Больше не жена дракона - Кристина Юрьевна Юраш

Ту самую искру, которую я видел в глазах Мерайи.

И я решил: я не дам ей погаснуть. Я буду разжигать её. Каждый день. Каждую ночь. Пока она не сгорит. Или пока не сожжёт меня. А генерал пусть смотрит… Пусть наслаждается. Это представление для него.

Я бы мог взять ее силой. Но это не то. Когда она сама шагнет в мои объятия, когда сама дёрнет завязку на рубашке, позволив ей стечь вниз к босым ногам, вот тогда я хочу видеть его лицо.

Я провёл пальцем по её щеке. Оставил влажный след.

— Вот видишь, — усмехнулся я. Голос получился ласковым. — Мы же можем договариваться.

Она молчала. Но её глаза… Они кричали, как ненавидят меня.

И этот крик был лучшей музыкой, которую я слышал с момента смерти сестры.

Она думала, что это война.

Она ещё не поняла, что это только начало охоты.

Внезапно в дверь послышался стук. Настойчивый.

Глава 31

Дракон

— Господин генерал, — на пороге появился адъютант. — Аруза прислала посланника. Они хотят устроить обмен военнопленными! Его величество отдал приказ осуществить обмен как можно быстрее! Он хочет, чтобы имперцы побыстрее вернулись на родину. Его завалили письмами их родственники!

Взгляд адъютанта скользнул по обнажённым ключицам Дессалины, задержался на рубашке, сползшей с плеча. Это длилось мгновение. Долю секунды. Но для Дракона внутри меня это стало вечностью.

Вспышка. Горячая, ослепительная. Желание вырвать ему глаза прямо здесь, на пороге, чтобы никогда больше не смел смотреть на то, что принадлежит мне.

Моя рука дрогнула. Не от страха. От сдерживаемой силы. Пальцы сами собой сложились в жест, готовый щелчком пальцев переломать ему кости. Но я сжал кулак. Ногти впились в ладонь, боль отрезвила разум. Улис. Ты должен сохранять контроль. Ты — генерал.

Я сделал шаг. Не к двери. К ней.

Тень от моей фигуры накрыла Дессалину целиком, пряча её от чужих, липких взглядов. Я почувствовал, как она напряглась. Ожидание удара. Страх. Он пахнул озоном и кислым молоком.

— Выйдите, — мой голос прозвучал тихо. Слишком тихо. Будто скрежет камня о камень. — Ждите в коридоре.

Адъютант моргнул. Пот выступил у него на висках, несмотря на прохладу в комнате. Он почувствовал. Почувствовал волну давления, которую я даже не пытался скрыть.

— Слушаюсь, господин генерал, — голос его сорвался на фальцет. Он попятился, боясь повернуться спиной.

Дверь закрылась. Щелчок замка отсек его от нас. Но не от меня.

Я обернулся к Дессалине. Она стояла всё там же. Её глаза сияли. Не страхом. Облегчением.

Радость. Она радовалась, что я ухожу. А я знал, что не могу бросить генеральские дела. И она не могла присутствовать при этом.

В голове пронеслась мысль приковать ее заклинанием, оставить в комнате… Но я сдержался. Если я хочу, чтобы она по своей воле отдалась мне, не стоит применять насилие лишний раз.

— Не радуйся слишком рано, — прошептал я.

Голос вышел хриплым. Я подошёл к ней. Не касаясь. Просто нависая.

— Обещаю. Это не займет много времени, — усмехнулся я.

Поворот к двери. Рука на холодном металле ручки. Я замер. Не оборачиваясь.

— И надень что-нибудь ещё, — бросил я в пространство. — Не хочу, чтобы другие видели то, что принадлежит мне.

— Это тебе не принадлежит! И не будет принадлежать никогда, — произнесла она, а ее зубы скрипнули от злости.

Коридор встретил меня тишиной. Адъютант стоял у стены, бледный, как полотно.

— Проводите меня в кабинет, — приказал я.

Ноги сами несли меня вперёд. Шаг. Шаг. Шаг. Но разум был там. В комнате. Где она стояла в моей рубашке. Где её кожа помнила мои прикосновения. Где её тело предавало её, отвечая жаром на мои угрозы.

Дракон внутри не унимался. Он скрёбся изнутри, требуя вернуться. Требуя забрать её. Спрятать. Запереть в башне, где никто не увидит её глаз. Где никто не увидит её радости, когда я ухожу.

— Господин генерал? — голос адъютанта вернул меня в реальность.

Я посмотрел на свои руки. Они дрожали. Легкая, почти незаметная вибрация. Магия искала выхода.

— Обмен пленными, — произнёс я. Голос был стальным. Безупречным. Маска встала на место. — Кто посланник?

— Маг из Арузы, — ответил адъютант, стараясь не смотреть мне в глаза. — Говорят, у них есть кто-то важный для нас.

Я усмехнулся. Внутри всё выжигало льдом.

— Важный, — повторил я.

Важнее, чем женщина, которая ждет не дождется, когда я исчезну?

Я шагнул вперёд. Тень от моей фигуры легла на пол, длинная, искажённая. Похожая на крылья.

— Тогда поторопитесь. Я не люблю ждать.

Но я знал: как только этот обмен закончится, я вернусь туда. И она никуда не денется. Метка на запястье горела. Пульсировала. Напоминала о ней.

Глава 32

Я осталась одна и только тогда позволила себе выдохнуть — резко, со свистом, будто легким не хватало воздуха. В горле стоял привкус соли и унижения. Тот ритуал… Он должен был сработать. Вода должна была стать мутной, соль — выжечь ложь. Но он лишь рассмеялся. Рассмеялся мне в лицо, заставив вытирать пол, словно служанку.

Я сжала кулаки, ногти впились в ладони, оставляя полукружья боли. Это была не просто злость. Это была холодная, кристаллическая ярость, оседающая на дне желудка тяжелым камнем.

— Но это только начало, — прошептала я, и голос звучал чужим, хриплым. Я сглотнула, чувствуя, как по позвоночнику пробегает дрожь. Не от страха. От адреналина, смешанного с ненавистью. — Что ты думаешь? Я буду сидеть сложа руки? О нет. Я его вызволю!

В памяти всплыло лицо доктора Гревилла. Его уставшие глаза, тихий голос: «Ему сейчас как никогда нужны вы». Если бы я послушалась тогда своего импульса, собрала бы вещи и ушла… Я бы спасла свою гордость, но потеряла бы мужа.

Судьба, словно насмехаясь, захлопнула дверь перед моим носом, заставив остаться в этой клетке с чудовищем. И сейчас, стоя перед зеркалом с синяками на шее, я была благодарна этой жестокой случайности.

Служанки вошли бесшумно, словно тени. Они принесли платье — тяжелый шелк цвета грозового неба. Пока они зашнуровывали корсет, стягивая ребра тугими лентами, я смотрела в зеркало. В отражении на меня глядела женщина с бледным лицом