Лекарка для дракона - Лана Кроу

Ее слова обожгли меня. Я вздрогнула.

Это было словно на меня вылили холодную воду. Ее душа теплая. Она меня спасла…Но что будет дальше теперь, когда она…она знает и теперь знает точно.

— Каррр... Яся, молчи, молчи… Надо что-то придумать! — прокаркал Тео.

Она не станет вредить… Не станет ведь! Она добрая… Но она из дивизиона… Она дочь дракона.

— Он твой фамильяр, да? — снова спросила она.

А я… Я не знала, что отвечать. Мысли путались от всего пережитого и разум не желал подсказать как все правильно.

Но ведь смысла врать и скрывать уже нет… Она уже знает. И дальше все будет завесить только от ее решения. Мой ответ ничего не изменит.

— Я… Да, я берегиня, — твердо сказала я. — Теперь ты меня убьешь?

Вопрос вырвался сам собой. Может стоило и молчать, но на меня давило так много, что я просто не могла…

— Убью? — переспросила она.

Анна выглядела растерянной, а я облизала пересохшие губы. Сложно… Но мне хотелось, хотелось сказать. Не думать, не гадать. А узнать, прямо сейчас.

— Да. Так же, как убили мою бабушку. Когда драконы узнали, кто она… Они… Почему вы… — голос сорвался, я сжала кулаки. Нужно успокоиться, но это тяжело.

— Яся, я… пытаюсь понять, но не могу. О чем ты?

Растерянно спросила Анна.

— О том, что драконы всегда убивают нечисть, — наконец смогла выдавить я из себя. И вгляделась в ее лицо… Но ничего не изменилось. В ее взгляде не появилось ни ненависти, ни брезгливости, ни злобы… Это все еще была та же Анна. Светлая и добрая… Но почему?

— Да, — наконец сказала она. — Убивают нечисть. Но ни драконы, ни воины Дивизиона… никогда не убивали берегинь.

Глава 2

Кайдал

Будь вокруг меня больше пространства, я бы в миг сменил сущность, взмыл драконом и испепелил тех, кто посмел тронуть моего коня!

Но узкие улочки рынка явно не были готовы принять мою вторую сущность. Я мог случайно навредить людям, поэтому пришлось двигаться пешком.

Хотя стоит отметить — даже в человеческом облике я был стремителен. Михаил, бежавший за мной, отчаянно задыхался, пытаясь поспеть, а вскоре и вовсе остался где-то позади.

Я достиг рынка куда быстрее, чем вчера. Утро было настолько ранним, что большинство торговцев только начинали раскладывать товар по прилавкам. Завидев меня, многие оборачивались и поспешно отводили глаза. Сегодня я вряд ли производил впечатление доброжелательного покупателя — гнев заставлял мои глаза светиться опасным желтым светом, что пугало простых селян. Но бояться следовало вовсе не им.

Знакомое ржание пронзило воздух, и я почувствовал, как когти непроизвольно впиваются в ладони. Это был Ворон. Я заметил его издалека — он бился на земле, а незнакомый высокий мужчина дергал его за поводья.

Он был черноволосым и широкоплечим. Было видно, что он занимался физическим трудом.

Но сила вовсе не помогала ему справиться с конем.

— Тут пристрелить скотину — и дело с концом, — плюнул тот, на мгновение отпуская повод.

— Пристрелить — дело нехитрое, — раздался мой холодный голос. Я наконец оказался рядом. — Вот только сначала стоит определиться, кто здесь скотина.

Мужчина отшатнулся, будто увидел призрака. Рядом с конем стоял и вчерашний коневод. Только вот сегодня он был белым как снег.

— Господин дракон...

— Что здесь происходит? — прорычал я, уже осматривая Ворона.

Конь лежал в неестественной позе, его могучий бок судорожно вздымался. Он не умирал, как говорил Михаил, был жив — но в его глазах стояла такая боль, что мое сердце сжалось.

— Ногу сломал, Ворон… На мясо придется отдать, — продавец развел руками.

— Сломал? — мое дыхание стало тяжелым, в груди загорелся огонь. Так и хотелось сменить сущность и сжечь здесь все дотла! — Как здоровый конь в загоне мог сломать ногу?

— Может, перетрудили вы его? — неуверенно предположил он.

— Это шутка? — голос сорвался на низкий, угрожающий рокот. — Вчера конь был полностью здоров! И я не нагружал его сверх меры!

Коневод попятился, испуганно подняв руки.

— Господин дракон, не гневайтесь! Откуда мне знать? Думаете, я стану портить своего же коня? Такого жеребца — сильного, умного, статного — я бы и продал дорого! Жалко животину, да…

— Если жалко — почему не наняли лекаря?

Мужик скривился, будто съел что-то кислое.

— Лекарь скотину не лечит, — вступил мясник. — Коли заболела — легче на мясо пустить, пока не издохла.

— Господин... господин... — наконец подбежал запыхавшийся Михаил. — Коня... спасли?

Я посмотрел на красного от бега паренька. Увы… Мне нечего было ему ответить…

Я присел рядом с Вороном. Протянул руку — и бедный жеребец доверчиво ткнулся мордой в ладонь.

— Что же с тобой случилось, дружище? — тихо прошептал я, гладя его дрожащие ноздри. — Вчера был здоров…

Ворон не ответил, лишь закрыл глаза, и по его темной шерсти покатились две крупные слезы. Сердце сжалось — будто я сам лежал здесь, искалеченный, а вокруг решали мою судьбу.

— Мне ехать надо! — торопливо пробормотал мясник. — Давайте как-нибудь погрузим его в сани. Лучше живого заберу, а то у дохлого мясо хуже.

— Никто никого не заберет, — я поднялся, и тень от моей фигуры накрыла его. — Это мой конь. Его судьбу решаю я.

Вокруг воцарилась гробовая тишина. Я бросил взгляд на страдающее животное, и сердце сжалось от бессилия.

— Господин дракон, коли не грузить — сам подохнет, — залепетал продавец. — Жалко же, мучиться будет...

Где-то в глубине души я понимал их жестокую логику. Но принять ее не мог. Будь мы в столице, я бы