Строптивая для бандита - Виктория Райн

Сам развёл свои ноги шире тем самым, раскрывая и бёдра Лиры. Она выдохнула и чуть было в очередной раз не решила сбежать, но я вновь утянул девушку в сладкий дурманящий поцелуй. Откинув мешающий мне кусок платья, я стал активно играть с её клитором, и погружать в сочное лоно то один, то два пальца.

В голову тут же пришла идея установить напротив дивана зеркало во весь рост. Чтобы в следующей подобной «игре» не только довольствоваться прикосновениями, но и наблюдать за происходящим воочию. От этих мыслей мне стало просто нестерпимо тесно в брюках и практически уложив на себя Лиру, я сумел изловчиться и расстегнуть ширинку. Молниеносно спустил их вместе с боксерами, дав Лире лишь секундную передышку и вновь поглощая её рот в страстном поцелуе.

У меня давно не было таких поистине крышесносных и сильных эмоций к совершенно неопытной, но такой желанной девушке. Хотелось не просто обладать, а заклеймить, излиться внутри неё горячим потоком и съесть её вместо горячего ужина, а потом закусить ею на завтрак.

Когда член, практически спружинил к её половым губкам, я уже сам простонал в рот девочке об испытываемом удовольствии. Руки без моего участия начали более активные действия, сменив нежность на настойчивые ласки. Я невольно стал покачиваться под Лирой давая привыкнуть к потирающемуся о неё члену и к тому, что скоро произойдёт.

Распаляя сильнее, заставляя желать этой близости не меньше меня. И вот уже пальцы всё активнее сдавливают клитор, а член ходит туда-сюда между складочек, пока не входя, но изнывая от желания это сделать. С каждой секундой выдержка заканчивается и уже становятся слышны не только наши стоны, но и сочный звук трения наших тел.

Раскрыв губки на максимум, я приставил головку и на пару миллиметров продвинулся вперёд. Лира резко выдохнула и распахнула глаза. На мгновение в них промелькнул страх, а дальше её истерзанные в поцелуе губы издали стон боли, потому что в этот самый момент я резко подался вперёд и насадил её на себя, лишив девственности.

— Всё моя красавица, не убегай, — придержал на себе затрепыхавшуюся в моих руках девушку. — Я больше не причиню тебе боли, — утешал её в то же время, давая привыкнуть к собственному вторжению и размеру.

Спустя несколько мучительно долгих секунд я губами собрал скатившуюся по нежной щеке девушки слезинку. Оттягивать дальше не имело смысла и, сдерживаясь изо всех сил, начал аккуратно двигаться под ней. Лира закрыла глаза, абстрагировалась и спрятала от меня то, что хотелось бы видеть.

Как ни странно, я малодушно не стал просить её отрыть их, чтобы лицезреть на дне её глаз всю гамму чувств и эмоций, что она сейчас испытывает, боясь увидеть в них боль и разочарование.

Я вновь стал распалять девушку прикосновениями, жарким шёпотом и пока что медленными тягучими движениями внутри шелковистого и невероятно узкого лона. Сначала Лира казалась едва ли не бесчувственной куклой, которую я по ошибке принял за страстную девушку, но под моими ладонями, губами и двигаясь на колом стоящем члене, она всё же оттаяла и начала уже сама активнее подмахивать, а после и постанывать от получаемого удовольствия.

Поняв, что эта поза нам уже не подходит, и Лира готова к большему, я встал с дивана вместе с драгоценной ношей и сметя со стола всё мешающее, уложил её на него. Раскрывая и входя теперь уже более размашисто вновь.

Её красивая аккуратная грудь тут же качнулась в такт моему движению и, кажется, именно это стало тем, что мои тормоза отказали напрочь. Я обхватил её бёдра руками и с каждым движением наращивал темп, заставлял Лиру вскрикивать от каждого нового соприкосновения наших тел. Она руками ухватилась за столешницу, волосы рассыпались по поверхности стола, а пухлые губы то и дело закусывались, чтобы сдержать стон.

— Кричи, моя Графиня. Кричи. Я хочу слышать эту чудесную музыку из твоих сладких губ.

Пошлые шлёпки наших тел откровенный скрип стола по паркету и двигающаяся в такт со мной её манящая грудь с торчащими горошинками сосков. Я подался вперёд и взял в плен губ, вершинку, что мелькала перед глазами и молила прикоснуться к ней, отчего Лира больше не сдерживаясь застонала.

Выгнулась навстречу и стала яростно подмахивать мне в ответ. Кажется, мы оба сошли с ума от похоти, раз не только не позаботились о защите, но и перестали осторожничать, забыв о том, что это её первый раз.

Слизывал капельки пота, выступившие на ключице, целовал или кусал её изящную шею, попеременно уделял внимание каждому соску и неистово вколачивался в жаркие глубины нежного и податливого тела. Не давая девушке даже секундной передышки.

Когда Лира стала выкрикивать заветное «да, ещё» я был готов кончить только от одних её криков. Но опустил руку к клитору и дёрнув его пару раз, а потом и вовсе зажав между пальцев, добился яркого и невероятно красивого по своей зрелищности оргазма.

— Руслааааааан, — полустон-полукрик и я понимаю, что девушка на пике наслаждения всё же кричит именно моё имя.

Каждой венкой и клеточкой я прочувствовал силу испытанного ею удовольствия. Сам же, совершив ещё пару фрикций, излился на её плоский живот, точнее, на алое платье, комком сбившееся в районе талии.

— Кажется, мы испортили твоё платье.

— Ничего. Всё равно за него платишь ты, — выдохнула она, не открывая глаз.

— Твой оргазм — самое красивое, что я видел в своей жизни.

Тишина, которая прозвучала в ответ на моё откровение, расставила всё по местам. В моей протрезвевшей от страсти голове пазл сложился окончательно. Секс со мной был лишь для того, чтобы вернуться домой.

Невинность в расплату за свободу. Всё честно и вполне предсказуемо. Бутылка вина сняла напряжение и позволила действовать расковано, а вовремя интима она, скорее всего, представляла на моём месте, например, Леонардо ДиКаприо в молодости. Сняв с себя рубашку, которая болталась на плечах, вытер остатки нашей близости с неё и себя.

— Костя отвезёт тебя домой.

Глава 13

Лира.

Очнувшись от невероятного по своей силе и красочности первого в моей жизни оргазма я поняла, что совершила самую страшную ошибку. Даже не потому что переспала с врагом, нет. Теперь после феерического секса с Русланом и полёта в «космос» я просто не смогу подпустить к себе ни одного мужчину. Уверена, все они будут меркнуть на его