Няня для бывшего - Иман Кальби

Он как-то странно хмыкает. Мне это не очень нравится, но дружелюбный тон в его общении снова отпугивает от негативных переживаний.

— Я тоже. Регулярно мотаюсь в Дубай. Даже подумываю приобрести здесь жилье. Может небольшую студию. Хотя… В отелях тоже есть свои плюсы. Видите, какую красавицу встретил. Может перейдем на «ты»? В Дубае на постоянке работаешь или сезонами?

Чем больше мы говорим, тем больше я внутренне убеждаюсь, что Михаил расценивает меня как ту, кто готова с берега «на всё и сразу»… Мы вроде как и не переходим грани, сохраняем максимально приветливый тон общения, но внутри все равно растет дискомфорт. Не знаю, может это и нормально в таком формате знакомств, но мне очень не по себе. Правда, чего я ждала? Кто находит знакомства по интернету в отеле? Лизка бы сейчас пожурила и сказала, что при любом раскладе не происходит ничего плохого… А что, если это правда связь на вечер? Почему нет? Я не невинная дева, у меня сто лет никого не было, кому и что я должна вообще?

И все равно, внутри противофаза. Мне неудобно сейчас. Не хочу быть тут. Нетерпеливо ерзаю на стуле, мечтая сбежать…

Он пьет больше и спустя минут сорок заказанная бутылка пуста. И пусть второй бокал, который он мне обновил, почти не тронут мною, голову все равно слегка ведет…

— Закажем еще? — спрашивает, тут же щелкая официанту.

— Я бы воздержалась.

Опять игнор моего призыва. Опять в ведерке новая доза элитного Кристалл… Это он просто решил напиться или меня впечатляет? Раздражение растет..

— У тебя уже были такие знакомства? — задает он мне странный вопрос, который окончательно выбивает из колеи.

— В смысле, знакомилась ли я на отдыхе? То есть… По интернету на отдыхе?

Его взгляд заметно меняется, радужка светло-серых глаз темнеет, а верхняя губа дергается.

— Маш, это все, конечно, мило, но давай к делу перейдем. Я на рассвете прилетел, целый день был в переговорах. Подустал и хочу расслабиться… Вот честно, совсем нет сил сейчас гадать, ты из каких… Тех, что просто для кайфа или за ништяки. Ты красотка, очень мне понравилась еще на сайте, так что при любом раскладе предлагаю подняться ко мне, а не тратить время на эту пустую болтовню. Правда, наглеть не нужно. Если ты ценник выставишь, равный стоимости одного из эмиратских островов, то я пасс.

Внутри все сжимается до размеров сухого чернослива. От шока я даже сразу что-то сказать не могу… Просто мычу нечто нечленораздельное, хлопая глазами, хватаю рваными вздохами воздух…

Господи, какая же я дура, что влезла в это все. Надо было догадаться…

— Послушайте, Михаил, — резко снова перехожу на официальный тон, — наверное, Вы не так поняли меня…

Сердце наотмашь бьет по ребрам от неконтролируемого страха, когда я чувствую, как его ладонь довольно ощутимо смыкается на моей лодыжке.

— Хватит уже в уши мне заливать, Маша. Не говори мне, что ты на «Мамбе» в отеле, кишащим папиками и эскортницами, любовь свою первую искать надумала. Все ясно с вами со всеми. Я ж говорю, готов заплатить. Говори, сколько. Я щедрый…

— Пустите… — шепчу я сдавленно. Паника и стыд сковывают меня, словно бы путы. Я машинально начинаю бегать глазами по залу, словно бы пытаясь ухватиться за то, что меня спасет…

И тут… в буквальном смысле дергаюсь, когда мой полный испуга и замешательства взгляд словно бы магнитом тянет к противоположному концу ресторана и в эту же секунду пересекается с черным омутом до боли знакомых глаз.

Челюсти Амира сжаты и он смотрит на нас с такой яростью, что кажется, что его сейчас вот-вот разорвет. Или он кого-то разорвет…

Глава 20

Сердце пропускает несколько ударов, а картинка перед глазами замедляется, когда я наблюдаю, как Амир резко встает со своего места и уверенным шагом направляется к нам.

Мой наглый собеседник сидит спиной к общему залу- и потому для него становится еще большей неожиданностью то, что к нашему столику подходит разъяренный на вид мужчина.

— Проблемы? — спрашивает Михаил, автоматически тоже включая альфа-самца. Я невольно жмурюсь. Мда, меньше всего я бы хотела сейчас этих разборок. И уж тем более быть ее причиной.

В голове опять быстрыми вспышками воспоминания- Амир всегда был дико ревнивым и болезненно, а точнее агрессивно реагировал на любое мало-мальское внимание противоположного пола в мой адрес. Отчасти мне, маленькой неопытной девочке, льстила такая гиперопека, но часто это просто создавало лишние проблемы…

— У меня точно проблем нет, а у тебя, парень, могут быть, — нагло и без спроса подсаживается к нам Каримов.

Господи, ну почему я не могу провалиться под стол? Почему он оказался здесь? На фига я вообще сюда приперлась?

— Мужик, ты…

— Я тебе не мужик, мальчик, — режет браваду Михаила Амир, — давай не будем портить людям отдых. Эта девочка- моя. Поэтому тихо и по-мирному давай ты сейчас встанешь и уйдешь…

От смеси возмущения и шока я просто теряю дар речи. Просто сижу и хлопаю глазами.

Михаил усмехается. Похоже, «мальчик» не так просто и слабохарактерен, как показалось Амиру…

— Это с чего ты решил так? Если она твоя, то что делает у меня за столом уже битый час? Почему мужиков ищет в приложении? Значит, не такая уж твоя… Поделишься?

На последней провокации дерзкого собеседника желваки на лице Амира начинают ходить, как поршни, а на виске дергается венка.

Он глубоко вдыхает воздух, от чего его ноздри раздуваются. На самом деле, все это происходит за какие-то толики секунды, но я сейчас так напряжена, наэлектризована, что ловлю каждую его эмоцию, ничего не упускаю.

— То, зачем она здесь сидит, я сам у нее спрошу. Ты не волнуйся. Это уже мое дело. Тебе достаточно знать то, что если хочешь уйти на своих двоих, то самое время это сделать сейчас…

— Михаил… — вырывается у меня пискляво-пораженчески, — пожалуйста… Сделайте, как он говорит… Я прошу прощения, я…

— Замолчи, — осекает меня жестко Амир, даже не удосуживая взглядом, — встала и пошла на выход. Меня дождись, — цедит он через зубы.

— Придурочные, — слышу я хмурое под нос Михаила.

Пару мгновений колеблюсь- вставать или остаться… Почему вообще я должна слушать этого Каримова… Да, навязчивость Михаила мне неприятна, но это не дело Амира!

— Маша, — переводит на меня настолько красноречиво-безапелляционный взгляд Амир, что во рту сразу пересыхает, — я прошу тебя встать и уйти. Не унижай себя дальше компанией этого человека. Пожулайста…

Последнее слово он говорит не прося.