Попаданка. Замуж по принуждению - Юлий Люцифер

А я смотрела на них и понимала: все происходит по-настоящему. Меня действительно собираются силой выдать замуж в каком-то чужом мире, в чужом теле, за человека, которого здесь боятся до дрожи. И никто не считает это неправильным. Никто даже не пытается сделать вид, будто у меня есть выбор.

— Я сказала нет, — повторила я, уже дрожащим голосом. — Я никуда не пойду.

Седой мужчина кивнул одному из сопровождающих.

Тот шагнул вперед.

Рефлекторно я схватила со стола первую попавшуюся вещь — тяжелую щетку для волос с серебряной ручкой — и выставила перед собой, как оружие.

— Не подходите.

Мужчина остановился.

Не потому, что испугался. Просто оценивал, сколько именно силы понадобится, чтобы меня обездвижить и при этом не испортить невесту до церемонии.

— Не заставляйте нас применять силу, леди, — ровно сказал седой.

Я засмеялась.

Коротко. Хрипло. Почти безумно.

— Вы серьезно? Вы уже меня заставляете!

Где-то в глубине коридора послышались шаги.

Неторопливые. Тяжелые. Спокойные.

И этого оказалось достаточно, чтобы у всех в комнате изменились лица.

Служанка опустила голову так низко, словно боялась даже случайно посмотреть. Один из мужчин отступил в сторону. Седой вытянулся и, как мне показалось, едва заметно напрягся.

Шаги приблизились.

Потом в дверном проеме возник он.

На секунду мне показалось, что в комнату вошла сама ночь.

Высокий. Очень высокий. В черном, идеально сидящем камзоле с темным серебром на манжетах и воротнике. Широкие плечи, прямая осанка, спокойствие хищника, который точно знает: ему не нужно торопиться, добыча все равно никуда не денется. Черные волосы, откинутые назад. Жесткие скулы. Темные глаза — холодные, глубокие, нечитаемые. Не просто красивый мужчина. Опасно красивый. Так бывает с оружием — оно может быть безупречно изящным, но от этого не становится менее смертельным.

Лорд Кайден Вальтер.

Я поняла это сразу, без слов.

Он окинул комнату одним взглядом.

Служанка съежилась.

Седой мужчина опустил голову.

И только потом эти темные глаза остановились на мне.

На мне — с щеткой в руке, в свадебном платье, с паникой на лице и безумием в крови.

Он молчал.

Слишком долго.

Настолько, что мне захотелось заорать, лишь бы разрушить это давящее молчание.

— Я никуда не пойду, — выпалила я, прежде чем успела испугаться собственных слов.

Ни один мускул не дрогнул на его лице.

Он медленно вошел в комнату.

Остальные расступились еще сильнее.

Я подняла подбородок, хотя внутри уже все тряслось. Он остановился в нескольких шагах от меня. Так близко, что я различила едва уловимый запах — холодный, древесный, с чем-то горьким, как дым после грозы.

— У тебя нет выбора, — сказал он.

Голос оказался низким. Спокойным. Совсем без крика. И от этого еще страшнее.

— Есть, — сказала я, сжимая щетку так, что побелели пальцы. — Я могу сказать нет.

В его взгляде мелькнуло что-то неуловимое. Не то удивление, не то интерес.

— Ты уже говорила.

— И скажу еще раз.

— Не сомневаюсь.

Он посмотрел на щетку в моей руке. Потом снова мне в лицо.

— Это должно меня остановить?

— Если потребуется, я и этим воспользуюсь.

Сзади кто-то шумно втянул воздух. Наверное, служанка. Наверное, никто и никогда не говорил с ним так.

А мне уже было все равно. Страх достиг той точки, когда внутри вдруг появляется ярость. Дикая, безрассудная, почти спасительная.

— Я не ваша вещь, — сказала я. — И не пойду на эту свадьбу только потому, что вы так решили.

Тень улыбки не коснулась его губ, но что-то в лице изменилось.

— Не моя вещь? — повторил он тихо.

— Нет.

— Странно. Еще вчера ты была значительно сговорчивее.

Я замерла.

Вчера.

Значит, прежняя хозяйка тела действительно была здесь. Действительно жила, говорила, возможно, плакала, умоляла, боялась. И теперь ее не было.

А в ее теле стояла я.

— Я не знаю, что было вчера, — вырвалось у меня. — Но сегодня я не согласна.

Его взгляд стал тяжелее.

Он сделал еще один шаг.

Я подняла щетку выше, но в следующую секунду поняла, как это смешно. Он мог переломить меня пополам одной рукой, если бы захотел.

Однако он не торопился.

Просто смотрел.

Изучал.

Как будто видел перед собой не истерику невесты, а загадку.

— Ты выйдешь в храм, — сказал он. — Добровольно или нет.

— Нет.

На этот раз он не ответил сразу.

Протянул руку.

Медленно.

Я отшатнулась, но он все равно поймал мое запястье.

И я едва не вскрикнула.

Не от боли. От ощущения.

По коже, в месте его прикосновения, словно пробежал ледяной разряд. Не электрический — другой. Глубже. Будто тело не просто чувствовало его, а узнавало. Будто между нами уже была натянута невидимая нить, и сейчас она дернулась, ожила, вспыхнула.

Я дернула рукой, но его пальцы сомкнулись крепче.

— Отпустите меня.

— Перестань устраивать сцену, Эвелина.

— Я не Эвелина!

Слова сорвались слишком резко.

Все в комнате замерли.

Лорд Вальтер не моргнул.

Только пальцы на моем запястье стали чуть жестче.

— Вот как, — произнес он.

Я сама поняла, что сказала, лишь когда услышала тишину после этих слов.

Проклятье.

Проклятье.

Проклятье.

Нужно было молчать. Нужно было хоть немного думать. Но паника смыла все.

— Я… — начала я, но осеклась.

Он наклонил голову чуть набок.

— Тогда кто ты?

Вопрос прозвучал негромко.

Но мне стало по-настоящему холодно.

Я открыла рот и не нашла ответа.

Потому что что я должна была сказать?

Привет, я вообще-то невеста не отсюда, меня, кажется, сбила машина в другом мире, и теперь я внезапно оказалась в теле вашей будущей жены?

Даже в моей голове это звучало как бред сумасшедшей.

Он смотрел на меня, и я впервые поняла, что этот человек опасен не только силой и властью. Он опасен умом. Он замечает слишком многое. Слышит лишнее. Не пропускает трещины в чужой лжи.

— Отпустите, — выдавила я наконец.

Он еще секунду держал меня.

Потом отпустил.

На коже остался жаркий след, хотя его пальцы были холодными.

— После церемонии, — сказал он, — мы продолжим этот разговор.

По спине прошел озноб.

Нет. После церемонии нельзя. Нельзя оставаться с ним один на один. Нельзя доводить до того момента, когда он начнет задавать вопросы и поймет, что перед ним действительно не та женщина, на которой он собирался жениться.

Нужно бежать.

Мысль вспыхнула так ясно, будто ее кто-то вложил мне в голову.

Бежать.

Прямо сейчас.

Я рванулась в сторону окна.

Все произошло мгновенно.

Кто-то вскрикнул. Служанка, наверное. Мужчины дернулись. Вуаль сорвалась с волос. Юбки зацепились за угол кресла. Я почти добралась до тяжелых штор, когда меня резко схватили за талию и