Все началось с измены - Анна Филин

рассказывает, что мы едем к его знакомому — Михею, который резко поменял жизнь, ушел из семейного бизнеса, выучился на ветеринара и открыл страусиную ферму. Затем к ней добавил разведение ездовых собак, небольшое кафе и начал зазывать к себе экскурсии. Торгует яйцами, меньше мясом, но основной доход имеет с туристов.

По приезде нас встречает мужчина моих лет, одетый как деревенский дед: тулуп из овчины чуть ниже колена, шапка-ушанка с распущенными ушами, меховые рукавицы и высокие валенки.

Едва выйдя из теплого нутра автомобиля, я понимаю, почему он так одет. Здесь, за городом, мороз ощущается совсем иначе. От белоснежного снега и солнца режет глаза. Пар валит изо рта во время разговора. И мороз градусов на пять ниже, чем в городе.

Хорошо, что я подготовила детей и одела тепло. А вот сама… У меня просто нет настолько теплой одежды. Сапоги, пуховик, платье и теплые перчатки. Я же всегда за рулем. Была, до некоторого времени, оттого и не обзавелась теплыми вещами. Да и куда мне их носить?

— Михей, ты прям ассимилировался с природой, — обнимает его Дмитрий, оба улыбаются. — А Светка где? Света — жена Михея, — поворачивается Дмитрий ко мне. Представляет меня и детей.

— Деньги зарабатывает — экскурсию проводит.

И правда, на площадке перед входом припаркован большой туристический автобус, три поменьше и несколько легковушек.

— Ты разрешишь на машине у тебя погонять? — Дмитрий приобнимает моего Сашу и рассказывает, что обещал ему покататься.

— Ну, если сами отгородите поле, чтобы собакам не мешать, — гоняйте.

Сын подпрыгивает при этих словах и готов прямо сейчас кинуться работать.

— Давайте дождемся, пока туристы рассредоточатся, а потом, в тишине и покое, я покажу вам вольеры с птицами, собак, шашлык поедим, чай попьем. Глядишь, и Светка к нам присоединится.

И мы все вместе идем на поле, чтобы отгородить место для езды Сашке.

По дороге Михей подхватывает ярко-оранжевые конусы и рассказывает Саше, как отгородить приличный кусок пространства.

— Смотри, видишь, дорога в лес уходит? Это трасса для собачьих упряжек. Ты туда не суйся. Отгораживай противоположную сторону, ту, что ближе к выезду с парковки. И гоняй сколько бензина хватит.

У Сашки горят глаза, он уже ничего не слышит, только прикидывает расстояние от одного края до другого. Подхватывает конусы и мчится их устанавливать. Дашу звать не нужно — бежит следом. Помощи от нее немного, но она тянется к брату, а он, мой золотой, ее не отталкивает, а, наоборот, приобщает к совместному времяпрепровождению.

— Беги на ту сторону и устанавливай конус. Я свой сюда поставлю. Потом между ними остальные установим, — словно заправский начальник, сын посылает Дашку на край поля.

Она подпрыгивает от значимости поручения, подхватывает конус и… Замирает на месте. Потому что по полю несется упряжка с шестью собаками и крошечными санями. Собаки — это вообще ее ахиллесова пята. Позабыв про помощь брату, Дашка останавливается и не сводит завороженного взгляда с грациозных животных.

— Ну, давай, беги, потом покатаешься, — торопит ее Сашка. Ему страсть как хочется за рулем погонять.

Меня начинает пробирать холод. Я накидываю на голову капюшон и стараюсь не стоять на одном месте, а немного двигаться. Может, пойти сыну помочь? Но Михей рассказывает свои новости: собаки принесли приплод, а страусы окончательно акклиматизировались в нашем климате. Неудобно, и я продолжаю мерзнуть.

Наконец место для маневров отгорожено, и Николай заезжает на поле. Даша подбегает ко мне, и мы замираем, наблюдая, как Саша садится за руль дорогущего мерседеса. Нет, я совершенно в нем уверена. Он осторожен за рулем и крайне внимателен. К тому же Николай будет рядом на пассажирском сидении. Да и не велика наука ездить на коробке-автомате, там всего две педали.

Сын начинает двигаться осторожно. Не разгоняется и испытывает тормоза. Проверяет тормозной путь. Приноравливается и спустя время начинает ездить «змейкой», старательно закидывая задок авто. Я не выдерживаю и достаю телефон, чтобы поснимать. Окоченевшие руки не слушаются.

— Да вы совсем замерзли! — обращает на меня внимание Михей. — Пойдемте со мной, переоденетесь в теплое.

Он разворачивается и идет по направлению к домикам.

— Я не могу оставить сына, — сопротивляюсь я.

Ну, правда, я практически не знаю Дмитрия, да и Николая. Кто будет приглядывать за Сашей?

— Здесь повсюду камеры. Кроме того, Димка гипернадежный товарищ. Поверьте, он справится с задачей любой сложности. К тому же, я так понимаю, что вашего сына ничего, кроме езды за рулем, не интересует.

Вроде бы Михей говорит правильные слова, но его я знаю еще меньше, чем Дмитрия. Но и холод уже пробрал меня до костей. Если продолжу стоять, то к вечеру точно заболею. А следом дети, а этого допустить никак нельзя.

— Я буду внимательно следить за вашим сыном, обещаю, — подталкивает меня к окончательному решению Дмитрий.

— Я быстро, — киваю в ответ, подхватываю за руку Дашку и, семеня, бегу за Михеем.

Он проводит нас во второй по счету домик. Сухое тепло, аромат горящих дров, мы с Дашей улыбаемся, переступая порог, и тут на нас обрушивается развеселая стая собак породы корги. Они поскуливают и стараются зализать нас с головы до ног, всячески выражая свою любовь и радость от долгожданной встречи.

— Это наши, домашние, — комментирует Михей.

Дашка теряет голову от такого чуда и падает прямо у входа, вереща и подставляя собакам щеки.

— Наши все привиты. У меня с этим строго, — бросает Михей. — Так, иди сюда.

Незаметно мы переходим с ним на «ты».

Оставляю визжащую дочь в холле, где на полу лежат шкуры, а вдоль стен стоят уютные диваны и столики, и иду за хозяином в соседнее помещение.

— Здесь запасная одежда. Раздевайся. Будем тебя утеплять.

Стесняясь, я говорю, что на мои формы вряд ли найдется подходящая одежда, если только мужская.

— А что не так с твоими формами? — удивленно разглядывает меня Михей.

Я краснею до корней волос. Неужели он сам не видит, какая я?

Он отворачивается и перебирает полушубки.

— Примерь, — подает мне тулуп, как две капли похожий на тот, что надет на нем. — Ты не ответила. Наговорил кто-то гадостей тебе про формы?

Вот ведь! Я и без того теряюсь в незнакомой компании, а он… Не стесняясь, задает такие откровенные вопросы.

— Муж. Бывший. Да и мама…

— Сволочи. Но ты не обращай на них внимания. У Димки на этот счет иное мнение, — выдает неожиданно хозяин.

Я натягиваю тулуп, Михей помогает его застегнуть, поправляет воротник и попутно, как бы невзначай, роняет:

— Димка никогда никого сюда не привозил. Друзей — да. Как-то зимние