Девушка в розовом - Л. Дж. Шэн

— Я чувствую себя хорошо, спасибо, — коротко ответила я. — А ты?

— Прекрасно. — Джессика проигнорировала язвительную ремарку Мэдди. — Я так рада за вас обоих. Грант всегда хотел быть отцом. Не волнуйтесь, я планирую быть рядом с вами на каждом этапе.

— Не сомневаюсь. — Я улыбнулась ей сладкой улыбкой. У меня было ощущение, что настоящее событие, в котором Джессика хотела принять участие, уже произошло — и это было зачатие.

Мы вчетвером стояли там долго, наслаждаясь всей этой неловкостью.

— Ладно, тогда! Я не буду больше мешать вам. Огромное спасибо за предложение выпить кофе, Грант. — Она остановилась рядом с ним, чтобы поцеловать его в щеку. — Попробуем завтра, ладно? — Она подмигнула, прежде чем скрыться в сумерках вечера.

Она была тонка, как танк. Но ее послание было ясным: руки прочь от моего мужчины.

Если бы она только знала, что я тоже когда-то использовала на нем свой рот, язык и другие части тела.

Глаза Мэдди метались между Грантом и мной.

— Я пойду и сделаю замеры в комнате, которую вы выделили для ребенка. — Она ткнула большим пальцем в сторону прихожей. — Вернусь примерно через двадцать минут. Лайла, дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. Грант, удачи тебе в выживании. — Она провела рукой по моей руке, прежде чем скрыться.

Грант и я уставились друг на друга. Он, похоже, совершенно не заметил, что его коллега только что метафорически обмочила ему ногу, чтобы обозначить свою территорию.

Все дошло до кульминации.

Я влюбилась в отца своего ребенка. И я не могла это остановить. Даже если бы он переехал в Миннесоту. Даже если бы он переехал на Марс. Эти чувства остались со мной навсегда.

В его защиту могу сказать, что я очень старалась никогда не показывать ему ни малейшего намека на ревность.

Ревность была слабостью, поэтому я очень старалась ее не испытывать. А когда все же испытывала, то старалась это скрыть.

— Ты все собрала? — Он коснулся моего плеча своим и направился в кухню, где открыл холодильник и достал два безалкогольных пива. Потому что если я собиралась страдать, то он, черт возьми, тоже. — Я думал арендовать грузовик и...

— Я не могу переехать к тебе, — выпалила я.

Он замер, держа пиво в руках.

— Это из-за запаха разложения из общего мусорного контейнера? Потому что я уже говорил тебе, что парня из хедж-фонда наверху арестовали.

— Нет. — Я покачала головой. Пришло время признаться. — Дело в моем самосохранении.

— Ладно. — Он закрыл дверцу холодильника ногой, а затем повернулся и угрожающе посмотрел на меня. — Мне очень интересно услышать, как переезд в отремонтированную квартиру площадью 260 квадратных метров в Центральном парке Юг и отсутствие арендной платы разрушат твою жизнь.

— Мне нужно пройти беременность без стресса. — Я прислонилась плечом к стене, обняв себя за плечи. — Если я буду слишком эмоциональна, слишком расстроена, это может очень плохо повлиять на ребенка, а он для меня на первом месте.

— А что именно в жизни со мной вызывает стресс? — Он наклонил голову набок. — Я почти не бываю дома, а когда бываю, то либо занимаюсь на гребном тренажере, либо готовлю, либо пытаюсь доставить тебе оргазм. И я с удовольствием установлю некоторые правила, если ты не хочешь, чтобы я к тебе приставал. Мы не обязаны заниматься сексом. Думаю, я доказал, что могу держать руки при себе.

— Я не хочу мешать тому, что у тебя есть с Джессикой.

Он уставился на меня, как будто я только что ударила себя в живот, а потом ввела себе в вену метамфетамин.

— Откуда это взялось?

— Я единственная, кто видел, как она с тобой сейчас флиртует? — Я моргнула. То, что Грант манипулирует людьми, не было в моей бинго-карточке на этот год.

К счастью, он покачал головой и пояснил:

— Я знаю, что она флиртует, так же как знаю, что тебе плевать.

— Конечно, мне не плевать. Ты с ней встречаешься. Или, по крайней мере, к этому все идет.

Его выражение лица сгладилось, сменившись с растерянности на высокомерие. На губах появилась самодовольная улыбка.

— А если и так?

Я разжала руки, сжав кулаки по бокам.

— Тогда я не хочу быть в соседней комнате, когда ты будешь с ней спать. Я действительно многого прошу?

— Мы живем по разные стороны коридора.

— Твоя квартира не такая уж и большая.

— Но есть кое-что другое, и я вижу, что в последнее время ты об этом часто думаешь.

— Ты меня поймал. — Я закатила глаза. — Но разве можно меня винить? Твое эго слишком велико, чтобы его игнорировать.

— Просто признай это.

— Признать что?

— Ты ревнуешь.

— Ты бредишь.

— Может быть. Но это не имеет значения. Ты все равно ревнуешь.

Да, я ревновала, и мне это не нравилось. Но отрицать это было бессмысленно. Я хотела поступить по-взрослому и решить эту проблему. Ребенок заслуживал гораздо большего, чем двух родителей, которые играют друг с другом в игры.

— Да, наверное, ревную. — Я смотрела в пол, избегая его взгляда. — Ты мне нравишься.

— Я тебе нравлюсь? — повторил он, ошеломленный.

— Почему это тебя удивляет? — я нахмурилась. — Я сплю с тобой уже несколько лет.

— И отказываешься перейти на следующий уровень в течение всего этого времени, — напомнил он мне.

— Это не имеет к тебе никакого отношения. Ты идеален, — признала я с раздражением. — Все дело во мне и моих испорченных отношениях с мужчинами. Коннор сломал меня. Попытка построить здоровые отношения с мужчиной — все равно что пытаться поставить букет цветов в разбитую вазу.

— Ты не разбитая ваза. — Его глаза стали жесткими. — Ты человек, и один из моих любимых. Теперь расскажи мне, что произошло. Мне нужно знать, как сильно я должен ударить этого парня, когда увижу его в следующий раз.

Боже. Я собиралась открыться ему, не так ли? Другого выбора не было. Мне нужно было, чтобы он меня понял. К сожалению, обнажив свою душу, я почувствовала себя в миллион раз более уязвимой, чем обнажив перед ним свое тело.

— Помнишь, как ты в машине пошутил, что он, наверное, убил ребенка, раз