Развод. Осколки идеальной жизни - Лея Вестова

— Хотя есть один человек, — медленно произнесла я, чувствуя, как внутри затеплилась слабая надежда. — Моя бывшая сокурсница Ирина. Мы периодически созваниваемся, она совершенно не связана с Олегом и его кругом. У неё своя студия дизайна, она… она всегда говорила, что я могу на неё рассчитывать.

— Хорошо, — кивнула адвокат, и в её глазах мелькнула тень одобрения. — Обсудите с ней возможность временного проживания. Пока только в теории, как бы советуясь. Не раскрывайте все карты. Чем меньше людей знают о ваших реальных планах, тем безопаснее для вас и для них.

Я кивнула, ощущая, как страх снова накрывает меня волной. Ирина всегда была хорошим другом, но просить её о таком… Впутывать её в свои проблемы, подвергать потенциальной опасности — ведь Олег не из тех, кто легко отпускает то, что считает своим. И что, если она откажет? Куда мне тогда идти?

— А как же Саша? — сердце сжалось при мысли о сыне, о его доверчивых карих глазах, о маленьких ручках, которые так крепко обнимали меня по утрам. — Я не могу его оставить. Никогда.

— Мы будем действовать через суд, — Екатерина была непреклонна, её голос не допускал возражений. — Подадим заявление на временную опеку, приложим доказательства неадекватного поведения мужа. Но сначала нужно обеспечить вашу безопасность и собрать все доказательства. Нам предстоит противостоять человеку с большими связями и деньгами. Человеку, привыкшему получать то, что он хочет. Нельзя допускать ошибок.

Её слова, чёткие и рациональные, почему-то успокоили меня. Здесь был план, структура, что-то конкретное, за что можно ухватиться в водовороте эмоций, который грозил затянуть меня на дно.

— Хорошо, — кивнула я, выпрямляясь и расправляя плечи. — Я поговорю с Ириной сегодня же. Скажу, что хочу обсудить возможность возвращения в профессию, попрошу совета. Это будет… правдоподобно.

— Отлично, — Екатерина улыбнулась, и её лицо внезапно преобразилось, стало мягче, человечнее. — И, Алиса Дмитриевна, запомните: то, что вы делаете сейчас — это акт огромной смелости. Не многие находят в себе силы разорвать такие оковы, особенно когда они сделаны из золота…

Глава 7

Когда я вернулась домой, Олег ещё не приехал с работы, а няня сообщила, что увезла Сашу в парк аттракционов — мальчик неделю выпрашивал эту поездку, и я сама дала разрешение, совершенно забыв об этом в водовороте последних событий.

Дом встретил меня гулкой тишиной — той особенной пустотой, которая бывает только в больших, роскошных домах, когда в них никого нет. Я медленно обошла квартиру — роскошную клетку, которую когда-то считала своим домом, своим убежищем, своим маленьким миром.

Каждая вещь здесь была выбрана мной — от французских штор цвета слоновой кости до итальянской мебели из натурального дерева. Каждая картина на стене, каждая ваза, каждый коврик — всё подбиралось с любовью и вниманием к деталям, создавая образ счастливой, благополучной семьи. Ироничный парадокс: я, дизайнер интерьеров, создала идеальную декорацию для пьесы, в которой играла роль счастливой жены. Лжи, которую я поддерживала годами, сама того не осознавая.

В гостиной я остановилась перед камином, на полке которого стояли семейные фотографии в серебряных рамках. Мы с Олегом в день свадьбы — я в белом платье с открытой спиной, он в безупречном смокинге, оба улыбаемся, глядя в объектив. Наша поездка в Италию на годовщину — загорелые, счастливые, с бокалами вина на фоне лазурного моря. Саша в парке, смеющийся, с мороженым, которое тает и капает на его футболку. Идеальные моменты, вырванные из потока времени, замороженные навсегда. Но были ли они настоящими? Или это лишь тщательно подобранные фрагменты, создающие иллюзию счастья, которого никогда не было?

В спальне я остановилась перед большим напольным зеркалом в резной раме — ещё одно дорогое приобретение, восхищавшее гостей. Кто эта женщина с усталыми глазами и напряжённой улыбкой? Эта незнакомка с безупречной стрижкой и маникюром. Она выглядела утончённой, элегантной и совершенно несчастной. Когда я превратилась в неё? Когда позволила Олегу стереть настоящую Алису — амбициозного дизайнера с собственными мечтами и планами? Когда потеряла себя в погоне за чужой мечтой, за чужим представлением о том, какой должна быть идеальная жена?

Я открыла гардероб и начала перебирать вещи. Дорогие платья, костюмы, туфли — всё подобрано со вкусом, но не мной. Олег лично утверждал мой гардероб, настаивая на определённых брендах и стилях, отвергая то, что считал «слишком простым» или «слишком ярким».

«Жена успешного человека должна выглядеть соответствующе», — любил повторять он, просматривая покупки, которые я приносила из магазинов, отбраковывая то, что не соответствовало его представлениям о статусе.

Я провела рукой по шёлковым блузкам, кашемировым свитерам, шерстяным пальто — качество, которое можно почувствовать кончиками пальцев. Сколько стоил весь этот гардероб? Сотни тысяч рублей? Миллионы? Одежда, которая должна была сделать меня счастливой, но вместо этого стала ещё одним символом моей зависимости, моего подчинения.

В глубине шкафа я нашла старую коробку с фотографиями — обычную картонную коробку из-под обуви, которую каким-то чудом не выбросила при многочисленных переездах. Внутри были снимки, которые не попали в глянцевые рамки на каминной полке — более искренние, настоящие моменты нашей жизни.

Вот мы с Олегом на лавочке в парке, только познакомившись — я с копной непослушных волос, в простой футболке, он в джинсах и рубашке навыпуск, без галстука и запонок. Мы смеёмся над чем-то, наши плечи соприкасаются, в глазах — та особенная искра молодой, ещё не испытанной жизнью любви. Вот наша первая съёмная квартира — крошечная, с протекающим краном на кухне и скрипучим диваном, но наша. Вот я за столом, заваленным чертежами и эскизами, готовлюсь к защите дипломного проекта, а Олег приносит мне кофе, чмокнув в макушку.

Мы выглядели такими счастливыми, влюблёнными, настоящими. Когда всё изменилось? Когда любовь уступила место собственничеству, когда поддержка превратилась в контроль, когда партнёрство стало доминированием? Или это всегда было иллюзией, а я просто не хотела видеть правду, слишком упоённая образом идеальной любви, идеальной семьи, который создала в своём воображении?

Звук открывающейся входной двери вернул меня в реальность. Я быстро убрала фотографии обратно в коробку, задвинула её глубже в шкаф и вышла в прихожую. Олег стоял там, держа на руках сонного Сашу, чья голова покоилась на его плече, а рука крепко сжимала плюшевого динозавра — новую игрушку, видимо, выигранную в парке.

— Заснул в машине, — сказал Олег тихо, стараясь не разбудить ребёнка. В его глазах было