Измена. Любить нельзя ненавидеть - Екатерина Мордвинцева

потом мне вынесли приговор — бесплодие, — шмыгнула она носом и продолжила: — Мне казалось, что тогда все под откос пошло. Мы буквально до развода дошли. Я скандалы устраивала, себя во всем винила. — Отец не переставая гладил супругу по волосам, безмолвно показывая ей свою поддержку. — Мы отдалились, а через год я узнала, что у Сережи появилась другая женщина, да еще и на последнем месяце беременности. Тут же на развод подала, из дома его выставила. Во время родов Марина умерла. Сережа один с маленьким ребенком на руках остался, помощи никакой. Он даже с тобой на руках на развод пришел. — Перестав плакать, мама отстранилась от отца и посмотрела на меня. — Я тогда тебя впервые увидела. — В ее глазах плескалась боль, перемешанная с любовью. — Ты так плакала громко, а он ничего сделать не мог. Пришлось мне тебя из его рук забирать и успокаивать. Мы так и не развелись. Не смогла я тебя оставить. Предательство простить было очень трудно, но я так сильно привязалась к тебе, так сильно полюбила, что оно ушло на второй план.

Мама стояла передо мной, с болью глядя на меня и ожидая реакции. А я думала лишь о том, как бы уменьшить ее страдания, ведь я, несмотря на все сказанное ею сейчас, все равно безумно ее люблю…

С трудом получилось успокоить родительницу. Хоть для меня ее признание стало потрясением, но я постаралась понять их и принять все как есть.

Зайдя к себе в комнату, набрала теплую ванну с ароматной пеной и погрузилась в воду, закрыв в блаженстве глаза. Я пыталась обдумать все, что происходило вокруг. И когда моя жизнь успела превратиться в мыльную оперу?

Перед мысленным взором вновь всплыла сцена из офиса мужа, причиняя новую порцию боли. Хотелось забыть о случившемся, но я никак не могла этого сделать. В попытке отогнать от себя воспоминания предательства Марка, вспомнила нашу свадьбу. Он так старался угодить мне. Улыбка сама собой коснулась губ. Все-таки в нашей семейной жизни было очень много счастливых моментов.

От воспоминаний отвлек какой-то шум, что доносился даже через закрытые двери ванной комнаты.

Поспешила вылезти из воды, на ходу обтерла мокрое тело и закуталась в махровый халат, едва ли не бегом выскакивая в спальню.

Шум, походивший на музыку, продолжал разноситься по дому, и, судя по всему, его источник находился где-то на улице. Я подошла к окну и выглянула. Увиденное буквально повергло в шок: под окнами родительского дома прямо на газоне расположился оркестр. Только сейчас смогла различить звуки песни, что звучала у нас с Марком на свадьбе. Все вокруг украшали воздушные шарики моего любимого фисташкового цвета. А в центре с огромным букетом цветов стоял Марк. Увидев меня, муж встал на колени.

— М-м-м-м-м… — обреченно простонала я. — Да когда же все это закончится?!

— Машенька, — вошла в комнату мама. Ее глаза были красные от слез. — Что-то случилось?

— А ты сама не слышишь?!

Она подошла к окну и выглянула наружу.

— Упрямый, — с улыбкой проговорила она. — Может все же выйдешь?

— Нет! — жестко отрезала я. — Пожалуйста, скажи, чтобы он убирался!

— Боюсь, он не послушает.

— Тогда я полицию вызову!

— И что ты им скажешь? Что твой муж тебя так сильно любит, что оркестр для тебя пригласил?

— Скажу, что он преследует меня!

— Может, лучше просто выйти к нему? Силой он тебя никуда не утащит, — устало проговорила мама.

— Ну не хочу я! Не хочу!

— Ты ведь не сможешь избегать вашей встречи вечно. Нужно решать этот вопрос, иначе сделаешь только хуже. — Это я хуже сделаю?! Да хуже, чем сделал Марк, уже никто сделать не может.

Пока мы разговаривали с мамой, Марк начал выкрикивать на всю улицу признания в любви и просьбы о прощении.

— Он там вообще умом тронулся?

— Знаешь, если ты не выйдешь, то полицию, похоже, соседи вызовут. И в этом случае виноваты мы окажемся. Да и вообще, зачем на люди сор из избы выносить. Машуль, пожалуйста, ну выйди ты к нему. Зачем на всю улицу позориться?

С недовольством глянула на маму, поджав губу.

— Ладно, — буркнула в ответ. — Но мириться с ним не буду. Все решено! Мы разводимся!

Услышав мой ответ, мама просияла.

— Вот и правильно, иди, милая, иди.

Мне казалось, что моих слов о разводе она и не услышала вовсе. Быстро сменив халат на домашнее платье, я поспешила на улицу.

Оркестр все еще играл.

— Вы! — ткнула я пальцем на музыкантов. — Прекратите играть. Можете уходить, концерт окончен. — Музыка смолкла, а музыканты посмотрели на моего мужа. Дождавшись его одобрительного кивка, подхватили инструменты, направившись к воротам. Я дождалась, когда они хоть немного отойдут, и продолжила. — Теперь ты! Какого черта ты здесь устроил?! Что это за балаган?

— Тебе не понравилось?

— Нет! И вообще, что ты тут забыл? Я, кажется, ясно тебе сказала, что ни видеть тебя, ни слышать не желаю!

— А я с этим в корне не согласен, — парировал Марк, протягивая мне цветы. — Это тебе.

— Забери свой веник! — отпихнула от себя букет. — К тому же он ужасно воняет!

Муж принюхался к цветам.

— А, по-моему, вкусно пахнет, — растерянно проговорил он. — Но, если тебе не нравится… — бросил цветы на землю.

— Он еще и мусорит тут! Забери, сказала, веник и проваливай!

— Машуль, прошу, давай спокойно поговорим, — взгляд Марка был уставший.

— Конечно, поговорим. Только не здесь и не сейчас. На разводе все и обсудим.

— Я не дам тебе развод! — голос мужа приобрел стальные нотки.

— Вот, значит, как? Это мы еще посмотрим!

— Маш, ну хватит уже! Да, я виноват. Очень виноват перед тобой! Хочешь, ударь меня, только не гони. Не могу я без тебя…

— А я могу! И, знаешь, очень даже хорошо без тебя!

— Ты это сейчас специально говоришь?

— Отнюдь! Я хочу этого развода, тем более, что у меня появился другой мужчина, — зачем-то ляпнула я.

— Ты лжешь! Нет у тебя никого! Даже если и появится, любого прибью!

— Ты сам себя слышишь? Совсем с ума сошел?

— Да, сошел! Я без тебя вообще голову теряю! Ты вся моя жизнь! — заявил муж.

— Хороша жизнь, — фыркнула я. — Дорого же ты меня ценил, раз тут же под другую юбку полез!

— Маш…

— Хватит! Убирайся! Я устала от твоих оправданий. Просто подпиши документы на развод и разойдемся по своим дорогам.

— Этого не будет! Я не отпущу тебя!

— Фу-у-ух… — устало выдохнула я. — Марк, — проговорила я и, ощутив резкое головокружение, покачнулась, не успев договорить.

— Машуль, что с тобой? — Марк тут