Безмолвный спаситель - Ава Мичич

Он глубоко вздохнул, вытряхнул мысли о Нине из головы, снова сосредоточив своё внимание на доме. Он посмотрел на его окна, на людей, которые двигались по территории, и понял: время пришло. Нужно действовать. Он сосредоточился. Ближайшие минуты будут решающими.

Час ожидания наконец был вознаграждён. Машина Корнеева медленно подъезжала к массивным воротам. Её тёмные окна блестели под фонарями, как глаза хищника. Два охранника вышли первыми, их фигуры двигались уверенно, с выверенной точностью, как у людей, привыкших к угрозам. Они огляделись, но улица была пуста, спокойна.

Саша следил за ними из укрытия. Его дыхание оставалось ровным, взгляд — сосредоточенным. Всё шло по плану. Он поднял пистолет, мягко прицелился. Первый выстрел разорвал тишину, и охранник упал, даже не успев осознать, что произошло. Второй повернулся, его рука потянулась к оружию, но уже поздно. Второй выстрел, и он рухнул на землю, словно подкошенный.

Саша спустился с крыши, его движения были быстрыми, чёткими. Он подобрал оружие, не обращая внимания на тела. Они были лишь предупреждением. Виктор Корнеев сегодня не выйдет из этого дома живым.

Он направился к балкону, выбрав удобную позицию. Оглядевшись, убедился, что вокруг всё спокойно. Теперь оставалось только ждать. Он снова достал из кармана яблоко и откусил кусок. Вкус был кислым, но его это не волновало. Его взгляд был прикован к массивным дверям особняка.

Корнеев появился в дверях через несколько минут. Его силуэт был знакомым, массивным. Он шагнул внутрь, даже не подозревая, что смерть уже ждёт его.

Саша не пытался скрыться. Он остался стоять на балконе, спокойно доедая яблоко, будто смотрел спектакль. Его уверенность была пугающей.

Глаза Корнеева встретились с его взглядом. Гангстер остановился, его лицо на мгновение исказилось от удивления. Он быстро вернул себе привычное хладнокровие, но Саша видел в нём растерянность.

— Ты, — процедил Корнеев, как если бы это имя объясняло всё.

Саша молчал. Он наблюдал за противником, как хищник, не спеша идти в атаку.

Корнеев попытался заговорить, его голос был густым, уверенным, но Саша знал: это был всего лишь фасад.

— Ты знаешь, кто я? Что я могу предложить тебе? Деньги, машины, женщины… Всё, что захочешь. Уходи, забудь о мести, и ты получишь больше, чем мечтал.

Саша холодно смотрел на него, словно слова гангстера были просто шумом.

— Ты ошибся, Корнеев. Ты думал, что я играю по твоим правилам.

Корнеев двинулся к столу, где лежал пистолет. Его движения были медленными, но Саша заметил это.

— Ты слишком молод, чтобы понять, что такое настоящая власть, — прошипел он, но его голос предательски дрогнул.

Саша не дал ему шанса. Пуля пробила коленную чашечку Корнеева, и тот рухнул на пол, выкрикивая проклятия. Его рука дёрнулась в сторону оружия, но Саша уже был там. Он быстрым движением выбил пистолет из его руки и навёл свой.

Гангстер попытался подняться на дрожащих руках. Его лицо исказилось от боли, но в глазах блеснуло что-то новое — страх.

— Ты не понимаешь... — задыхаясь, начал он, но Саша перебил его.

— Я понимаю. Понимаю, что ты сделал. Ты сломал жизни людей, которые были мне дороги. Никита, Игорь, Пашков... Они заплатили за твою жадность и власть.

Саша поднял пистолет, направляя его прямо на голову Корнеева.

— Это за них, — произнёс он холодно.

Выстрел разорвал воздух.

Корнеев рухнул, его тело застыло на полу.

— А это за меня. — Он выстрелил контрольный.

Саша опустил пистолет, его взгляд оставался твёрдым. Он не испытывал ни радости, ни облегчения. Это была просто работа.

Он достал телефон и набрал короткое сообщение: "Виктор мёртв." Оно ушло Игорю, Никите и Пашкову.

На мгновение он задержался, разглядывая бесчувственное тело. В памяти всплыло лицо Нины, её голос, полный надежды.

Теперь он был свободен.

Саша поднял голову, вдохнул полной грудью и направился к выходу. Прошлое осталось позади. Впереди была только она.

Глава 18. Запутанная любовь

Нина

Нина стояла у окна, наблюдая за улицами, но её мысли блуждали в другой реальности. Вчерашний вечер, казавшийся таким ярким и наполненным страстью, продолжал оставаться в её памяти, как вихрь эмоций. Всё, что произошло, было таким реальным, таким интенсивным. Секс… Он был великолепен. Но утро разрушило эту иллюзию.

Саша ушёл. Просто исчез. Без слов, без объяснений. Его отсутствие оставило пустоту, которая, как чернильное пятно, расползалась по её душе. В голове эхом звучали её собственные слова, те, которые она решилась произнести на рассвете: "Я тебя люблю." Он не ответил. Ни словом, ни взглядом. Даже намёка на надежду не осталось. Только глухое молчание, которое оказалось болезненнее любого отказа.

Нина обвинила себя. Она ведь знала, что это случится. Знала, что он ничего ей не обещал. Его слова о том, что её квартира — лишь временное пристанище, звучали как предупреждение. Но её сердце проигнорировало это. Оно решило привязаться, выбрав путь к неизбежной боли.

Она попыталась отвлечься. Работа должна была стать её спасением, но каждая мелочь напоминала о нём. Люся, её коллега, сидела рядом, оживлённо обсуждая планы на выходные. Нина изо всех сил старалась делать вид, что слушает, но слова звучали как фон — бессмысленный и раздражающий.

Люся вдруг замолчала. Нина почувствовала, как сердце пропустило удар. Она обернулась и увидела его.

Саша.

Он стоял в дверях кафе, чуть взволнованный, но с той же уверенной осанкой, которая так притягивала её. Его глаза сразу нашли её, и он направился к ней, не обращая внимания ни на кого вокруг.

— Прости за опоздание, — сказал он, словно они договорились встретиться.

Его голос был мягким, но в нём звучала привычная уверенность. Он наклонился и легко поцеловал её в щёку. Этот жест был простым, почти невинным, но по коже Нины пробежала дрожь.

Люся, явно озадаченная, уставилась на них, не зная, что сказать.

— Кто это? — спросила она, обернувшись к Нине.

Саша не дал ей ответить.

— Я её жених, — произнёс он спокойно, с таким видом, будто это было абсолютной правдой.

Эти слова оглушили Нину. Она застыла, её лицо осталось неподвижным, как маска. Сердце билось так громко, что, казалось, Люся должна была это услышать.

— Жених? — Люся чуть не опрокинула стакан с водой, настолько её удивление было искренним.

Она оглядела Нину, пытаясь понять, почему её коллега не делилась столь важной новостью. Но Нина ничего не сказала. Она не могла. Её разум кипел от