то. Свекровь далеко. Влад ещё дальше.

А мы здесь. В этом номере, в этом городе, в этом моменте, который я никогда не планировала, но который вдруг оказывается самым правильным из всех возможных вариантов.

Марк накрывает мои губы поцелуем, и я, ни секунды не сомневаясь, отвечаю ему с неменьшей страстью и пылом.

А всё остальное пусть останется между нами и этим люксом…

Эпилог

Год спустя

Новый год в этом году начинается с запаха корицы и звона вилок, а не с истерики у плиты и списка поручений от свекрови.

– Поставь ты уже это шампанское, Свет, ты не официантка на корпоративе!

– Его надо охладить, – ворчу, поправляя футболку, которая предательски задирается вверх, открывая мой весьма выразительный шестимесячный живот.

– Это тебя надо охладить, – Марк подкрадывается сзади и кладёт ладони поверх ткани, прямо туда, куда наша принцесса лениво толкается пяткой. – Хозяйка года, ты уже всё сделала. Иди сядь куда-нибудь. Главный редактор не должен стоять у плиты в Новогоднюю ночь.

– Не напоминай мне, – морщусь. – Мне до сих пор снятся сны, в которых Павел Юрьевич заходит, делает строгое лицо и говорит: «ну что, девочка, наигралась?».

На самом деле всё было куда менее драматично, но мозг любит истерические версии.

Павел Юрьевич не делал строгого лица. За месяц до Нового года он собрал нас в конференц-зале, поправил очки, вдохнул и объявил о том, что уходит на пенсию, а на своё место хочет посадить того, кто потянет стратегию развития издательства.

И посмотрел на меня.

Я, конечно, решила, что за мной стоит кто-то ещё. Оглянулась. Но никого не увидела.

С тех пор на моей визитке появилась новая строчка: главный редактор издательства «Мир».

А в голове поселился новый сосед – синдром самозванца, который, впрочем, с каждым днём получает всё меньше шансов на выживание. Особенно после второго красноярского симпозиума, куда меня уже официально пригласили одним из ведущих спикеров.

– Ты не просто главный, – Марк ловко отбирает у меня бутылку детского шампанского и вручает стакан с морсом. – Ты лучший из тех, кого я видел.

– Конечно, – поднимаю бровь. – Остальных ты не видел.

– Не начинай! Всё, иди прижми попу, пока я не начал ругаться.

Слушаюсь и повинуюсь. С Марком иначе нельзя – упрямый очень. Бодаемся иногда, конечно, но сейчас он прав. Принцесса с самого утра отрабатывает программу «акробатика для продвинутых».

На раскоряку иду к диванчику на кухне, усаживаюсь поудобней и укладываю ладонь на живот, чтобы успокоить малышку.

– Она не любит, когда ты нервничаешь, – тут же идёт комментарий