Измена. Моя итальянская ошибка - Светлана Кондр

Сколько «праведного» негодования в его глазах, замешательства…

Этот придурок еще не знает, но он уже в прошлом. То, как Полина упала в мои объятия, говорит само за себя, её тянет ко мне. И сколько бы она ни строила из себя примерную супругу, у Кульковой не получается обуздать свои желания. Я прочно засел в её мыслях и стоит немного поднажать, надавить и Полина станет моей…

Филипп растопырил ноздри и, вставая в совсем не боевую стойку, выставил перед собой кулаки.

Теперь он выглядит еще смешнее и на ум пришло: «порхай как бабочка, жаль… что ты лох».

Ну давай, олень, решись на удар, ведь только так тебе удастся скинуть рога.

— Полина, кто это? — едва сдерживая истеричный крик, спросил муженек.

— А у меня спросить не можешь, кто я такой и почему обнимаю твою жену? — ответил дерзко, нарочно провоцируя. — Почему занимаю твое место? — прощупал соперника на прочность.

— Перестань, — Полина вымолвила испуганно. — Филипп, это не то, что ты подумал.

— Я требую объяснений, — муженёк схватил ее за руку и дернул на себя.

С меня так и не решился спросить. Жаль.

— Придурок, за член себя дерни, а Полине не смей делать больно, иначе уже тебе потребуется стоматолог.

— Заткнись, сопляк.

— Сопляк? — я ухмыльнулся. — Зато не ничтожество, как ты. Может отойдем?

Не бить же его при детях.

— Ты хоть совершеннолетний? — спросил Филипп и его злобный взгляд вновь скользнул по мне. — С тобой отойти-то только для того, чтобы уму-разуму поучить, да ремня дать, — отмахнулся и переключился на жену, равной себе по силе. Слабак. — Полина, я не ожидал от тебя такого. Стоишь, зажимаешься не пойми с кем при людях. Здесь учатся наши дети, что скажут их матери, — слезы наполнили глаза пристыженной красавицы. — Позоришь Вовку с Иришкой.

Потерпи, солнце, и прости, но так нужно.

Я схватил Филиппа за воротник и резким движением потянул на себя.

— Я постарше Марины буду. И поопытней, — помятое лицо мужика прочертили омерзительные складки задумчивости. Да, я много чего знаю и уже чувствую едкое зловоние. Филиппа переполняют злость, испуг и ревность, от которых он готов лопнуть как гнойный прыщ.

— Ты ему все рассказала? И про то, кем я работаю, и про Марину. Он твой любовник?

— Филипп, — губы Полины задрожали.

Ну это никуда не годится. Он опять продолжил разговор не со мной, пора проучить его. Я занес кулак, но услышав детский крик, остановился.

— Папа!

Совсем не вовремя…

Мы все посмотрели, как из открытой двери показался Вовка и, раскрыв руки, побежал к отцу. Пришлось отпустить мудака. Мне еще надо наладить общение с его сыном.

— Вовка, как ты? — папаша оглядел его со всех сторон, взял за подбородок и повертел лицо.

— Все хорошо. Где ты был? Я так тебя ждал.

Мне тоже интересно, почему он не отвечал на звонки, но если своей семье Филипп может солгать, то со мной это не прокатит. Даже сейчас за ним следят и собирают инфу. Уже сегодня я буду знать, почему он не брал трубку.

— Сынок, папа работал, — членом в любовнице, так и захотелось дополнить фразу.

Долбозвон обнял Вовку и вновь обратил свой враждебный взгляд на меня. Я одарил его тем же, но в этот момент маленькая ладонь слегка коснулась плеча, чтобы привлечь мое внимание.

— Фабио Даниэлевич, уходите, — тихо произнесла Полина и сразу переключилась на родных. — Ребята, давайте заберем Иришку и пойдем домой, — Полина улыбнулась через силу и встала ко мне спиной. — Филипп, мы тебе все расскажем, позже.

— Мне надо поговорить с директором, — грубо ответил муж.

Опомнился.

— Без тебя все решили, — бросил ему и протянул руку Вовке, тот радостно пожал её. — Дружище, мне пора. Увидимся.

— До свидания, Фабио.

— Чао, — развернулся и пошел. К сожалению, спровоцировать мужика на хорошую драку не получилось. Трусоват он. А мне, возможно, надо поумерить импульсивность, ведь она может напугать Полину. Опыт с Аленкой, должен стать для меня уроком. Она трахалась с крутыми парнями, а сердце отдала добренькому и слащавому Алексею… Поэтому правильно, что не успел тронуть Филиппа, это могло сыграть против меня. В конце концов, я не знаю точно как сложится, может так получится, что мне придется терпеть Полининого муженька всю жизнь. Он отец её детей и нам придется пересекаться.

Покачав головой, я потер лоб.

Ну вот, я снова примеряю на себя роль отчима. Ну а что? Шаг сделан, и я теперь знаком с её сыном и даже защитил его. Но не мог же я отпустить Полину одну, когда с её дитем случилась такая беда. Она была так напугана. Я не раздумывая повез её.

Проходя по территории школы, я не стал оборачиваться, боролся с самим собой. Не хочу покидать Полину и оставлять её ему. Но и забрать пока не могу. Я еще ничего не решил.

После школы я вернулся на работу и вместо того, чтобы смотреть на белокурую смущенную красавицу, работающую напротив меня, я пялился на её пустое кресло. Обдумывая все, что со мной сегодня произошло.

Интересно, Полина рассказала мужу, призналась в том, кто я или солгала?

Конечно соврала, чтобы сохранить покрытый трещинами брак, по которому можно щелкнуть ногтем, и он разлетится на мелкие кусочки. Только вот это все равно случится. Я не стану обманывать Полину и расскажу все, что нароют на Филиппа. Он не заслуживает её. Подлый лицемер. И она не простит его больше.

На почту поступило письмо от Смоловых. Так, уже есть что-то.

Я попросил секретаршу приготовить мне двойной американо, а сам сел читать подноготную Кулькова.

Как оказалось, никакая машина у него не ломалась, он отдал её своей любовнице. А все потому, что её автомобиль в ремонте. Куда-то жопой влетела.

Значит, рыжая лиса колесит на машине, колобок-Филипп с откусанным бочком тоже в тепле, а Полина должна ездить на общественном транспорте. Как-то несправедливо. В приоритете любовница, а не женщина, родившая ему двух детей.

Я поражаюсь ему. Гниль

Нет, все-таки зря ему по морде не дал.

А дальше я прочитал то, что никак не ожидал увидеть. Теперь понятно, почему он не брал трубку, у Филиппа были дела поважнее. Он был со своей любовницей в перинатальном центре. У него скоро будет ребенок от другой женщины…

Глава 16

Полина

Я усадила детей делать уроки, а сама зашла на кухню и плотно прикрыла дверь.

Нам пора поговорить.

Муж бросил на меня мимолетный взгляд и