Развод по жизненным показаниям - Амира Гиреева

Где-то на задворках сознания мелькает неожиданный страх — память тела о том, что произошло на кухонном столе с мужем. В какой-то момент мышцы напрягаются.

Тимур мгновенно это чувствует. Берет мое лицо в ладони и заставляет посмотреть в глаза.

— Лена, я никогда не сделаю тебе больно. Слышишь? Если не готова, мы остановимся прямо сейчас. Просто ляжем рядом и хорошенько выспимся.

Я смотрю на него, и последние осколки льда внутри плавятся, превращаясь в слезы облегчения. Мой муж брал меня силой, чтобы унизить. Этот мужчина готов остановиться на пике желания, только бы мне было комфортно.

— Не останавливайся, — шепчу я, сама тянусь к пуговицам его рубашки и дрожащими пальцами расстегиваю их одну за другой. — Пожалуйста.

Тимур сбрасывает рубашку. Его кожа горячая, мышцы перекатываются под пальцами, когда я глажу его по широким плечам.

То, что происходит дальше, стирает из моей памяти всю ту грязь, боль и унижение, которые оставил после себя Игорь.

Тимур целует меня так нежно, что щемит в груди.

Он не торопится. Каждое движение, каждое касание наполнены таким трепетом, что я задыхаюсь от переизбытка чувств.

Он целует каждый сантиметр моей кожи, спускаясь от шеи к животу, заставляя выгибаться дугой и стонать его имя.

Он показывает мне, что значит быть по-настоящему желанной.

Что значит заниматься любовью, когда мужчина думает не только о своей разрядке, но и возносит на вершину блаженства свою женщину.

Когда мы становимся единым целым, я вскрикиваю, впиваясь ногтями в его спину.

Это настолько остро и сладко, что перед глазами вспыхивают белые искры.

Сначала Тимур двигается медленно, давая мне привыкнуть, а затем наращивает темп, превращая наше дыхание в один рваный ритм.

Я полностью растворяюсь в нем, отдаваясь моменту, сгорая дотла и возрождаясь в его сильных руках.

Спустя время я лежу на груди Тимура, слушая размеренный стук его сердца. Он лениво и нежно поглаживает меня кончиками пальцев по обнаженной спине, пока не засыпает.

Я улыбаюсь в темноту.

Кажется, я не чувствовала себя такой живой и умиротворенной целую вечность.

Даша сейчас, наверное, уже доела свои роллы, досмотрела сериал и спит в теплой постели. Завтра я вернусь к ней, обниму, и мы начнем новую жизнь.

На прикроватной тумбочке коротко вибрирует мой телефон.

Я вздыхаю, не желая двинуться даже на миллиметр. Наверное, Дашка решила пожелать спокойной ночи.

Нехотя вынырнув из теплых объятий Тимура, я тянусь к телефону и снимаю блокировку. Яркий свет экрана бьет по глазам.

Сообщение в мессенджере.

От Игоря.

Улыбка застывает на губах.

Я моргаю, фокусируя взгляд на тексте, и с каждым прочитанным словом внутри меня что-то умирает.

Раз хочешь развода, будет по-твоему. Мы разводимся. Но ты откажешься от суда, перепишешь свою долю в квартире на меня, и тогда я верну тебе дочь. Не вздумай звонить ментам.

Воздух выбивает из легких, словно меня ударили кувалдой под дых.

Дрожащим пальцем я нажимаю на иконку голосового сообщения, которое пришло следом. Динамик телефона разносит по сонной спальне звуки, от которых у меня останавливается сердце.

Шум мотора и голос моей девочки — сорванный, захлебывающийся слезами, до одури испуганный:

— Мамочка... мамочка, пожалуйста, сделай то, что он просит... мне страшно... пусти меня, отпусти!

На фоне раздается грубый рык Игоря: Заткнись и сиди тихо! — и запись обрывается.

Господи, нет.

Нет, нет, нет!

Тошнота подкатывает к горлу такой мощной волной, что я зажимаю рот ладонью. Меня накрывает дикая паника, смешанная с всепоглощающим чувством вины.

Пока я была здесь... пока я стонала от удовольствия в чужой постели, упиваясь женским счастьем, мой ребенок плакал от ужаса.

Этот монстр выследил ее, выманил, забрал мою девочку!

Какая же я дрянь.

Какая мерзкая, ничтожная мать!

Я оставила ее одну!

Резко сажусь на кровати, задыхаясь. Из груди вырывается неконтролируемый, хриплый всхлип.

— Лена? — Тимур мгновенно просыпается. Он включает прикроватный торшер, и мягкий желтый свет заливает спальню. — Лена, что случилось?

Садится рядом, пытается дотронуться до моего плеча, но я отшатываюсь, словно ошпаренная. Слезы градом катятся по щекам, я не могу сделать нормальный вдох.

— Он... он забрал ее, — выдавливаю я.

Вскакиваю с кровати, судорожно пытаясь вспомнить, где бросила платье.

— Мою Дашу. Он забрал ее! Тимур, мне надо ехать... мне надо все ему отдать...

— Стой. Успокойся, — его голос мгновенно меняется.

Из него пропадает нежность, уступая место стальной твердости и концентрации.

Глава 24

— Я должна ехать...

Нащупываю шелк платья, пытаюсь натянуть его через голову, но путаюсь в ткани.

— Мне нужно к нотариусу... или куда там... Я подпишу все, что он хочет! Квартиру, долю, пусть забирает все, только бы не трогал Дашу!

— Лена, стой! — Тимур в одно мгновение оказывается рядом.

Он перехватывает мои трясущиеся запястья, заставляя меня остановиться.

Его руки горячие и крепкие, они словно якорь, не дающий мне окончательно сорваться.

— Пусти! — я пытаюсь вырваться, бью его кулаками в грудь, ослепленная паникой. — Он навредит ей, Тимур! Это я виновата! Какая же я дрянь, оставила ребенка...

— Елена! Посмотри на меня! — рявкает он, пробивая мою истерику.

Я замираю, часто дыша, и поднимаю на него глаза.

В его взгляде нет ни капли паники. Человек, который каждый день принимает решения на грани жизни и смерти, сейчас берет под контроль мою рухнувшую реальность.

— Дай мне телефон, — властно требует он.

Я послушно разжимаю сведенные судорогой пальцы.

Тимур включает аудиосообщение.

Плач Даши и грубый рык Игоря заполняют спальню, отравляя воздух.

Я вижу, как каменеют черты лица Тимура. Как сжимаются его челюсти, а в темных глазах вспыхивает холодная ярость.

Тот нежный, страстный мужчина, который только что любил меня на этих простынях, исчезает, уступая место безжалостному хищнику.

— Мы не ведем переговоры с террористами, — чеканит он, бросая телефон на кровать. — И не будем играть по его правилам. Одевайся.

Тимур натягивает джинсы, хватает свой мобильный с тумбочки и набирает номер.

— Слава? Спишь? Буди своих ребят, — жестко бросает Тимур в трубку, натягивая футболку. — У меня ЧП. Бывший муж похитил дочь Лены. Да, несовершеннолетнюю. Скидываю тебе его номер. Мне нужен биллинг, прямо сейчас. Поднимай кого нужно, я в долгу не останусь.

Я кое-как влезаю в платье. То самое, в котором пару часов назад чувствовала себя королевой. Сейчас оно кажется мне чужим, неуместным, словно карнавальный костюм на поминках.

Меня бьет крупная дрожь.

Тимур подходит, накидывает мне на плечи свой теплый джемпер и заставляет выпить