Бежать от злодея - Элина Амори

Чувство вины заскребло в груди. Если бы не ее глупая выходка, с ними бы ничего не случилось. А ведь у этих людей наверняка есть семьи, их кто-то ждет... а получит лишь компенсацию... И все из-за чего? Даже не героическая смерть на поле битвы, а лишь прихоть безумного генерала.

— Эти люди...? — прервал ее размышления хриплый низкий голос. — Они навредили тебе?

Василиса с трудом подняла голову, не в силах справиться с накатившим ужасом.

— Вы убили их, да? — прошептала она. — Убили рыцарей, что следили за мной? За то что я сбежала, вы лишили их жизней?

Генерал схватил ее за подбородок пальцами, повернул к солнцу и сосредоточенно свел брови, бегая взглядом по ее лицу. А в его глазах натурально переливалось синее пламя.

— Какое тебе до них дело? — бросил он.

— Ответьте! — вспылила Василиса и вырвалась, сама не ожидая от себя такой силы.

Ее пробирал озноб. Она надеялась, что он соврет, соврет так, чтобы она поверила, ведь иначе... Казалось она сойдет с ума. Слишком много бессмысленных смертей вокруг, так теперь еще и по ее вине. Как угораздило попасть в это ужасное место, почему не мир крылатых счастливых пони?

Глаза генерала опять безумно горели. Вместо ответа он притянул ее к себе, взял на руки, стиснул и занес в палатку. Его тело дрожало, он дышал рвано, хрипло, будто испытывал сильную боль. Бросил Василису на меховое ложе, навис сверху, оттянул как обычно ворот ее одежды и уткнулся лицом в ее шею.

А Василиса просто лежала, раскинув в стороны руки, и слезы текли по ее вискам. Она виновата в смерти двух рыцарей, которые не сделали ничего плохого. Просто были истуканами. Да что ж она за дура? Вот Наиша и обвела ее вокруг пальца. Недалекая бестолочь с мозгами курицы, не иначе. «Пожинай теперь плоды своей тупости — заслужила», — ругало ее подсознание.

На покалывание в теле и жжение в груди Василиса не обращала никакого внимания. Было страшно связаться с Наишей и увидеть там то, что видела во сне. Может быть, и не сне? Тогда получается, теперь она лишняя даже в своем мире.

Дыхание генерала вскоре успокоилось, дрожь в теле прошла. Он слез с нее, сел и взъерошил свою черную шевелюру.

— Они не успели причинить тебе вред? — спросил генерал и посмотрел так странно, будто взволнованно?

— А вы убили… — Василиса не могла говорить ни о чем другом.

Неожиданно полог распахнулся, и в палатку вбежали ее надсмотрщики.

— Ваше Превосходительство, нашли? — выпалил один.

— Слава Гелиону! Простите нас! Оплошали.

— Вставай. — Генерал подал руку. — Как видишь, живы.

Василиса от недоумения и облегчения растерялась, взяла его за руку и поднялась точно онемевшая. А потом увидела его левое предплечье — сквозь темную ткань и наспех повязанные грязно-серые бинты просвечивалась кровь и лежала засохшими дорожками на тыльной стороне ладони. Кровь у палатки принадлежала ему?

Глава 13

Элемиан не сразу нашел с помощью силы Василису. Да еще где — в палатке императорских военачальников! Нетрудно было предположить, как поведут себя с ней эти коршуны. Уже начинающая ворочаться в нем сила взметнулась, захлестнула изнутри холодом и болью. Его мир снова становился прежним. И если не поспешит, никогда более ему не ощутить власть над проклятой силой и собственной жизнью, никогда не почувствовать себя одаренным милостью Мории, а не ее рабом.

Злость и страх сплелись воедино, грозя вот-вот сразить контроль. Элемиан выхватил кинжал и полоснул по собственной руке, чтобы хоть немного отвлечься на внешнюю боль. Сцепив зубы и заматывая руку на ходу, он помчался по лагерю. Впервые в жизни он держался не просто, чтобы отсрочить неминуемое, а чтобы дождаться помощи. Откуда только взялась эта девочка? Мог ли правда Всевышний вмешаться и даровать свою милость?

Как он и думал, Василиса оказалась в опасности. Немыслимых усилий ему стоило удержать себя в руках и не поддаться собственной злости, перемешанной с яростью богини. Его замутненное сознание цеплялось только за светлые растрепанные волосы да мысль о скором освобождении.

И оно наступило. Опять сработало! На этот раз Элемиан уловил легкое золотистое и теплое свечение, которое исходило от кожи Василисы. Когда они вновь остались одни, он посмотрел на растерянную и напряженную пленницу и спросил на этот раз на полном серьезе:

— Что ты хочешь за свою помощь? Драгоценности, деньги, слуг?

— Слуг? — пробормотала она и поджала на миг алые пухлые губы. — Это не мой мир. Мне ничего здесь не нужно. У меня мать осталась там… Она о себе позаботиться не может.

— Нет, — отрезал он, испытав сожаление, что не получается договориться, и придется удерживать ведьмочку насильно. Ведь она дарит ему исцеление, а он, получается, не в состоянии ничего ей дать. Но это ничтожно малая цена по сравнению с той, что приходилось платить прежде. — Ежели убежишь еще раз, посажу на цепь.

Он встал и, не глядя на Василису, вышел из палатки. Рядом уже отирался Ройнон, бродя из стороны в сторону.

— Что с тобой? Что с девочкой? — кинулся с расспросами он. — Она цела?

— Да.

— Тогда почему такой кислый? Помнится, в прошлый раз…

— Иди, позаботься о ней, спроси, чего хочет. — Элемиан не смотрел на друга. — Может от тебя она примет помощь.

— Будет исполнено! — Ройнон тут же скрылся в шатре, а Элемиан прикрыл глаза и растворился в спокойствии.

Да, жертва юной ведьмочки не будет напрасна. Теперь надо только что-то придумать для императора, он ведь не слезет с него с этой проклятой женитьбой. Подавай ему наследника Амротов видите ли… Вот еще! Элемиан невольно сжал кулаки. После смерти отца, лежа на холодном полу подземелья, он поклялся, что проклятый род закончится на нем. Пусть с остальным он смирился, но этот бой судьбе он не проиграет!

* * *

Василиса сидела в растерянности, пока Ройнон хлопотал рядом. Он принес сменную одежду, воду, расческу и дурно пахнущее мыло. А еще он светился, как начищенные рыцарские доспехи на солнышке.

— Пока мы не можем устроить тебе более подобающие условия, что ж поделать. Так вышло, что ты оказалась в военном походе, — бормотал он, улыбаясь