Беглянка - Любовь Негодяева

Испуганно вздрагиваю и скрываюсь за призрачной завесой, оказываясь в другом мире, ярко освещенном мириадами светлячков.

- Успели, - выдыхаю облегченно и перевожу взгляд ввысь.

Дорога, показанная Гектором, бежала наверх, но сейчас она прямо на глазах меняет направление и уводит к красующемуся у подножия холма водоему. Большое озеро любовно отражает в зеркальной глади мерцающий свет далеких звезд, подмигивая усталым путникам и даруя умиротворение. Складывается ощущение, что мы одни в затерянной вселенной.

Сюрреалистическая картина производит неизгладимое впечатление. Ее весьма гармонично дополняет мелодичное стрекотание сверчков и тихое ржание Мрака.

- Нам предлагают разбить лагерь на берегу? – робко спрашивает Мигель.

- Это лучше, чем красться ночью под темными сводами пещер, - киваю довольно. – Распряжем лошадей и отпустим гулять на воле. Животным здесь настоящее раздолье. Хочешь перекусить?

- К утру с делами управимся, поставим шатер и позавтракаем, - ухмыляется мальчонка.

Так и получается. На рассвете стираем грязную одежду, совершаем небольшой заплыв и устраиваем пикник. После этого укладываемся спать и отключаемся почти на сутки.

Пробуждаемся отдохнувшими, посвежевшими, полными сил и жутко голодными.

- У тебя лицо как-то неуловимо изменилось, - с сомнением тянет брат.

- Можешь описать? – ежусь испуганно.

- Оно сделалось более выразительным. Юношеская припухлость исчезла. Скулы заострились. Брови красиво изогнулись и стали чуть тоньше. Радужка потеряла болотную мутность и приобрела красивый серо-зеленый оттенок. Взгляд стал глубже. В нем появилась твердость и загадочность. Тело словно обрело внутренний стержень, - довольно улыбается и подмигивает. – Ты неотразима, сестренка. Столько шарма и самоуверенности. У мужчин просто нет шансов.

- Надо найти зеркало и узнать, наконец, как выгляжу, - поднимаюсь и отправляюсь умываться. Ловлю в воде отражение, замираю и понятливо усмехаюсь. – Сквозь черты Аннеты проступает мой истинный облик.

- Так выглядела в другом мире? – догадывается Мигель.

- Очень похожа на себя восемнадцатилетнюю. Скажи, если король или князь увидят, смогут опознать?

- С темными волосами вряд ли. Надо порыться в вещах наложниц и найти черный пигмент для окраски бровей и ресниц.

- Кстати, внешность Мрака со Штормом тоже следует подкорректировать. Лучше убрать белые отметины. Любимцы супруга слишком уникальные и приметные.

- Согласен. Но сперва придется заручиться их поддержкой. С магическими зверями лучше не ссориться.

- Они умные и покладистые. Уверена, обязательно пойдут на уступки. Попозже переговорю с конями о важности конспирации.

- Заметила, что дорога выпрямилась и приглашает взойти на холм?

- Давай перекусим и отправимся в путь. Возьми на всякий случай кинжал Гардарийских. Боюсь, из меня боец никудышный. Защита ляжет на твои плечи.

- Хорошо. Только выполни одну маленькую просьбу: не заплетай плебейскую косу. Неизвестно, что ждет впереди.

- Я не смогу красиво уложить волосы длиной до колен.

- Оставь распущенными.

- Переживаешь, что у таинственного места имеется хозяин? – напряженно застываю.

- Никак не могу вспомнить прочитанные в детстве сказки. Такое ощущение, будто скудные знания намеренно стерли, - растерянно хмурится и почесывает лоб.

- Думаю, они не отражали реальной действительности, - пожимаю плечами и продолжаю. – Нам предлагают лично взглянуть на сокрытое и действовать сообразно ситуации. Пока доподлинно известно лишь одно: на землях Тирона находятся врата в другой мир. Однако правящий род по неизвестной причине потерял возможность их видеть. Наследники из поколения в поколение выбирают златокудрых жен, пытаясь вернуть утраченное, но пока безрезультатно. Возможно, исполнению пророчества препятствуют сомнительные личностные качества мужчин, или ошибка в том, что крылатые женятся на соплеменницах, игнорируя человеческих девушек.

- Интересно, наверху ждет испытание или награда за перенесенные мучения? – боязливо тянет паренек.

- Хороший вопрос, - задумчиво ковыряю носком землю. – После пережитых невзгод хочется отдохнуть и обрести душевное равновесие. Но семья Князевых не собирается пасовать перед трудностями. Не так ли, уважаемый глава рода?

- Да! – воодушевленно восклицает мальчик. – Готовь завтрак, а я проверю седельную сумку Гектора.

- Зачем? – настроение моментально портится.

- Поищу кожаные шнурки для волос или что-то похожее.

- Хочешь собрать кудрявую шевелюру в хвост?

- Нет. Пытаюсь раздобыть подручный материал для связывания врагов, если таковые обнаружатся.

- Затейник, - целую в макушку и иду за котелками. – Сварю кашу и сделаю травяной чай. Надоело питаться всухомятку.

Когда оранжевое светило набирает высоту, зачерпываем воду во флягу, беремся за руки и отправляемся в путь.

Подъем дается нелегко.

- Стоило взять с собой лошадей и провести первый урок верховой езды, - пыхчу придушенно, отирая пот со лба.

- Мы недостаточно оправились после отравления, вот тело и подводит, - уверяет Мигель.

- Или некий шутник устраивает испытание нашим выдержке и упорству.

Едва озвучиваю догадку, дорога растворяется, и мы оказываемся на каменном уступе прямо у широкого зева пещеры.

- Фух! – выдыхаем облегченно и смело заходим.

Уверенной поступью пересекаем анфиладу высеченных в горной породе мрачных комнат. В душе нарастают страх и ощущение неизбежной потери. Жуткое чувство. Брр. Боязливо жмемся друг к другу, но продолжаем двигаться, пока не видим впереди рассеянный дневной свет.

- Готов? – спрашиваю приглушенно.

- Да, - твердо отвечает брат, цепляясь за меня липкой ладошкой. Пребывает в священном ужасе, но старается держать лицо.

Ступаем в утопающий в зелени зал, очень похожий на древнее святилище. В центре потолка зияет огромная дыра. Под ней располагается массивный каменный стол, покрытый сеточкой мелких трещин. Достигшее зенита светило заливает его поверхность яркими лучами.

Обильно увитые плющом влажные стены создают иллюзию пышного буйства природы. В их тени прячутся пять массивных чаш, наполненных мутноватой застоявшейся водой с весьма специфическим запахом. На бортиках каждой стоят почерневшие от времени миниатюрные соусники с крышечками.

- Божественные слезы? – в голосе мальчика слышится глубокое разочарование.

Обнимаю за плечи и подталкиваю ребенка вперед, двигаясь рядом. С каждым нашим шагом старинные посудины начинают все выше подпрыгивать и недовольно звенеть, нагоняя жути.

И вдруг я осознаю истинную суть выражения «волосы встают дыбом», потому что под гулкими сводами разносится потусторонний грубый голос:

- Прямой потомок Гардарийских и самозванка с чистой древней кровью!

Ледяной ветер подхватывает распущенные локоны, больно дергает вверх и практически подвешивает наши тела над полом, вынуждая покачиваться на мысочках.

Из соусников с громким шипением вырываются клубы серого дыма, являя взорам призрачных сущностей, напоминающих джиннов.

- Гости явились, - скалится самый упитанный.

- Как посмели? – ревет мускулистый.

- Убить лжекняжну! – вопит