Тринадцатая принцесса - Нинель Мягкова

Иньшен ответил мне долгим, нечитаемым взглядом. Молча лег лицом в стену и затих.

Я повозилась еще немного, поправляя рубашку и устраиваясь поудобнее.

После пережитого сон сморил меня удивительно быстро.

Глава 13

Когда утром в покои заглянули служанки, в комнате я лежала одна.

Иньшен успел куда-то подеваться. Видимо, проверял караван перед отправлением.

«Он же отвечает за доставку супруги к брату», — с горечью подумала я, позволяя поднять себя с супружеского ложа и устроить в ванне.

Служанки молчали, обращаясь со мной осторожно и уважительно.

Все верно, я теперь подданная другой державы. Будущая шивон-ни. Международный скандал из-за небрежно вдетой заколки нам ни к чему.

От роскошных одеяний в дорогу я отказалась. Меня в том ящике все равно не видно, зачем терпеть, кроме духоты, еще и жару? А вот несколько подушек приказала положить, чтобы устроиться с комфортом, не на жестком.

Паланкин ожидал меня у входа в покои для новобрачных.

С порога — в дорогу.

Сундуки с приданым уже лежали в повозках, мои немногочисленные личные вещи — оружие, легкий доспех, еще по мелочи — тоже. Надеюсь, никто их не выкинул. Учитель Хайн обещал проследить.

Молодой супруге показываться на людях нельзя неделю после брачной церемонии. В обычной ситуации мы с мужем просто заперлись бы в покоях, куда допускаются лишь служанки. Но сейчас традиции пришлось подстраивать под реальность.

До границы с Шийлингджи как раз примерно дней семь пути, если не торопиться.

При взгляде на мерзкий короб я содрогнулась, но ничего не попишешь.

Пришлось лезть.

Подушки не сильно улучшили мое положение. В основном сократили и без того ограниченное пространство, так что половину я сразу выкинула обратно. Оставшимися обложилась, чтобы не сильно опираться на колени. Из опыта наказаний во дворце и в школе знаю, что долго так не высидеть — начинают затекать ноги. А у меня еще синяки после вчерашнего не сошли!

Но мазь Иньшена действительно помогла. Могло быть куда хуже.

Деликатные пальцы, втирающие желеобразное средство, вспомнились слишком отчетливо. Почти как наяву.

Я передернулась, отгоняя навязчивое видение, и махнула рукой, позволяя закрыть крышку.

Паланкин накренился в одну сторону, в другую и мерно поплыл.

Из столицы его вынесут специально обученные слуги, дальше поставят на специальную телегу и повезут. Так будет и быстрее, и надежнее.

Удовольствия все равно никакого, но хотя бы людей не мучаю.

— Доброе утро, принцесса, — негромко поздоровался проезжавший мимо принц. — Как спалось?

После его вчерашней дерзости вопрос звучал издевательски.

Я гордо вздернула подбородок:

— Отлично! Все благодаря тебе.

Если он думал меня смутить — просчитался.

За стенкой закашлялись, и цокот копыт отдалился.

Крошечное окошко, занавешенное плотной золотой парчой, позволяло видеть лишь верхние этажи и крыши. Они становились все ниже и скромнее, пока окончательно не сменились на пышные древесные кроны.

Караван остановился.

Меня дернуло, потрясло, подбросило, и паланкин с хрустом встал в подготовленный паз.

Прощай, столица.

— Приятной дороги, госпожа, — нестройным хором пожелали мне носильщики и отправились в обратный путь.

Телега скрипнула колесами и тронулась с места.

— Мы вскоре остановимся на привал в лесу. Сможешь размяться и отдохнуть. — Иньшен снова поравнялся со мной. Даже имел наглость заглянуть в окошко!

Я фыркнула на него и задернула занавеску, но спрятать улыбку не успела.

Мы действительно разбили временный лагерь уже около полудня.

Подозреваю, сделано это было исключительно ради меня.

Больше незачем.

Лошади устать толком не успели, люди тоже, а вот я начала задыхаться в тесной кибитке.

— Ваше высочество, прошу, — позвал меня наг негромко.

Его голос едва пробился сквозь издаваемые мной зловещие хрипы. Это я пыталась глубоко дышать, чтобы подавить панику.

Из ящика выбиралась чуть ли не ползком и, если бы не вовремя подставленная ладонь Иншена, скатилась бы по ступенькам носом в грязь.

А ведь впереди еще неделя мучений!

Выпрямилась, втянула полной грудью аромат палимых солнцем цветов и хвои.

Вокруг нас густо росли кусты, скрывая от посторонних взглядов. Наг позаботился о соблюдении приличий даже в такой мелочи.

Вот уж кто отлично изучил законы и обычаи страны-соседа.

— Расскажи мне о Шийлингджи! — потребовала я, потягиваясь всем телом.

По ногам бегали мелкие иголочки, лопатки свело.

Не иначе, ее императорское величество специально подобрала для меня самый маленький паланкин!

Иньшен шумно сглотнул и отвернулся.

— Что именно ты хочешь услышать?

— Все! Я преступно мало знаю о стране, где собираюсь не только жить, но и править.

— Думаешь, тебе удастся заставить моего брата к тебе прислушиваться? — с нескрываемым сомнением хмыкнул принц.

— Вот и поведай для начала о своем брате. Кроме того, что у него множество наложниц и он не слишком рад нашему браку, мне ничего не известно. Я его лицо и то помню довольно смутно.

Почему-то обсуждать Ивенга с моим временным мужем было неловко. Будто любовника. Еще и подробности выспрашиваю! Но усилием воли я задавила неуместное смущение.

Мне нужны сведения. Как любому разведчику в тылу врага — без информации никуда.

Пусть я не воин, а замужество — не бой, но здесь действуют те же принципы.

Изучи будущего супруга.

Его слабые и сильные стороны, увлечения и интересы, и тогда влиять на него получится куда легче и эффективнее.

— Ивенг честолюбив. Он любит быть первым и сильнейшим. Чаще всего ему это удается, — нехотя принялся рассказывать Иньшен.

Наг одновременно доставал из объемной корзины плетенки с закусками и расставлял прямо на ступеньках паланкина. Особенно я обрадовалась плотно закупоренному кувшину с прохладным травяным отваром. Пить хотелось неимоверно, а терпкий вяжущий привкус имбиря помогал справиться с подкатывающей к горлу тошнотой при одной мысли о дальнейшем путешествии.

— Наложницами он не слишком интересуется. Я приврал, чтобы напугать тебя. Но гарем у него есть. Все девушки там добровольно. Ублажать шивея — большая честь для них.

— Почти как у нас, — пробормотала я, отправляя в рот одну за другой крупные ягоды черники.

Кто-то из служанок явно подумал о моем благополучии, в отличие от мачехи.

Желудку немного полегчало, и я с возрастающим интересом оглядела плетеные коробочки. Лепешки бинг, соленые яйца, рисовые шарики ньянгао на десерт. Сытно и удобно. Не роскошно, и если за этим стоит ее величество, то возможно, целью было меня унизить. Мол, питайся как простолюдинка. Но такими мелочами меня давно не смутить.

— Главное отличие, насколько мне известно, в добровольности, — тактично поправил меня Иньшен. — Девушки Шийлингджи сражаются друг с другом за право побыть с принцем.

— За тебя тоже сражаются? — Отчего-то мысль неприятно