Измена. Муж заказал мне любовь - Андрей Левинский

— Вы спрашивайте, — просил он. — Я отвечу. Сам-то что буду болтать?

Я подвинула диктофон ближе, но не включила.

— А какой фильм вы ставили, когда познакомились с женой?

Он обиделся за жену.

— Она ко мне не на фильм пришла. Она пришла ругаться. У нас гудело через стену, а у неё ребёнок не спал.

— Значит, знакомство было громкое.

— Нет. Я выключил. Ну а что делать, ребёнок.

Он вынул из коробки фотографию женщины у кассы. Она держала маленького мальчика, который старался запихнуть в рот весь кулак.

Я нажала кнопку записи.

Музей готовил небольшую выставку о нашем районе. Мне предложили собрать пробный звуковой выпуск: три голоса, пятнадцать минут, живые воспоминания вместо начитанной справки. Если понравится, закажут остальные. До этого я много лет редактировала чужие экскурсии — убирала из них «данный объект» и «следует отметить», подрезала лишнее, передвигала дыхание между фразами. Моего имени посетители обычно не видели.

Эту работу мне предложили прямо. С моим именем в титрах и вполне настоящей оплатой.

Виктор Ильич говорил о первой ссоре с будущей женой, смеялся, сбивался. Потом вдруг замолчал, держа фотографию двумя пальцами.

— Она в позапрошлом году умерла, — сказал он. — А я до сих пор телевизор делаю тише. Привык.

Я не стала задавать следующий вопрос.

По дороге домой я впервые за неделю плакала без злости. В трамвае, отвернувшись к стеклу. Хотелось рассказать Денису про эту историю. Я уже придумала, с чего начну, и только потом вспомнила, что вечером он спросит, взяла ли я купальник для бассейна.

* * *

Чемодан лежал раскрытым на нашей кровати. Денис достал его, протёр колёсики и даже положил внутрь дорожный фен. На короткое время от этого стало так больно, что я опустилась на край матраса.

В первые годы он встречал меня с работы на остановке. Ехать было две остановки, но он всё равно приходил: утверждал, что дома закончился хлеб. Хлеб потом плесневел, потому что мы оба покупали по батону.

Теперь он упаковал мне фен.

Я отвела взгляд от его подушки и пошла за зарядкой.

Семейный планшет стоял на кухне. На нём Денис смотрел ролики про ремонт, я читала рецепты, Ася, приезжая, искала кино. Он был старый, с треснувшим углом, и пароль мы не ставили. Муж однажды подключил к нему свой мессенджер, когда у телефона меняли экран. Подключение так и осталось.

Я хотела открыть бронь, чтобы сохранить адрес отеля. Вместо неё на экране была переписка с человеком по имени Роман Белов.

Последнее сообщение Дениса состояло из трёх строк:

«Заезд в понедельник, до четверга следующей недели. 180, половина сегодня. Сближение без грубости. Ей нужно почувствовать, что её выбрали».

Я сперва подумала, что это рабочее. Денис делал рекламу и мог обсуждать что угодно — от съёмки халатов до интонации голоса для ролика. Даже «сближение» я успела объяснить себе каким-то новым рекламным термином.

Потом увидела свою фотографию.

Он отправил снимок с Асиного выпускного. На мне было зелёное платье, которое я выбирала три недели. В кадре не осталось ни дочери, ни Дениса. Он обрезал нас так аккуратно, что моя рука лежала на чужом, удалённом плече.

Я прочитала выше.

«41. Работает с текстами и звуком. Про молодость и стройность не ври, она не дура. Лучше слушай. Цветы белые. Рыбу не ест».

Следом — ответ:

«Денис, я не занимаюсь такими историями».

«Ты ведущий, актёр. Поговорить с женщиной можешь? Без постели обойдёмся. Несколько встреч, флирт. Пусть сама напишет, что ей хорошо с другим. Потом я ей покажу: все живые люди, хватит суд устраивать».

Я дочитала до согласия. До цифр. До подтверждения перевода. Роман спросил только, точно ли женщина живёт отдельно.

«Почти. Считай, да».

Из прихожей донёсся звон ключей. Денис вернулся из магазина.

Я положила планшет на стол экраном вниз. Он вошёл с пакетом, достал йогурт, который я любила, и маленькую упаковку помидоров.

— Всё собрала?

Мне хотелось спросить, включён ли Роман в стоимость завтрака. Фраза уже стояла во рту. Я сжала зубы так сильно, что заныла челюсть.

— Ещё нет.

— Что-то забыла?

Я смотрела, как он раскладывает продукты. Дорогие помидоры он поставил ко мне поближе. Сам ел любые.

— Я рыбу ем, Денис.

Он поднял голову.

— Что?

— Рыбу. Не люблю только скумбрию. Тебе запах не нравился, и мы перестали покупать.

— Ну ешь. Кто тебе запрещает?

Он отвернулся к холодильнику. Я взяла планшет и ушла в Асину комнату.

Там я сфотографировала переписку своим телефоном. Руки дрожали, и два снимка пришлось переснять. Потом нашла страницу Романа Белова: мужчина с сединой у висков, чуть кривой улыбкой и тёмными глазами. На одном видео он стоял на сцене в смокинге, на другом читал рекламу дверей. Голос был низкий, спокойный. Таким голосом удобно объяснять, что всё будет хорошо.

Я досмотрела оба ролика.

Потом открыла Асину фотографию в контактах и позвонила.

— Мам, только быстро, у меня экспорт.

— Мы с папой расстаёмся, — сказала я. — У него другая женщина. Подробности я сейчас не могу. Но я в порядке и еду на десять дней за город.

На том конце стало тихо.

— Ты одна?

— Сейчас да.

— Я не про сейчас. Ты едешь одна?

Я посмотрела на остановленный ролик. Роман Белов улыбался поверх надписи о надёжных замках.

— Одна, — ответила я.

Я могла отменить поездку. Могла вынести планшет на кухню и наконец устроить Денису тот суд, которого он так боялся. Вечером я несколько раз доходила до двери с телефоном в руке.

Но всякий раз представляла, как незнакомый мужчина смотрит на мою обрезанную фотографию и соглашается.

Мне нужно было увидеть, как он посмотрит на меня живую.

Глава 2. До первого знакомства

Я закрыла дверь Асиной комнаты на ключ и тут же открыла. Денис мог заметить. От собственного движения стало тошно: в моём доме мне приходилось придумывать, как нормально повернуть ручку.

Он сидел на кухне с ноутбуком. На столе стояли два йогурта, один уже открытый. Я прошла в ванную, пустила воду и отправила Тане фотографии планшета. Пока они загружались, держала палец над кнопкой отмены. Про измену я рассказала ей сама, на своих словах, с паузами, в которых можно было передумать. Здесь она прочитает, что обо мне писали. Узнает, как мало, по мнению мужа, мне нужно.

Таня позвонила сразу.

— Ты где?

— Дома. Не кричи.

— Я ещё ничего не сказала.

— Я слышу, как