Дикий принц - Сиенна Кросс

гримасе. На Манхэттене уже почти полночь. Я надеялась поговорить с Данте сегодня вечером, но, возможно, мне следует подождать. Возможно, он лучше воспримет известие о поимке своей дочери и будет более сговорчивым в переговорах после хорошего ночного сна...

Проходя между высокими колоннами на лестничной площадке, я прохожу мимо Отто и следую за Сереной в фойе. Волна ностальгии захлестывает меня, когда знакомые виды и запахи старой виллы захлестывают меня.

Как может после стольких лет в комнате все еще пахнуть ею?

Легкий аромат пудры наполняет мои ноздри, и я мгновенно переношусь в прошлое, к нашему последнему визиту сюда. Papà подумал, что свежий воздух поможет справиться с изнуряющим действием химиотерапии. Этого не произошло. Она умерла через несколько дней после того, как мы вернулись в Рим. Пронзительная боль пронзает мои внутренности, когти боли впиваются в мое сердце, нет, в сердце маленького мальчика, потерявшего свою мать.

— Это ты? — Голос Серены возвращает меня в настоящее. Она стоит посередине фойе, указывая на богато украшенную позолоченную рамку, висящую на стене. Пятеро незнакомцев смотрят на меня, улыбаясь, их глаза полны такой надежды, что я с трудом узнаю эту версию своей семьи.

Отрывая взгляд от болезненного прошлого, я встречаюсь с ее любопытными глазами. — Я уже давно таким не был, — бормочу я.

Ее губы кривятся, но она не произносит ни слова, делая еще один нетвердый шаг в гостиную и продолжая разглядывать роскошную обстановку. В отличие от Papà, моя мать была богата, но мой отец был слишком горд, чтобы взять что-либо из этого. Он настаивал, что предпочел бы жить в бедности, чем взять хоть пенни у Доменико. Сначала мы так и делали, пока бизнес не начал процветать, но Mamma к тому времени умерла, и успех казался пустым звуком.

Быстрые шаги эхом отдаются в коридоре, и из тени появляется знакомая фигура. Бледно-серые глаза Мариуччи загораются, когда они находят меня. Она задыхается, прижимая руку к сердцу. — Non lo posso credere46.

Я сам не могу до конца в это поверить. Я никогда не думал, что вернусь в этот дом, не говоря уже о том, чтобы обнаружить, что женщина, которая была нашей няней все эти годы назад, все еще живет в этом районе. Я много лет писал ей, когда был ребенком, после смерти мамы. Она была мне как вторая мать. Затем, после того, как все полетело к чертям с Раффаэле и Papà, я отправил последнее письмо. Просто во мне больше не было этого.

— Тонио! — Она подбегает ко мне и обхватывает своими теплыми, крепкими руками мое напрягшееся тело. Я не могу вспомнить, когда меня в последний раз кто-то обнимал. Это чувство неловкое и успокаивающее в одно мгновение. Кажется, я не могу оттолкнуть ее, не тогда, когда чувствую радость в ее объятиях. В последний раз, когда она видела меня, я был всего лишь мальчиком.

Мариучча продолжает болтать по-итальянски, так и не выпустив меня из объятий, рассказывая о тридцати годах своей жизни. Все это время Серена наблюдает, ее тяжелый взгляд краем глаза устремлен на меня. Я должен положить этому конец, иначе она перестанет меня бояться.

Я наконец высвобождаюсь из объятий моей бывшей няни и стискиваю челюсть. — Спасибо, что пришли в такой короткий срок.

— Для тебя все, что угодно, Тонио. — Она щиплет меня за щеку, и я едва сдерживаюсь, чтобы не поморщиться. Серена не делает ничего, чтобы подавить взрыв смеха.

Я поворачиваюсь к ней, бросая прищуренный взгляд и хмурясь изо всех сил. Это никак не помогает укротить дикий гогот. Merda. Как будто эта женщина не представляла достаточной проблемы.

Поворачиваясь обратно к Мариучче, я решаю обойтись без любезностей. — Это Серена Валентино, она наша гостья, но ей запрещено покидать территорию поместья, понятно?

Ее серебристые брови хмурятся, но она все равно кивает. — Certo, signore47. — Молва о печально известной семье Феррара распространилась по всему итальянскому полуострову. Конечно, она должна знать, кем я стал и на что я способен.

— Пожалуйста, проводите ее в одну из спален для гостей.

— С видом на озеро, per piacere48, — вставляет Серена.

На этот раз я не скрываю, что закатываю глаза.

— Я буду прямо за тобой, — Предупреждаю самым суровым тоном. — Ничего не предпринимай.

— Конечно, нет, я буду идеальной маленькой пленницей. — Она одаривает меня ухмылкой, и когда я поднимаю голову, то встречаю неодобрительный взгляд Мариуччи.

Замечательно, как раз то, что мне нужно. Еще одна rompicoglione49, еще одна женщина, которая надерет мне зад.

With love, Mafia World

ГЛАВА 13

Ценный приз

Серена

Я следую за экономкой, Мариуччей, по извилистым коридорам большого поместья, переключаясь между восхищением декадентскими произведениями искусства на стенах пастельных тонов и анализом сцены в фойе. Очевидно, что мужчина, которого помнит эта женщина, совсем не похож на того монстра, которым он стал.

Тем не менее, он был добр к ней, даже сердечен и заботлив. Шокирует.

Я с трудом могу смириться с огромным несоответствием между сложившимся у меня образом холодного, жестокого Антонио Феррары и маленького мальчика на том семейном портрете. Узел эмоций сжимает мою грудь, клубок тревоги, гнева и неожиданного приступа сочувствия. Что случилось с тем маленьким мальчиком, который создал человека, о котором нас предупреждал Раф, того, кто похитил меня сегодня?

Мариучча останавливается перед бледно-лимонной дверью, оттенок которой соответствует фруктовому саду с цитрусовыми деревьями, окружающему виллу. Она поворачивается и быстро улыбается. — Я уверена, что вам здесь будет удобно, signorina.

— Я надеюсь на это.

Она поворачивает антикварную хрустальную ручку, открывая взору просторную спальню. Я вхожу внутрь и не могу решить, куда смотреть. Вся комната спокойная и роскошная, отражающая элегантность виллы и теплоту. Она полностью отличается от моей современной городской квартиры и совсем не такая, как я когда-либо думала, мне бы хотелось. Вдоль дальней стены стоит огромная кровать размера "king-size" с балдахином, застеленная тонким постельным бельем, балдахин украшен прозрачными струящимися тканями, которые улавливают легкий ветерок из открытых балконных дверей.

Я направляюсь к terrazzo, захватывающий дух вид на озеро за окном манит меня. Большое пространство украшено яркими цветами и элегантными коваными перилами, а также небольшим столиком и стулом, чтобы любоваться сверкающими водами и зубчатыми горами за ними.

— Мне кажется, я влюбилась. — Эти слова случайно вырываются вслух.

— Это действительно прекрасное зрелище, не правда ли? — Мариучча подкрадывается ко мне сзади, ее серые глаза мерцают, когда она любуется озером.

— Да.