Жених (дракон) по наследству - Римма Кульгильдина

Я уставилась на вид за окном. Там внизу раскинулся шикарный ухоженный сад. Аккуратные аллеи, спуск к маленькой реке, подстриженные кустарники. Как, наверное, приятно там гулять в хорошую погоду. Ходить пешком я любила и не упускала возможности пройтись по любимому городу одна или в компании. Вспомнив дом, почувствовала, как защемило в груди и на глазах навернулись слёзы. Так нечестно! Всё, что со мной произошло, это…

Додумать мысль я не успела. Малыш, сидевший на руках спокойно, вдруг ухватил меня за чёлку и сильно дёрнул.

– Ай! – от неожиданности и боли крикнула так громко и испуганно, что малыш вздрогнул и заливисто забасил.

Из люльки ему тут же принялся вторить близнец.

Дверь спальни распахнулась и к нам влетел переодевшийся Фил. Он схватил ревущего малыша из люльки и кивнул мне на выход:

– Пошли на кухню. Будем их чем-нибудь кормить.

Глава восьмая. Филеорт Нотман

Как я зол! Неимоверно! Неистово! Ещё никому не доводилось вывести меня из себя! А тут! Какой-то маленький кричащий комок сделал это за пять неполных минут!

Раздражённо встряхнул мокрыми руками и ещё быстрее припустил по коридору. Влажная ткань брюк противно липла к ногам, стреноживая меня, словно коня. В туфлях хлюпало. В конце концов я остановился и скинул промокшую обувь. Схватил и двумя руками попеременно что есть силы запульнул вперёд. Стало немного легче внутри, но холоднее снаружи.

Мелкий засранец! Орал так, как будто я его утопить хотел, а не вымыть! Вместо благодарности, что не оставил лежать грязным! Нет, чтобы молча сносить превратности судьбы, как подобает дракону! Пусть даже ненастоящему! Я же терплю, не жалуюсь, хотя мог бы тоже орать, как оглашенный! А он же ещё и вонял, как тысяча скунсов!

Кажется, от меня теперь воняет так же ужасно. Поднёс пальцы к носу и принюхался. Ой, фу-у! Меня аж передёрнуло от отвращения. Руки пахли не мылом.

Надеюсь, настоящие дети не такие ужасные, как эти тамагочи…

Стоп!

Остановился как вкопанный, словно налетел на невидимую стену. Поводил глазами из стороны в сторону, прислушиваясь к себе. Переступил босыми ногами по каменному полу. Холод щипал за пятки, и останавливаться на одном месте было немыслимо. Потянул носом, раздувая ноздри. В желудке противно задрожало и это состояние возникло не от голода.

Я – что? Только что подумал про настоящих детей?! Я?! Филеорт из клана белых драконов, известнейший ловелас Многомирья? Реально только что подумал про настоящих детей?!

Помотал головой. Длинные мокрые пряди шлёпали по лицу и только ещё больше раздражали. Зачесав их пятернёй, подошёл к стене и тихонько побился лбом об деревянные панели. Прижался с ним щекой, закрыв глаза, и внезапно почувствовал, как будто внутри что-то оборвалось. Противное чувство падения, когда не можешь распахнуть крылья. Не выдержал. Заорал от безысходности и рубанул по стене кулаком так, что содрал кожу с костяшек.

– Ар-р-р-р!

Рванул и бегом преодолел последние метры до своей комнаты. Пинком распахнул дверь. На ходу стянул штаны, попрыгав на одной ноге. Запульнул их в одну сторону, бельё в другую и нагишом влетел в ванную комнату. Выкрутил кран на полную мощность и встал под упругие обжигающие струи воды. Закрыв глаза, запрокинул голову, ловя ртом капли. Зашипел от резкой боли в содранных костяшках и упёрся повреждённой рукой в стену.

– Чёртов амулет! Чёртовы правила! Ненавижу! Не-на-ви-жу! – проорал, захлёбываясь водой.

Чувствовал себя пойманным в капкан, если такое сравнение подходит для дракона. Железные зубья многовековой воли амулета медленно и неотвратимо впивались в мою душу. А ведь я хотел соскочить. Обмануть систему. Я вовсе не собирался менять свою жизнь. Меня всё устраивало! Только сейчас до меня стало доходить, что ритуальные испытания не развлечение на потеху публики. Их цель в другом! В приручении. Это понимание выворачивало меня наизнанку. Как же мне тошно!

– Нет, – твёрдо сказал сам себе и выключил воду.

Вытираясь на ходу, вышел из душного жара ванной комнаты в прохладу спальни и впервые не испытал резкой боли от смены температуры. Может, Замок всё же сжалился надо мной? Хотя с чего бы…

Вытирая волосы полотенцем, подошёл к широкому окну. Любимый парк, в котором прошло весёлое детство, ничуть не изменился. Всё те же ухоженные дорожки. Подстриженные кусты. Ветвистые деревья растут так, что по ним очень удобно лазить и прятаться в густой кроне. Петляющий спуск к воде. Вот бы выйти сейчас на балкон, разбежаться и, взмахнув крыльями, полететь. Сделать победный крюк над Замком и, разорвав крыльями реальность этого мира, улететь куда-нибудь подальше. И никогда не возвращаться.

Окинув ещё раз взором парк, решительно повернулся к нему спиной. Вытерся насухо и, скомкав полотенце, закинул его в угол. Подумал. Оглядел комнату, со вздохом собрал разбросанные вещи и отнёс их в ванную комнату. Запихал в корзину для грязного белья и пнул её от злости. Выудил чистые вещи из шкафа и, пока одевался, окончательно успокоился. Принял решение: сбегу! Как только закончатся эти дурацкие испытания и мне вернут магию – сразу же сбегу.

Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, вышел из комнаты и отправился в спальню к Иветте. Надо накормить этих оглоедов и что там дальше по программе? Уложить спать? Ладно, надеюсь, это не сложнее, чем отмыть перемазанного малыша.

***

Зря я думал, что самое тяжёлое уже позади. Был наивен, признаю.

Мы довольно бодро дорысили до кухни под звуки вопящего дуэта. Близнецы ни на минуту не смолкали. Глянув на раскрасневшегося малыша, забеспокоился о том, когда же они успевают дышать. Потом вспомнил, что они не настоящие, жаль у них нет кнопки "выкл". Очень пригодилась бы, знаете! Внезапно оба ребёнка резко замолчали. Испуганно переглянувшись с Иветтой, мы ускорили шаг и тут малышня грянула свой концерт с утроенной силой.

Влетев на кухню, оглянулся. Признаться, был уверен, что на столе или какой-то другой видимой поверхности должна лежать инструкция о том, что делать дальше. Ну не могли родственники бросить меня на растерзание голодной своре маленьких дракончиков! Ведь не могли, да?

Огляделся ещё раз и, бессильно запрокинув голову, поник плечами.

Все столы и столешницы кухни были чисто убраны и пусты. Ни малейшего намёка на то, что же делать дальше.

– Ты знаешь, чем кормят таких детей? – обречённо спросил у Иветты и только сейчас понял, что ребятня заткнулась.

Тишина обрушилась на меня неожиданно, но мозг буксовал и не верил. Фантомный крик двух лужёных