Во власти чувств - Эмилия Вон

– Твои ждут тебя под елкой, – ответила мама, видя, как загорелись мои глаза. – Мы откроем их в Рождество.

– Ну ма-а-мочка… – Я сложила руки лодочкой, умоляя ее разрешить посмотреть, но мама твердо качнула головой.

– Лучше займемся чем-нибудь полезным. Хочешь помочь мне упаковать оставшиеся подарки?

– Да, мамочка, – согласилась я, хотя особой радости от этой идеи не испытывала. Однако любопытство брало верх и мне хотелось помочь ей.

– Отлично, давай приступим.

Я уселась на мягкий коврик возле горы подарков, подобрав под себя босые ножки. Мама принесла ножницы, разноцветные карандаши и фломастеры, а также упаковочную бумагу разных цветов и множество радужных ленточек. Мы принялись упаковывать игрушки, книжки, одежду и другие вещи. Мама подписывала каждую коробку своим изящным почерком.

– Мамочка…

– Да, милая?

– Что такое приют и почему вы с папой им помогаете?

– Это место, где живут дети, у которых нет родителей, – начала объяснять мама, завязывая красную ленту вокруг коробки с теплой одеждой. – Чтобы они не чувствовали себя одиноко в Рождество, мы с папой решили сделать их счастливыми, отправив им подарки.

– Это так мило и замечательно! – восхищенно произнесла я.

– Да, – улыбнулась мама. – Только не говори папе, что он милый. Не будем разрушать его образ угрюмого Гринча.

Я прикрыла рот рукой, сдерживая хихикание. Папа мог казаться суровым для окружающих, но дома он был самым добрым и заботливым человеком.

Время пролетело незаметно, и вскоре мы закончили большую часть работы. Моя спина устала, мне захотелось есть, когда я увидела красивую коробку изумрудного цвета, наполненную набором для рисования с кисточками, красками и альбомами, голод отступил на второй план.

– Вау! Этот ребенок тоже любит рисовать?

– Да, милая, – ответила мама, выбирая подходящую ленту. – Он рисует так же здорово, как и ты.

– Он? То есть это мальчик?

– Верно.

– Но мальчики не умеют красиво рисовать, – возразила я, слегка нахмурившись.

– Можно быть талантливым вне зависимости от того, мальчик ты, или девочка, – мягко поправила меня мама. – Уверяю тебя, этот мальчик очень талантлив.

– Как я? – с интересом спросила я.

– Да, как ты, – подтвердила мама, продолжая выбирать ленты.

Теперь мне захотелось подружиться с этим мальчиком.

– А мы сможем с ним познакомиться? Может, он сможет приехать к нам в гости, и мы могли бы вместе рисовать?

– Когда-нибудь это обязательно случится, но пока он живет очень далеко от нас, – вздохнула мама.

– Ох, – разочарованно выдохнула я. – А мы можем поехать к нему?

– К сожалению, нет, милая. – Мама снова улыбнулась, нежно поглаживая мою щеку. Она всегда так делала, когда сообщала мне что-то неприятное.

Я наблюдала, как мама положила в коробку подписанную открытку и собралась было ее закрывать, но я остановила ее, позвав.

– Мамочка.

– Да, милая?

– А у этого мальчика тоже нет родителей?

От этой мысли мне стало грустно. Я не могла представить, что значит жить без родителей, но была уверена, что это ужасно.

– Они у него есть, но его мама болеет, а папа работает далеко от дома, – рассказала мама.

– Ой. – Я задумчиво нахмурилась. Я была рада, что у него есть семья, но мне также было жаль его. – Наверное, ему очень грустно и одиноко.

– Все мы иногда чувствуем себя так, милая, – сказала мама. – Но благодаря нашему подарку, пока он будет творить и заниматься тем, что любит, одиночество и грусть будут обходить его стороной. А рождественское чудо поможет ему, пока однажды он не встретит свое собственное чудо.

– Да, мамочка, – задумчиво сказала я. – А когда мы с ним встретимся, я возьму его за руку и больше не отпущу, чтобы он знал, что теперь он не одинок.

Мама нежно улыбнулась и поцеловала меня в макушку, прижимая к себе.

Еще какое-то время мы продолжали упаковывать оставшиеся подарки, и пока мама подписывала открытки, я не могла оторвать взгляд от коробки для этого мальчика. Я была рада, что папа с мамой решили порадовать его, но мне захотелось сделать для него что-то от себя.

Когда нам оставалось совсем немного, мой желудок напомнил о себе громким урчанием.

– Мамочка.

– Что случилось, милая?

– Я проголодалась.

– Тогда бери коробку с подарком для мальчика, и пойдем. Отправим его, а потом приготовим вкусный завтрак для нас с папой.

– Ура! – радостно воскликнула я.

Мы встали и отправились в гостиную. Мама шла впереди, а я следовала за ней, держа коробку с красным бантом. Когда мы спустились вниз, мама передала конверт одному из охранников и попросила меня передать ему коробку.

– В Лондон, – уточнила она. – Адрес написан здесь.

Лондон?!

Ничего себе, какая даль!

Надеюсь, мальчику успеют доставить подарок к Рождеству.

Когда мужчина ушел, я поспешила на кухню, а мама последовала за мной.

– Где ты оставила Бубу? – поинтересовалась она, доставая из холодильника яйца и молоко.

– Он отправился в далекое путешествие, – загадочно улыбнулась я и принялась помогать маме готовить завтрак.

Алессио

Лондон. Великобритания

Я ненавидел праздники. Особенно Рождество.

Все мои друзья собирались в эти дни в кругу семьи, наслаждались праздничным столом, а я оставался один. Уже четыре года в нашем доме не было никаких украшений, стол не накрывался, а мой праздник ограничивался тарелкой макарон с сыром. Мама проводила весь день в своей комнате, уставившись в потолок или рисуя очередную картину. Я же коротал время за просмотром телевизионных передач, чувствуя себя забытым и ненужным.

Отец исчез четыре года назад, и с тех пор мы не видели его. Иногда я получал от него весточки в виде сообщений или уведомлений о перечислении денег на созданный на мое имя банковский счет. Но сегодня, в канун Рождества, мой телефон был выключен. Я не собирался ожидать бессмысленного поздравления или подарка от него. И пошел он к черту со своими деньгами.

Сделав глоток апельсинового сока, я переключил канал, когда неожиданно раздался звонок в дверь. Это было странно, ведь я никого не ждал, особенно в такой день. Мои друзья разъехались на выходные, а больше никто не мог прийти.

– Мам, – окликнул я, поднимаясь с дивана. – Ты кого-то ждешь?

Вопрос вышел риторическим, поскольку мама давно прекратила общение с друзьями и знакомыми. Ее депрессию, возникшую после ухода отца, ничто не могло развеять, кроме творчества. Закрывшись в своей комнате, она писала картины, погруженная в собственные переживания. Я не возражал, пока она была относительно здорова и принимала лекарства, но порой в такие дни, как сегодня, когда одиночество ощущалось сильнее обычного, мне хотелось встряхнуть ее и закричать, что я все еще здесь, что я тоже страдаю, и что она не имеет права поступать так со