Девочка бандита - Дана Блэк

Я кашляю, хватаю воздух губами, на глаза собираются капли слёз.

Нил отстраняется на секунду, дает мне привыкнуть.

А я смотрю как от его члена тянется ниточка слюны к моим губам.

Так распутно.

Порочно то, что я чувствую.

Как кислород превращается в пар. Бьет по щекам. У меня между ног влажно, смазка пачкает бедра.

Он заставил сделать ему минет, а мне... Мне не противно.

Мне странно и хорошо.

Это грех, то что со мной делает мужчина. Как его жестокие поступки вибрацией бьют по мне. Возбуждением закручивает.

— Блдь, — Хаз ругается, когда комнату заполняет рингтон мобильного. — Не отвлекайся, Надь.

Он снова внутри. Я губами обхватываю его член, сама двигаюсь вперед. Дергаюсь, когда мужчина держит меня, не позволяет отстраниться.

Я втягиваю воздух через нос, задыхаюсь.

Это помешательство.

Мания.

— Слушаю. Давай, Вадим, я... - чертыхается, когда я провожу языком. — Занят я. Да!

Я сижу перед ним на коленях, у меня между ног жара, потоп. Меня трясет от возбуждения, от того, как всё неправильно между нами, возбуждающе.

А он говорит с братом.

— Сейчас? Да, буду, — вздыхает рвано, его тело напрягается. Чувствую, насколько мужчина взвинчен, зол. — Поднимайся, куколка, нужно возвращаться. Дома продолжим.

Дома?

При всех?

Глава 25

— Сколько времени ты со своим женихом? — спросил Хаз, когда мы вышли на улицу.

Наш дом — его видно отсюда, как уютно горит свет в окнах, я сквозь метель вижу эти размытые оранжевые полосы.

И вокруг никого, ни машин, ни людей.

Может, полицейские начали обход с нашего дома и уже вернулись на трассу? Если и был шанс, что Хаза заметят, то теперь можно и не надеяться.

— Несколько месяцев с женихом, — отозвалась сдержанно.

Леша, вообще-то, не совсем жених, предложения мне никто не делал. Он просто мой первый парень.

Должен был стать первым.

В голове никак не укладывается то, что случилось в кабинете. У дяди Валеры. Если мы этой ночью выживем — я в гости к папиному другу больше никогда не пойду.

— Несколько месяцев, — повторил Хаз. — Он импотент?

— Кто, Леша? — удивилась. — Нет… почему?

— Леша, — на имя моего парня он хмыкнул. Он шагает рядом.

Моя узкая ладонь лежит в его широкой, и как же это похоже на обычную прогулку, словно мужчина после похода в кино провожает меня до дома.

— Импотент, — повторил Хаз.

— Да почему?

Он повернулся. Взглядом скользнул по моему лицу. Пальцем мазнул по моим приоткрытым губам.

— Как он ни разу не попросил отсосать ему?

Дернулась, в попытке вырвать руку, Хаз не отпустил.

Стоим и смотрим друг на друга, мне хочется провалиться под землю.

Какая уж тут прогулка после кино, от его слов у меня уши огнем горят и пульс стучит в висках.

— Я не буду это обсуждать, — сказала дрожащим голосом и отвернулась.

— Ты интересная, Надя.

Он двинулся дальше и потянул меня за собой.

Сунула нос в воротник куртки.

Не хочу я быть интересной для психопата-убийцы, как-то это совсем не радует. Уже дошло до того, что…

Нет, нет, не думать, не вспоминать, ничего не было, я не видела его член, не пробовала, нет.

Молча зашли в ворота, на снегу — провалы от шагов полицейского, которые уже заметает пурга.

По его протоптанным следам добрались до дома.

В холле, пока убирала куртку в шкаф, косилась в сторону столовой и прислушивалась.

Гости шепчутся.

Как же жаль, что они в это вляпались, кто просил Любу приглашать их?

— Доктор молодец, — похвалой для Веры встретил нас Вадим. — Полицию выпроводила.

— А эта почему опять здесь? — Хаз кивнул на Любу, что замерла у подножия лестницы. — Почему не в кладовке?

— Любовь тоже постаралась, — Вадим оглянулся. — Дуло пистолета, что упирается между лопаток — действенная штука.

— Лев как? — Хаз передал брату пакет с лекарствами.

— Хреново, как еще.

Стоим напротив открытой столовой.

Кошусь туда.

Несколько гостей на полу. Кое-кто за столом. Дядя Коля связанными руками умудряется наливать себе водку и закусывать, вот для этого человека, кажется, вообще, ничего не изменилось.

Те же посиделки.

Посмотрела на дядю Валеру.

Он заметил у нас фирменный пакет со своими лекарствами. Качнул головой. И что-то мне показал.

Сощурилась, не понимая.

Он опять сделал какой-то жест.

Черт.

Надо к нему подойти и…

— У нас с тобой незавершенное дело. Наверх иди, — приказали позади.

И на ягодице по-хозяйски сжалась мужская рука.

Вздрогнула.

Это он имеет виду, что сейчас продолжится то, что началось в кабинете?

Облизнула пересохшие губы, всеми силами прогоняя из памяти порочные кадры, где я на коленях и он возвышается передо мной, толкается мне в рот напряженным членом.

Нет, невозможно, эти краткие минуты намертво засели в подкорке.

Не глядя на Хаза, послушно подошла к лестнице.

— Нил, — вдруг позвала его Люба, и я в удивлении подняла голову. Сестра пропустила меня на ступеньки и поправила лямку платья, — чем-то нужно помочь?

Он обернулся.

И глянул на сестру так, словно она какую-то дурь ляпнула.

Не ответил.

— Я это к тому, — Люба сложила руки перед собой. — Раз уж так вышло. И вы в нашем доме застряли до утра. Совсем необязательно ругаться. Мы — люди гостеприимные.

— Я заметил, — отозвался он.

— Нет, не руби с плеча, — сестра снова поправила платье. — Давай я для начала принесу тебе выпить.

— Люб, — шепнула. — Прекрати.

— Отстань, я не с тобой разговариваю.

Нил посмотрел на Вадима. На меня.

На сотовый в руках, на котором сеть проверял.

— Куколка, убери ее отсюда, — бросил. — И передай, если не заткнется — пойдет болтать сама с собой в кладовку.

Нервно хмыкнула.

Люба метнула в меня злой взгляд.

— Поднимайся, чего встала?

— Лекарства возьмите, мы сейчас, — Вадим бросил мне пакет.

— Не поняла, почему он так со мной разговаривает? — возмутилась Люба, когда мы поднялись на второй этаж.

— Он со всеми так разговаривает. Потому, что бандит. Зачем ты к нему лезешь?

— А надо молчать, как ты?

— Их трое. И у них оружие.

— Нас тоже трое. И это наш дом.

Зашли в спальню родителей.

— Принесли? — измученная Вера забрала у меня пакет. Начала рыться в лекарствах.

Лев лежит на постели и будто дремлет, его грудь тяжело вздымается.

— Лев, не отключайся, — машинально повторила Вера.

Как же хорошо, что я не врач. У сестры такой вид, словно она вагоны разгружала весь день.

На ней такая ответственность.

Не спасет младшего Хазова — и терять им будет нечего, они тут всех перестреляют.

— В общем, так, — Люба встала на пути Веры, которая с какими-то бутыльками